Эмрика Падус. Исцеляющая сила эмоций. Часть 2

Категория: Духовные факторы Опубликовано 05 Февраль 2017
Просмотров: 1404

Эмрика Падус. Исцеляющая сила эмоций.  Часть 2Эмрика Падус. Исцеляющая сила эмоций.
Часть 2



Часть третья
Взять в свои руки бразды правления

Глава 14
От компульсии [1] к свободе выбора: добираемся до корней «мягких» аддикций (зависимости)

Жаклин Смолл знает анатомию зависимости. Ей, психотерапевту и консультанту из Остина, штат Техас, довелось поработать почти со всеми ведущими школами страны, занимающимися алкоголизмом и вредными привычками. И то, что она узнала про тяжелые аддикции, по ее словам, справедливо и для мягких – все эти «мелкие» навязчивые привычки могут стать самыми крупными барьерами на пути к счастью. Трудоголизм. Перфекционизм. Привычка откладывать. Пристрастие к сахару, кофе и сигаретам. Даже привычка к нездоровым взаимоотношениям.
«Это все – симптомы одной и той же основной проблемы, – говорит Смолл. – Единственная разница – то, что люди с легкими аддикциями могут увиливать от расплаты дольше. Более слабые привычки не разрушают организм так быстро. Они не влекут за собой госпитализацию и столкновения с законом, как это бывает с алкоголем или наркотиками».
Но и мягкая зависимость может доставить множество горестей и несчастий. Трудоголики обычно страдают от тревожных реакций и сердечных недомоганий, проблем с системами кровообращения и пищеварения. Перфекционисты и те, кто привык откладывать дела на потом, жалуются на то же самое. И незачем напоминать нам о долгосрочных последствиях курения сигарет.
Да, но ведь мы можем от всего этого избавиться, вот и будут решены все наши проблемы. По крайней мере, так нам кажется. Но Жаклин Смолл – чьи две книги, «Естественная терапия» и «Трансформеры: терапевты будущего», всесторонне рассматривают это явление – не соглашается.
«Конечно, устраняя элемент зависимости, особенно если это зависимость от химических препаратов, мы делаем первый шаг, – говорит она. – Но я почти уверена, что это лишь предварительное условие лечения. Само лечение должно быть направлено на более глубоко скрытую причину. И по-моему, пристрастие к еде, наркотикам или определенным ситуациям, безусловно, вносит свой вклад в проблему, но никак не является ее причиной.
Я знаю это, потому что много времени потратила, занимаясь лечением алкоголиков. Они бросают пить, потому что их обучили методам, позволяющим это сделать. Взамен я видела заядлых курильщиков, не расстающихся с крепкими сигаретами. Я видела людей, которые практически жили на кофе и сахаре. Они не изменили своего поведения: они так же компульсивны, как и были. Они просто сменили объект своего внимания».
Если к одному пристрастию добавляется еще и другое, то здесь также можно предположить, что в основе лежит нечто большее, чем просто перебор с дурными привычками. Представьте себе только: трудоголик, который прикован к сигаретам, перфекционист, поглощающий кофе литрами, человек, который невротически цепляется за односторонние, без взаимности, отношения и при этом ищет спасения в транквилизаторах.


Какова истинная причина?

Смолл убеждена, что причина аддикции коренится в отсутствии психического равновесия и смятении, телесном и умственном. Это результат потери контакта с собой, стремления всегда обращаться за поощрением и удовлетворением во внешний мир, потому что мы больше не можем находить удовольствие внутри себя.
Мы спросили Смолл, не могла бы она охарактеризовать личность человека, подверженного зависимости. «Это очень любопытно, – ответила она, – поскольку исследования не обнаруживают специфических особенностей такой личности, но мой личный опыт говорит, что они, безусловно, существуют. Характерные особенности включают чрезвычайную тревожность, беспокойное состояние, постоянное чувство опасности и ориентацию на внешнюю управляемость (поиск удовлетворения исключительно во внешнем мире). Проблема в том, что мы живем в обществе, которое акцентировано на внешнем поощрении. Внутренне мы постоянно настраиваемся на неудовлетворенность. В своих действиях мы руководствуемся тем, что общество называет правильным способом получить вознаграждение. Больше престижа. Больше символов статуса. Больше возможностей сообщить о себе как о человеке, которого одобряет окружение.
Следовательно, чтобы противодействовать этому, мы должны перестать обращать внимание на ожидания внешнего мира и восстановить контакт с самим собой. Преодоление любой компульсии, – объясняет Смолл, – является процессом самооткрытия – для этого нужно настроиться на собственные мысли и чувства и прийти к соглашению со своим внутренним «я». Если посмотреть с этой точки зрения, говорит она, то это не процесс превращения, то есть не отказ быть теми, кто мы есть, и попытка стать кем-то другим; нет, это процесс преображения – мы принимаем себя такими, какие мы есть, и в то же время учимся «повышать планку» – искать состояние, где мы чувствуем себя более спокойными, уверенными, удовлетворенными и совершенными.
Наиболее быстрый способ направить кого-то на путь самооткрытия – дать ему понять, что его внутреннее «я» обладает мудростью, – говорит Смолл. – Иногда, общаясь с клиентом, я замечаю, что он меняется прямо у меня на глазах. Вот сию минуту он исключительно уравновешен и говорит по-настоящему искренне. В следующий момент он сникает, начинает жалеть себя или погружается в уныние, и поведение его становится неуравновешенным. Даже голос его может меняться. Как правило, он даже не замечает этой своей метаморфозы».

Новый взгляд на аддикцию
Аддикция = отсутствие развития. Это способ прочно застрять в прошлом, повторяя, точно робот, одни и те же ненужные функции, которые не дают результата… За аддикцию не цепляются сознательно. Нам приходится усыплять себя, чтобы действовала наша аддикция. Полное осознание момента, пребывание здесь и сейчас преобразует аддикцию.
Аддикция = стойкая привязанность. Когда мы фиксируемся на чем-то (или на ком-то), мы забываем о самих себе. Мы чувствуем, что без этого чего-то мы не полны. Мы испытываем боль и страдания, если объект нашей привязанности угрожает покинуть нас… как будто это все равно что потерять руку или ногу. Фиксация вызывает страдания. Зависимость вызывает страдания. Отсутствие привязанности не означает отсутствия внимания; это отсутствие настоятельной потребности, навязчивости. Это разрушение эмоционального кокона, так что человек может видеть потребности другого в истинном свете и соответственно действовать именно ради них. Парадокс в том, что привязанность – это отсутствие любви.
Аддикция = оттягивание. Повторение – действо гипнотическое. Вы делали это вчера, вы делаете это сегодня. Завтра все повторится вновь. И вновь, и вновь… Чем больше вы повторяете, тем прочнее закрепляется в вас этот замкнутый цикл… тем глубже вгрызается в самое ваше существо этот недуг. Вы знаете, что вам надо как-то изменить вашу жизнь, но всякий раз чувствуете, что лучше начать… завтра! Завтра я буду готов. Завтра я стану сильнее. Завтра я буду знать больше и накоплю больше энергии. Сегодняшний кризис закончится. Но завтра никогда не наступает! Преображение совершается СЕЙЧАС! В эту минуту…
«Большинство людей, имеющих аддикции, – те, кто страдает и мучается из-за низкой самооценки, – слышат только один голос: голос своей неуравновешенности, – утверждает Смолл. – Они не осознают, что в них есть и по-настоящему «здоровая» часть, которая «знает», часть, которая наблюдает за их действиями и тихонько подсказывает, чтобы они сделали не этот шаг, а другой; или же в момент, когда их самооценка получает травму, эта часть напоминает им об их достижениях. Но эта часть есть у всех нас – это наша внутренняя мудрость. Знание это может послужить нам надежным якорем, когда мы пускаемся в исследования собственных чувств».
Смолл использует управляемое воображение и дыхательные техники, чтобы помочь людям расслабиться и освободиться от сдерживаемого напряжения, которое блокирует их истинные чувства.
«Во многих этот процесс вызывает ужас, поскольку они боятся открыто взглянуть на собственные чувства, – поясняет она. – Разумеется, переживание может оказаться болезненным, но оно всегда дает позитивный результат. Это всегда откровение. Некоторые клиенты говорили мне: «Я никогда не думал, что переживаю именно из-за этого. Это произошло так давно, я напрочь все забыл. Не могу поверить, что во мне до сих пор таятся такие страсти».


Войти с собой в контакт

Каким образом мы можем добиться этого самостоятельно?
Медитация или другая техника релаксации – вот основной инструмент. Когда вы чувствуете, что глубоко расслабились и ваш разум освободился от ненужной суеты, вы можете провести какое-то время в безмолвной рефлексии – прислушиваясь к своему внутреннему голосу, или, как называет его Смолл, к своему «мудрому внутреннему «я».
Другая методика, которая, по словам Жаклин Смолл, особенно полезна для того, чтобы добраться до самой глубины ваших чувств и облегчить страдания, связанные с абстиненцией, – сфокусироваться на боли, которую вы ощущаете. Если вы, к примеру, страдаете маниакальным обжорством, сосредоточьтесь на муках голода. Если вы наконец решились порвать отношения, не приносящие радости, и впали в депрессию, поместите эту депрессию в центр своего внимания. Погрузитесь в нее с головой. Сконцентрируйтесь на ней. Попросите ее поговорить с вами. И внимательно выслушайте все, что она вам скажет.
«Со временем боль, голод или депрессия рассеются, – говорит Смолл. – И на их месте вы обнаружите множество подавленных эмоций. Вы можете поистине испытать прозрение».
И помните: необходимая предпосылка лечения – отказ от привычки, какой бы она ни была. В следующих главах будет рассказано о некоторых из наших худших компульсивных привычек и даны советы, как с ними поступать.

 

 

 

 


Глава 15
Готов, настроен, замотивирован
Возможно, вы многие годы твердите себе, что хотите сбросить вес и привести себя в форму, или что хотите бросить курить, или подыскать новую работу. Но удастся ли вам собраться с духом и начать действовать в этом направлении, зависит от того, насколько вы чувствуете неудобства, которые причиняют вам лишние фунты, дряблые мышцы, закопченные легкие или непрекращающаяся нервотрепка на рабочем месте.
«Самочувствие человека – это именно то, что обычно побуждает его перебороть собственную инерцию, – утверждает доктор медицины Джерри Вандел, руководитель программы «Здоровье по плану» в Сан– Антонио, штат Техас. – Они могут чувствовать себя старыми или несчастными. Они осознают, что нельзя поступать так, как им привычно, и хотят попытаться вернуться к активной жизни. И тогда они начинают подбирать себе диету и физические упражнения».
«Люди должны знать, что они действительно хотят это сделать и почему, – говорит Синди Кастерелла, инструктор по йоге и консультант по стресс-менеджменту из колледжа Джефферсона в Уотертауне, штат Нью-Йорк. – Вы должны решить, что изменить что-то в вашей жизни – будь то режим питания или физические нагрузки – будет полезно именно сейчас. Затем найдите кого-то, кому вы доверяете и кто может помочь вам совершить это изменение».
Получаем результат
Цель плана усовершенствования, естественно, получить желаемый результат, либо остаться довольным собой, либо соответствовать социальным ожиданиям. А для достижения этой цели необходима мотивация. Вы должны замотивировать себя и поддерживать это состояние. Мы опросили специалистов, и получился вот такой план из пяти этапов, который поможет вам сдвинуться с места.

1. Поставьте перед собой нетрудную, краткосрочную цель и перечислите шаги, которые потребуются для ее достижения.
Что вам необходимо? Новый режим питания, программа физических упражнений, новая карьера? Что бы это ни было, определите точно, что это такое и как приступить к действию в нужном направлении. Если вы ничего не знаете про методы достижения вашей цели, вам может помочь библиотека или книжный магазин. Читайте литературу и следуйте предложенным планам.
Будьте реалистом. Для поддержания замотивированности необходимо перестраивать ваш стиль жизни постепенно, терпеливо и с хорошим настроем. В конце концов, гусеницы не вдруг становятся бабочками.
«Когда ко мне обращается женщина, у которой болит голова, ноют мышцы и вес превышает норму, я не предлагаю ей немедленно перестать есть темное мясо (баранину и говядину), начать питаться злаками, делать упражнения, принимать витамины и заниматься медитацией – и все это сразу, – говорит доктор медицины Кристиан Нортруп, акушер-гинеколог из Южного Портленда, штат Мэн. – Начинать надо с малого и составлять каждый раз особый план для того, чтобы решить одну из проблем. Затем все остальное встанет на место».
Нора Ирвин из Южного Берика, штат Мэн, потратила семь лет, чтобы разработать образ жизни, который удовлетворяет ее потребностям.
«Когда я уехала в колледж, я за три месяца набрала двадцать фунтов. В День благодарения я протискивалась в дверь боком, – смеется она. – Я ела всякую дрянь, зато запивала ее диетической колой. Каким-то образом я умудрилась чуть-чуть сбросить вес перед окончанием колледжа, но питалась я по-прежнему скверно. Когда я устроилась на работу в магазин здорового питания, покупатели задавали мне вопросы, и мне пришлось прочитать все, что только удалось найти, про питание, и тогда я смогла им отвечать. Это и побудило меня заняться собственной диетой.
Мое социальное сознание заставило меня отказаться от мяса, когда я осознала, сколько мяса поглощают американцы. Вегетарианская диета способствовала снижению веса, и я стала себя ощущать намного лучше.
Когда я получила работу в газете штата Мэн, я начала бегать вместе с пятидесятитрехлетней секретаршей, которой я и в подметки не годилась. Много лет спустя, когда мы с моим мужем Дэвидом решились наконец завести ребенка, я всерьез стала заниматься по программе тренировок для женщин, которые забеременели в возрасте за тридцать, – продолжает Ирвин, мать восьмимесячной дочери. – Меня поддерживало тщеславие и стремление родить самого замечательного младенца».

2. Найдите такого человека или группу людей, которые могут вас поддержать.
«Для многих людей поддержка других чрезвычайно важна, чтобы они продолжали работу над собой», – говорит доктор философии Сьюзен Смит Джонс, инструктор по оздоровлению из Калифорнийского университета.
«Будь это только один партнер или же целая группа, люди – мощный ресурс для подкрепления мотивации, – говорит д-р Джерри Вандел. – Людям нравится быть в команде, и они способны ставить совместные цели. Скажем, вы собираетесь заняться бегом. Если к вам присоединится кто-то еще, гораздо вероятнее, что вы действительно побежите».
Лео Р. Ван Долсон, священник и учитель здоровья из Вашингтона, добавляет: «Когда каждый член группы стремится к одной и той же цели, они могут оказать друг другу поддержку. Может быть, всей группе предложено сбросить за неделю два фунта, а одна женщина приходит на следующее занятие и говорит, что у нее не получается. Кто-то еще может подняться и сказать: «У меня тоже», и тогда остальные будут выдвигать разные предложения, как им это сделать. Разбор ситуации в группе – это способ регулярно восстанавливать мотивацию», – заключает его преподобие Ван Долсон.
Но не всем нужна целая группа. Некоторые предпочитают доверяться только одному человеку, который может снабдить их информацией и поддержать в трудную минуту.
«Людям необходимо найти кого-то, кто бы подогревал их энтузиазм, – замечает д-р Нортруп. – Они обычно за это благодарны. Важно найти доктора или кого-то, кто бы мог подкидывать им идеи. А если у этого человека еще и ученая степень, к примеру, если это доктор медицины, люди чувствуют себя намного спокойнее. Если я посоветую женщине принимать сеансы массажа, чтобы несколько снизить ее стресс, это будет так, словно я выписал ей рецепт и порекомендовал чувствовать себя хорошо – как будто ей требуется разрешение, чтобы сделать что-то хорошее для себя».

3. Поэкспериментируйте месяц-другой, пока не выберете наиболее подходящую для себя программу. Дайте себе время приспособиться.
«Бихевиористы говорят, что организму требуется двадцать один день, чтобы усвоить новое поведение, – говорит д-р Джонс. – Если вы отказались от сахара, к примеру, вы должны продержаться по крайней мере двадцать один день, прежде чем для вашего организма это изменение станет естественным. Ставьте перед собой настолько реалистичные и легкие в достижении цели, чтобы вы не могли потерпеть неудачу. Не принимайтесь решать более одной проблемы зараз».
Кроме того, помните, что первая группа, врач или программа, которые вам попадутся, не обязательно будут именно тем, что вы хотите или что вам требуется. Но не опускайте руки и не останавливайтесь на полпути. Продолжайте искать.
Лауро Бустаманте, молодой юрист из Сан-Антонио, штат Техас, живой пример того, что пробы и ошибки не являются чем-то непоправимым. Бустаманте обратился к доктору Ванделу после того, как неоднократно получал травмы и сильно уставал в ходе выполнения программы тренировок, которую он сам для себя составил. В нее входили бег и поднятие тяжестей.
«Мне был нужен кто-то, кто бы объяснил мне, как это делать правильно и какова должна быть нагрузка, – вспоминает Бустаманте. – Он протестировал меня, рассчитал нагрузку и спланировал мою диету. Позже я занимался исследованиями самостоятельно, прежде чем нашел для себя подходящую программу питания, но его программу упражнений я выполнял, потому что понял, что это научный подход к тренировкам. Я обрел такую прекрасную форму, что не захотел возвращаться к моим прежним привычкам».

4. Будьте гибче – оставляйте пространство для маневра. Ни одна программа упражнений или диета не должна быть настолько жесткой, чтобы нельзя было позволить себе отвлечься.
Жесткие программы попросту трудно соблюдать. Возможность отдохнуть денек без упражнений или позволить себе порцию мороженого – нормальное условие практически выполнимой долговременной программы.
«Если вы станете получать меньше того, что вам не нужно, вам будет меньше этого хотеться, – говорит Нора Ирвин, вспоминая свою страстную любовь к мороженому. – Через некоторое время оно перестанет быть настолько притягательным для вас».
Синди Кастерелла соглашается, добавляя: «Я разрешаю себе ошибки. Если я их совершаю, это вовсе не страшно». Вам нужно наработать доверие к себе, позитивное представление о себе. «Я бросила курить, побившись с собой об заклад на то, сколько продержусь. Через тринадцать лет я решила, что выиграла пари!»
Кастерелла пришла к своей философской установке с помощью доктора медицины Джеффри Мигдоу в Крипалу-центре йоги и здоровья в Леноксе, штат Массачусетс. «Я хотела усовершенствовать свои знания йоги», – поясняет она. Она постепенно похудела на тринадцать фунтов, но это стало вторичным достижением по сравнению со здоровым самочувствием, которое она приобрела, придерживаясь качественной диеты, разработанной, чтобы дополнить занятия йогой. Чтобы преодолеть искушение вернуться к старым привычкам в еде, она советует: «Смотрите на это просто как на эксперимент. Скажем, «это не значит, что я так должна жить всегда. Если меня не устроит, я в любой момент могу отказаться». С такой установкой легче будет следовать программе».

5. Отчетливо представьте, как замечательно вы будете выглядеть и чувствовать себя в новом облике.
«Вырежьте из журналов фотографии, которые похожи на то, как вы хотите выглядеть и ощущать себя, и расклейте их на заметных местах по всему дому», – советует д-р Джонс. Пусть это звучит банально, но это действительно помогает достичь цели.
Постоянно видеть физические результаты – лучший способ поддерживать вашу мотивацию на должном уровне.
«С тех пор как я вошел в форму, я уже больше не чувствую депрессии, которая была привычной для меня раньше», – говорит Лауро Бустаманте.
Еще одним результатом его настойчивости стала потеря десяти фунтов веса. «Сначала я выполнил шестимесячную программу с доктором Ванделом. Такое трудно выдержать самостоятельно. А когда кто-то стоит у вас за спиной, вы уже не будете лениться. Я задавал ему множество вопросов, и он отвечал на все. Я с толком потратил свои деньги – я увидел результат».

 

 

 

 

 



Глава 16
Обуздайте свою тягу к сахару
Если при одном упоминании о вкусненьком и сладеньком вы невольно начинаете причмокивать, есть подозрение, что за вашей мечтательной улыбкой скрывается неудержимое пристрастие. И можно пари держать, что вы подсели на сахар.
«Люди могут подсесть на что угодно – на сахар, мед, алкоголь, даже на кукурузу или молоко, – говорит доктор медицины Лендон Смит, автор книги «Питайтесь правильно». – Любая пища способна вызывать привыкание. Но сахар занимает в этом списке одно из первых мест».
Разумеется, никто лучше записных сладкоежек не знает, сколько хлопот может вызывать эта проблема. Им приходится вспоминать об этом всякий раз, когда неодолимое желание само подводит их руку к коробке конфет или к какой-нибудь другой липкой сахарной сласти, которая оказалась в пределах досягаемости. Причем сахароманам, вероятно, даже не нужно объяснять, насколько это для них вредно. Они знают, что сладости вызывают кариес. И знают, что они усугубляют проблемы с весом, диабет и подагру. И все равно за ними тянутся. Как наркоман, который не может без героина, они должны получить свою ежедневную дозу.
И все-таки надежда есть. Вы можете избавиться от привычки к сладкому. Специалисты в данной области утверждают, что можно настроить ваш вкус так, что вы будете хотеть меньше сахара, даже вовсе перестанете его хотеть! Чтобы выяснить, что для этого нужно сделать, мы разузнали профессиональные секреты тех, кто каждый день сталкивается с этой проблемой. Самое главное, что мы выяснили, – это что отучение от пристрастия к сахару не требует особых страданий. Вот вам чертова дюжина шагов, ведущих к новой жизни без сладкого.

Заведите сахарный дневник
«Отучение от привычки к сахару требует прежде всего повышения самосознания», – говорит доктор медицины Аллен Макдэниэлс из Сан-Педро, Калифорния. Вы должны сильно захотеть избавиться от этого. Вернейший способ довести до собственного сознания, что вы превышаете норму сахара, – это записывать в дневник все, что вы съели и выпили за неделю. Отмечайте все блюда, содержащие сахар, как готового производства, так и приготовленные вами. Со второй недели начинайте сокращать его количество. Лучше всего отказаться сразу и наотрез. Если вы чувствуете, что для вас это невозможно, начинайте урезать норму постепенно.
Просто помните, что не обязательно завтракать кексами и колой (о да, кое-кто так и делает), чтобы быть причисленным к сахарным наркоманам. Даже чайная ложка сахара в вашем утреннем кофе – знак того, что вы уже на крючке. Истина состоит в том, что слишком многие американцы потребляют слишком много сахара. Статистика свидетельствует, что сахар, добавляемый в пищу, составляет около 25 процентов всех калорий, усваиваемых взрослыми. Что до подростков, то у них этот процент доходит до 50! Исследователи из Джорджтаунского университета в Вашингтоне, которые предоставили эти цифры, говорят, что они показывают «потенциальную распространенность проблем со здоровьем». Так что вы рискуете, даже если таких, как вы, большинство! Как вы попадаете в эту статистику? Ваш еженедельный журнал потребления сахара может вам кое-что подсказать.

Уберите из дома весь сахар и все сладости
Может показаться, что это и есть решение всех проблем. Однако, к несчастью для любителей сладкого, с глаз долой вовсе не означает из сердца вон. И все– таки это начало. «Не храните сахар в доме – ни белый, ни желтый, ни кукурузный, ни кленовый сироп, ни патоку, – советует д-р Смит. – Хотя маленькая баночка чистого необработанного меда пусть стоит в шкафу».
Проще говоря, подпитывать тягу к сахару много труднее, если в пределах досягаемости нет ничего сладкого. И отказаться следует не только от белого сахара. Даже если потребление белого сахара снижается, американцы все равно едят его слишком много. По статистике каждый из нас поглощает в среднем 88 фунтов белого сахара в год, что уже ниже, чем пик 1972 года, когда потребление составляло 103 фунта на человека. Но картина радикально изменится, если вы сложите вместе все виды сладкого. В 1980 году потребление сахаров и подсластителей в целом оказалось рекордно высоким, на 50 процентов больше, чем было в начале столетия, то есть от 91 фунта в год на человека оно поднялось до 143 фунтов. Популярность одного только кукурузного сиропа взлетела с 2 фунтов на человека в 1972 году до 26 фунтов на человека в 1980-м.

Сделайте перерыв и перекусите
Пристрастие к сахару – это порочный круг. Съеденный сахар тут же заставляет уровень сахара в крови резко подскакивать. Чтобы компенсировать его передозировку, организм немедленно выделяет инсулин, который быстро сбивает уровень сахара в крови. И что следует в итоге? Опять тянемся за сладким. Некоторые люди страдают от таких распространенных побочных эффектов, как нервозность, капризы, головные боли и дурные сны. «Чтобы сахар не становился причиной страданий, нужно поддерживать уровень сахара в крови более-менее равномерным, – говорит д-р Смит. – Чтобы этого добиться, между регулярными приемами пищи перекусывайте только хорошими продуктами». Орехи, семечки, сырые овощи, фрукты, сыр и яйца, сваренные вкрутую, – вот пища, которая и питательна, и не вызывает побочных эффектов, которые дает сахар. «Если вы будете перекусывать каждые два-три часа, то обнаружите, что вас меньше тянет к сахару. Во время регулярных приемов пищи вы станете меньше есть, а по утрам у вас прибавится бодрости», – говорит он.
Бывшие сладкоежки рассказывали нам, что орехи особенно полезны, если надо перебить тягу к сладкому. «Я помню, как уставилась на шоколадку в магазине и просто не могла отойти, – вспоминала одна женщина. – Это был один из этих сладких шоколадных батончиков, в которых полно орехов и карамели. Но я устояла, а когда вернулась в офис, то с собой притащила целый пакет орехов. Они были потрясающе вкусны, и мне стало ясно, что именно о них я все время и мечтала». Теперь, когда ей очень хочется вкусненького, она грызет орехи.

Повышайте потребление сложных углеводов
Всем нам известно, что цельные зерна и свежие овощи напичканы питательными веществами. Но, к сожалению, именно эти продукты являются наименее привлекательной пищей для сладкоежек. «Питание, перенасыщенное сладостями, – это плохое питание, а плохое питание влечет за собой недостаток витаминов, – говорит д-р Макдэниэлс. – В результате еще больше тянет к сладкому. Это порочный круг. Правильный подход к питанию – это самый легкий способ преодолеть пристрастие. Вы поймете, что хорошо сбалансированная диета из качественных продуктов поможет убрать тягу к сладкому».
Доктор медицины Рэй С. Вундерлих из Санкт-Петербурга, штат Флорида, добавляет к этому еще один совет. «Убедитесь, что ваша дневная норма белка достаточна для вас, – говорит он. – Не избыточна, нет, а именно достаточна». Он тоже уверен, что орехи и семена прекрасно замещают сахар. «Они могут вытеснить тягу к сладкому, – говорит он, – но не ешьте один арахис. Попробуйте миндаль, кунжут, семена подсолнуха. Разнообразьте меню».

Боритесь с тягой к сахару с помощью упражнений
Энергичная встряска организма, даже всего на несколько минут – превосходный стабилизатор для сахара, говорит д-р Вундерлих. «Если уровень сахара в крови высокий, физические упражнения его понизят. Если он низкий, они его поднимут». Д-р Вундерлих знает по собственному опыту, что если хочется сладкого, то несколько минут подскакивания на мини-батуте могут сотворить чудо. Но на это способны любые упражнения – ритмическая гимнастика, простые подпрыгивания, короткая прогулка и, конечно, бег трусцой. «Если вам захотелось сладкого, ложитесь на пол и сделайте пару отжиманий. Мир откроется вам с совершенно иной стороны», – говорит он.
Но упражнения нужно делать не только тогда, когда вам захочется сладкого. Занимайтесь ежедневно и регулярно, и ваш организм будет контролировать уровень глюкозы более эффективно. Когда вы упражняетесь ежедневно, требуется меньше инсулина, чтобы контролировать колебания сахара.

Ежедневно принимайте витамин В
Среди витаминов, которые компенсируют сахар, витамины группы В занимают первое место. Витамины группы В абсолютно необходимы для страдающих пристрастием к сахару, потому что они заставляют сахар в крови держаться на оптимальном уровне, говорит д-р Смит. В своей практике он обнаружил, что витамины группы В, особенно никотиновая кислота, помогают усмирять жажду сладкого у пациентов, страдающих гипогликемией, то есть у тех, чья повышенная чувствительность к сахару вызывает заболевания и даже психологические проблемы. И эти же витамины вообще ослабляют пристрастие к сахару. В каких продуктах содержатся витамины группы В? Вы уже догадались – это сложные углеводы. Цельные зерна, свежие овощи, пшеничные проростки – все те продукты, которые мы вас уговариваем есть.

Пусть организм получает хром, марганец и цинк в нужном количестве
Как и витамины группы В, это трио микроэлементов важно для поддержания сахара в крови на одном уровне. И по словам д-ра Вундерлиха, это те элементы, которых, как правило, очень мало в привычной пище сладкоежек. Хром помогает инсулину действовать эффективнее. Цинк и марганец помогают стабилизировать уровень сахара в крови, особенно когда он убывает.
Но основная роль цинка в питании состоит в том, чтобы усиливать остроту вкуса. И совсем недавно выяснили, что он помогает контролировать тягу к сладкому. Это было обнаружено, когда десяти здоровым людям в течение пятнадцати недель давали питательные добавки с цинком, чтобы пронаблюдать, как это подействует на их ощущение сладкого, кислого, соленого и горького вкуса. Наиболее разительно изменилась их чувствительность к сладкому. Они обнаружили, что могут обходиться меньшим количеством сахара (журнал «Биологическое исследование микроэлементов»).

Избегайте темного мяса
Прямо-таки анекдотично, но есть люди, которые утверждают, что это помогает. Один такой человек – это Уильям Дафти, который подвел итоги своей личной войны с пристрастием к сладкому в книге «Тоска по сахару». «Если вы пытаетесь отказаться от сахара, то самый полезный совет, который я вам могу дать, это тот, который подействовал на меня, – пишет Дафти. – Исключите из питания темное мясо. Просто переключитесь с темного мяса на рыбу или птицу, и вы захотите поесть сладкого только после нормального приема пищи. И вам будет легче удовольствоваться чем-нибудь натуральным, вроде фруктов, а то и вовсе отказаться от десерта».
Д-р Смит говорит, что он тоже слышал подобные теории от своих пациентов. «В этом определенно есть какой-то смысл, – говорит он, – особенно для тех, у кого аллергия на говядину. Когда место животного белка занимает растительный, человеку легче обойтись без сладкого».

Тщательно изучайте надписи на упаковках
Сахар может оказаться в самых невероятных товарах – даже некоторые зубные пасты его содержат. Вот почему так важно следовать этой рекомендации.
Если какой-то вид сахара, к примеру кукурузный сироп, фруктоза, декстроза или мед, в списке ингредиентов стоит в числе первых трех, можно поклясться, что этот продукт напичкан сахаром до отвала. И лучше всего просто его не покупать. В некоторых блюдах, в которые вам не пришло бы в голову добавлять сахар дома – скажем, в супах, – он часто обнаруживается в списке ингредиентов, если это суп с магазинной полки. Так что возьмите за правило читать все этикетки!

Избегайте синтетических подсластителей
Попытка обмануть вкусовые бугорки вашего языка, притворяясь, что вы едите сахар, тогда как на самом деле это не сахар, попросту не принесет вам ничего хорошего. «Сахарин и цикламаты имеют сладкий вкус, но это химические препараты, и печени приходится их обезвреживать, – говорит д-р Смит. – Кроме того, если что-то имеет сладкий вкус, это способствует представлению, что любая еда обязана быть сладкой». Смысл в том, чтобы забыть о подсластителях напрочь. Живите без них.

Держитесь подальше от торговых автоматов
Настоящий кошмар для многих сладкоежек – торговые автоматы, эти удобные приспособления, которые способны по звону монетки и мановению руки отправить вас в сахарную страну.
Насколько вредными могут быть торговые автоматы, может показать исследование, проведенное в кампусе Иллинойского университета, где отслеживались пищевые привычки студентов. 35 процентов студентов пропускали по крайней мере один регулярный прием пищи в день, вместо этого предпочитая питаться из торговых автоматов. Наибольшей популярностью пользовался автомат по продаже безалкогольных напитков. Конфеты и жевательная резинка занимали второе и третье места. За ними следовали кофе, попкорн, картофельные чипсы, соленые крендельки, пирожки, йогурт, свежие фрукты, горячий шоколад, крекеры и молоко.
Существует способ игнорировать торговые автоматы: приносите еду с собой на работу, говорит д-р Смит. Но у него есть идея и получше. Попросите вашего работодателя убрать автоматы. Превышение нормы сахара ведет к неудовлетворенности работой, говорит он, даже в таких местах, где стрессов относительно немного. «Если босс желает, чтобы работники выкладывались в полную силу, пусть запретит автоматы по продаже суррогатной еды».

Ешьте вдоволь фруктов, натуральных сладостей
Пусть у вас в доме в любое время будет большой выбор свежих фруктов. Чтобы отразить внезапный приступ тяги к сладкому, нет ничего лучше свежих фруктов. И в машину с собой их берите, если у вас есть привычка за рулем жевать конфетки или другие лакомства. Фрукты не только богаты витаминами, они дадут вам возможность гораздо дольше чувствовать себя сытым и довольным. Они еще и жажду утоляют, помогая побороть искушение скормить монетку автомату с газировкой.
Да, еще! Не забудем о привычке покупать газировку стандартными упаковками по шесть баночек. Что делать бедной жертве привычки? Ответ простой: отказаться напрочь. И на самом деле это просто выполнить. «Перейдите на фруктовые соки – только не подслащенные, – говорит д-р Вундерлих. – Очень скоро вы сами не поверите, что могли днями напролет хлестать эту сладкую газированную водичку». А если на самом деле вас привлекает ощущение лопающихся пузырьков на языке и в горле, переключитесь на минеральную воду с долькой лимона или лайма.

Последнее вознаграждение
Это необязательно. Можете попробовать только в том случае, если перепробовали предыдущие двенадцать. Раз в месяц или около того выберите день и устройте сахарную оргию. «Тотальная депривация попросту не даст результата, – говорит д-р Макдэниэлс. – Будьте к себе добрее. Денек поесть сладкого вволю – это не повредит, если у вашей проблемы корни психологические. А вот для страдающих гипогликемией дело другое. Но я понял, что бывает весело и забавно вознаградить себя за здоровую жизнь, разок сбившись с пути и устроив себе редкую возможность налопаться мороженого или чипсов».
Итак, вперед. Если все пойдет хорошо, вы сами удивитесь, насколько быстро сахар исчезнет с вашего стола.

 

 

 

 

 



Глава 17
Больше не курим
Если вы курите и действительно захотели бросить, примите поздравления. Вы только что сделали первый шаг и находитесь уже на пути к успешному отказу от своей привычки.
Вы должны захотеть бросить курить, прежде чем действительно это сделаете, говорит доктор социальной медицины Джером Шварц, консультант по здравоохранению в Дэвисе, штат Калифорния. Д-р Шварц составил мнение о разнообразных программах для курильщиков и написал множество статей о том, как бросить курить.
«Курение – привычка, от которой непросто избавиться. Когда вы закуриваете сигарету, возможно, вы делаете это чаще, чем что-либо другое в своей жизни – чаще, чем завязываете шнурки, чаще, чем едите. Если вы закуриваете сигарету 20 или 30 раз в день, это станет привычкой, прочно укоренившейся в вашем образе жизни».
Если желание бросить курить достаточно сильное, прекратить можно вне зависимости от того, как долго вы курите. Клемми Фишбэк выкуривала около полутора пачек в день на протяжении 30 лет, прежде чем бросила.
«Мне действительно нравилось курить. Мне нравился вкус сигарет», – говорит она. А потом во время ежегодного медицинского осмотра на рентгеновском снимке проявилась опухоль в легком. «Я решила, что это, наверное, рак, ведь я так давно курю. Но я дала себе клятву, что, если это окажется не рак, я больше никогда не буду курить». Последовавшая операция выявила, что опухоль начала стремительно разрастаться вокруг ее аорты – но она не была злокачественной.
Прошло десять лет с тех пор, как Клемми Фишбэк бросила курить. «Если вы действительно на это настроитесь, вы сможете это сделать, – говорит она. – Когда я только-только бросила, мне все время снилось, что я курю сигарету. Сны были настолько реальными, что, когда я наутро просыпалась, мне казалось, что это и вправду было. Но все-таки бросить было не слишком трудно. Всякий раз, когда мне хотелось закурить, я начинала думать о чем-нибудь другом. Через год у меня уже не возникало желания действительно закурить, даже когда я находилась среди других курильщиков».
Причины, связанные со здоровьем, могут стать мощными стимулами к отказу от курения для многих курильщиков, однако не для всех. Впрочем, достаточно любой мотивации. «Я просто заболевала без сигарет, и мне приходилось выбегать из дому и искать, где еще открыто, чтобы можно было купить пачку, – рассказывает Джоанна Ланнин, писательница из Манчестера, штат Нью-Хэмпшир. – Но у меня было несколько друзей, которые бросили курить. А во мне силен дух соревнования. Я решила, что если они смогли это сделать, то смогу и я».
Четыре типа курильщиков
Если у вас уже есть мотивация к отказу, вы можете начать думать, как этого добиться. Методы, которые вы используете, зависят от того, к какому типу курильщиков вы принадлежите.
«Существует четыре основных идентифицируемых типа курильщиков», – говорит д-р Шварц. Курильщик по привычке – один из тех, кто закуривает автоматически. Он может закурить после ужина, когда разговаривает по телефону, во время перерыва на кофе или за коктейлем.
«Вам нужно сделать что-то такое, что постоянно напоминало бы этому человеку о том, что он хочет бросить курить. Оборачивайте его сигареты целлофаном и обвязывайте резиновыми ленточками, чтобы он постоянно осознавал, что потянулся за очередной сигаретой. Он может сменить марку, держать сигарету не той рукой или класть пачку в разные карманы. Он должен заставить себя максимально осознавать, что курит и что хочет бросить».
Курильщики позитивного аффекта находят курение приятным и курят, чтобы получить удовольствие или сосредоточиться. Такой человек может заменить сигареты чем-нибудь вроде бега трусцой или прогулки, когда проходит через наиболее тяжелую стадию бросания, по мнению д-ра Шварца. Замещающее действие всегда должно соответствовать стилю жизни данного человека.
Курильщики негативного аффекта курят, когда нервничают или испытывают стресс. «Такому человеку часто очень трудно выдержать период отказа, и ему может потребоваться профессиональная помощь», – говорит д-р Шварц.
Курильщики, страдающие психологической или физиологической зависимостью от сигарет, – это те, кто не может дождаться антракта и вынуждены выбегать в вестибюль, чтобы поскорей затянуться.
«Люди, зависимые психологически или физиологически, не могут бросить курить, пытаясь просто уменьшить число сигарет. Они могут сократить количество выкуренных сигарет до пяти в день, потом попасть на вечеринку и наверстать упущенное. Им нужно отказаться раз и навсегда», – говорит д-р Шварц.
Минимизация симптомов абстиненции
Эти слова могут посеять ужас в сердцах многих заядлых курильщиков, но метод «раз и навсегда» действительно может стать для любого курильщика наилучшим способом бросить. Исследование, которое провели Сол Шифман и Мюррей Э. Джарвик, доктор медицины и доктор философии из Калифорнийского университета, показывает, что симптомы, связанные с прекращением курения, исчезают намного быстрее, если бросить резко.
«Когда люди только недавно отказались от курения, они испытывают дистресс, – говорит Шифман. – Их тянет закурить. Они могут испытывать психологический дискомфорт, и тогда они становятся раздражительными или беспокойными. Кроме того, могут возникнуть физические недомогания, к примеру тошнота или головокружение, и человек поначалу может чувствовать либо неумеренный прилив энергии, либо, наоборот, усталость и сонливость».
В своем исследовании Шифман и д-р Джарвик обнаружили, что люди, которые бросили резко, испытывают облегчение от симптомов абстиненции довольно скоро – уже через неделю. У тех же, кто сократил количество выкуренных сигарет лишь на 60 процентов, стресс снизился до такого же уровня только через две недели. «Сокращение числа сигарет как будто продлевало их страдания», – рассказывает Шифман.
Если некто уже мотивирован бросить курить и решил это сделать резко, возникает вопрос – когда это сделать? Многие специалисты советуют, чтобы курильщик наметил совершенно определенную дату. «С этим не следует слишком торопиться, но и оттягивать не следует», – рекомендует Шифман.
Важно выбрать момент. «Если у вас голова занята подписанием контракта с другой фирмой, сейчас не время думать об отказе от курения. А вот через две недели после того, как все будет закончено, вы наверняка будете готовы попытаться, – объясняет д-р Шварц. – Отпуск может быть как подходящим, так и неподходящим периодом. Если вы собрались провести отпуск в казино в Рино, я бы не советовал бросать. А вот чистый горный воздух и скальный маршрут – обстановка, вполне соответствующая случаю».
Джоанна Ланнин выкуривала в день больше пачки в течение восьми лет и решила бросить перед тем, как отправиться в путешествие в компании некурящих. «Я знала, что поеду на неделю в Мичиган в компании нескольких друзей, которые не курят, и мне все равно пришлось бы сократить количество сигарет. Так что я решила, что за эту неделю и брошу. За день до того, как мы отправились в путь, я купила пачку сигарет и не ложилась спать до трех часов, пока все не выкурила. На следующее утро мне уже не хотелось курить.
В первое время путешествия я просто до бешенства доводила своих друзей. Наконец один из них заявил мне, что, если я еще хоть раз упомяну о курении, он вышвырнет меня из машины и мне придется возвращаться в Нью-Хэмпшир пешком. Это был вызов. До конца недели я больше не заговорила про это. Я решила перестрадать в одиночку. К концу недели я практически забыла о курении».
Она записывала в дневник все, что переживала, и каждый раз, когда ей хотелось закурить, она писала об этом.
«Я ставлю маленькие цели»
«А еще я никогда не говорила себе, что никогда больше не закурю. Думаю, тогда мне это казалось слишком грандиозной задачей, – говорит Ланнин. – Вместо этого я ставила себе маленькие цели. Я говорила: я собираюсь не курить в течение недели – и не курила. Затем я говорила: отлично, теперь я собираюсь не курить целый месяц и за это время определюсь со своим состоянием. Это обеспечивало меня стимулом и мотивацией, чтобы прекратить курить на три месяца, затем на шесть…»
Ланнин добавляет, что ее друзья эмоционально ее очень поддерживали. Вряд ли она это сознательно планировала, но заручиться поддержкой членов семьи и друзей означает добавить очень важный фактор для бросающего курить.
«Некоторые люди не хотят признаваться даже своим сослуживцам, что пытаются бросить курить, но они должны это сделать, – утверждает Шифман. – Даже ваши друзья, которые еще курят, могут по собственной воле не курить, находясь рядом с вами, и могут вас подбадривать, когда вы будете проходить через самые тяжелые этапы отвыкания».
Некоторые активно ищут семинары для бросающих курить – участие в таком семинаре дает дополнительные удобства, поскольку присутствующие сочувствуют и поддерживают друг друга.
«Я знала, что мне нужен кто-то, кто бы бросил курить вместе со мной», – говорит Джуди Вебстер из Крофтона, штат Мэриленд, которая посещала семинар для бросающих курить, спонсируемый Американским обществом по борьбе с раком. Вебстер выкуривала полторы пачки в день на протяжении двадцати лет. Она посещала одно занятие в неделю в течение шести недель, а когда покинула семинар, то уже не курила. «Я пыталась бросить сама, но безуспешно. Я знала кое-кого, кто смог бросить и без поддержки товарищей, но у меня в одиночку не получилось».
Не получилось и у Лоис Сильвы, которая принимала участие в том же семинаре. Она тоже сказала всем своим друзьям, что собирается бросить курить, но не нуждается в их поддержке. «Я знала, что мне нельзя сдаваться, ведь я хотела сохранить лицо. И я боялась, что те мои друзья, которые еще курят, смогут сказать: «Ага, опять закурила?»
На семинаре участникам советуют уменьшать количество сигарет и намечать точную дату отказа, говорит Джуди Вебстер. На еженедельных презентациях показывали фильм, приглашали лекторов и демонстрировали разнообразные методики – все это в помощь тем курильщикам, которые хотят бросить.
«Я пользовалась всеми советами, которые давали на занятиях, – говорит Лоис Сильва. – Я пила много воды, чтобы промыть организм, и стала пить больше фруктовых соков». Что-то такое есть в апельсиновом соке, из-за чего он с сигаретами не сочетается.
Кроме того, у Сильвы под рукой всегда были свежие фрукты, особенно виноград. Когда она чувствовала, что ей хочется курить, она набивала рот виноградом и оставалась довольна.
Последний шаг
Она записывала свои привычки, связанные с курением, и ситуации, когда ей больше всего хотелось курить. Когда она курила, то сначала выжидала десять минут, прежде чем зажигала сигарету, и выкуривала ее только наполовину. После двух недель постепенного сокращения курения Сильва решила отказаться от него полностью.
«Была среда. Перед этим я вечером не выкурила ни одной сигареты, а потом провела без них целый день. Когда наступило время вечерней еды, я хотела приготовить соус к спагетти, который до этого я готовила каждую среду вечером на протяжении двадцати лет. Внезапно я поняла, что не помню, как его делать. Мой мозг просто отказывался мне служить. Это было, как будто кто-то стукнул меня по голове и я потеряла память. Это было по-настоящему страшно. Я боялась, вдруг такое состояние будет длиться долго, но это случилось лишь раз. В конце концов я, кажется, достала консервированный соус к спагетти. Моя семья жаловалась, что это был один из худших обедов, который я когда-либо готовила».
Это было началом мощно проявившихся симптомов отвыкания, которые продолжались около недели. «Больше всего меня мучило непрекращающееся чувство тревоги – вдруг случится что-то ужасное, а я не смогу справиться, – говорит Лоис Сильва. – Конечно, я знала, что если достану сигареты и закурю, то тут же все и пройдет. Кроме того, меня охватило какое-то легкомыслие, я стала вспыльчивой и чудаковатой. Похоже было, что я-то хочу избавиться от дурной привычки, но мой организм говорит: «Это не стоит того, возьми-ка сигарету».
Сильва говорит, что ее друзья и члены семьи вели себя просто как святые, когда она старалась отвыкнуть от курения. «Моего бедного мужа это временами доставало, но он никогда не говорил мне: «Пусть лучше ты будешь курить, но зато останешься счастливой женщиной». Он просто терпел, пока я вновь не стала человеком».
С тех пор как она бросила курить, говорит Сильва, у нее прибавилось энергии и амбиций. «Это чудесное ощущение. Я отлично себя чувствую, я счастлива, и мне интересен мир вокруг меня. Я человек общительный. Я люблю компании, и принадлежать к группе единомышленников для меня оказалось простейшим способом отказаться от привычки. Когда я пыталась бросить самостоятельно, я попросту приуныла. Бросить было вроде бы легко, но так же легко оказалось вернуться. Случись малейший повод – и я бы сказала «да пошло оно все!» – и закурила бы сигарету».
Не отступайте
Шифман считает, что, раз уж вы бросили, вы должны подумать о том, как остаться бывшим курильщиком. Каким образом вы можете удержаться и не поддаться старой привычке?
«Устройте с кем-нибудь за компанию мозговой штурм. Какие искушения могут возникнуть в будущем, что может побудить вас потянуться за сигаретой? – советует Шифман. – Продумайте заранее эти ситуации, чтобы вы знали, что делать.
Найдите то, что сработает лично для вас. Если вас всегда тянет курить на вечеринках, не ходите на вечеринки примерно месяц после того, как бросили. Или, возможно, вы примете приглашение и придете в гости, но не будете курить, потому что откажетесь от спиртного.
Кто-то может подтрунивать над вами из-за того, что вы бросили курить. Отказывайтесь от предлагаемых сигарет уверенно и позитивно. Некоторые бывшие курильщики точно мантру твердят: «Я не собираюсь курить», но нужно быть во всеоружии, иначе такая реакция не будет автоматической, когда вам бросят вызов.
Полезно также помнить, что приступ желания проходит быстро. Если вы находитесь в гостях, и вам страстно захотелось закурить, выйдите на улицу и минут пять проветритесь». Шифман заверяет, что такие приступы будут повторяться все реже и с меньшей интенсивностью.
Некоторым людям кажется, что они могут просто бросить, не особо размышляя на эту тему. Могут, конечно, но меньше шансов, что они бросят навсегда.
Вы должны подготовиться
«Кто-то может подумать: «Я не собираюсь пользоваться этими дешевыми психологическими трюками. Я просто перестану курить», – объясняет Шифман. Однако дело в том, что вы должны подготовиться. Я считаю, что это абсолютно необходимо, если вы хотите добиться успеха. Многочисленные исследования показывают, что из тех, кто бросает курить, примерно три четверти вновь начинают в течение следующих шести месяцев.
Давайте составим план сражения. Во-первых, вы должны преисполниться решимости. Затем вы должны определить, как вы можете это сделать. Возможно, вы решитесь бросить сразу и навсегда. Вы намечаете подходящую дату, заручаетесь поддержкой окружающих и приступаете к действиям по любой разумной методике, которая, как вы считаете, поможет вам бросить. Отказавшись от сигарет, вы, скорее всего, будете испытывать симптомы, сопутствующие отвыканию, но они постепенно сойдут на нет. Тем временем поговорите с кем-нибудь, обсудите, как вам в дальнейшем обходиться без курения.
И последний этап. Экс-курильщик должен осознавать, что оступиться возможно, но это не обязательно ведет к провалу все затеи. «Даже те, кто добился успеха, часто срывались и раз-другой затягивались сигаретой. Они могли бы посчитать, что это конец, они потерпели неудачу. Но они сумели воспринять этот срыв в качестве урока. Бросивший курить должен проанализировать ситуацию и спросить себя, что заставило его взять сигарету, – объясняет Шифман. – Тщательно разобрав свои действия, вы сможете понять, как лучше поступить в следующий раз, когда вы столкнетесь с подобной ситуацией.
Вместо того чтобы использовать срыв в качестве полезного опыта, бывшие курильщики склонны воспринимать его как оправдание своего возвращения к сигаретам. Они говорят: «Видите? Я не способен это сделать. У меня нет силы воли». Они считают, что если уж они выкурили одну сигарету, то вообще все пропало и можно опять курить по целой пачке в день».
Некоторые бывшие курильщики даже дотрагиваться до сигареты не хотят. Им не хочется вновь выдерживать битву. «Мне кажется, если бы я закурила опять, я превратилась бы в кого-то вроде алкоголика или наркомана. Но я не выкурила ни единой сигареты за десять лет, и пусть еще сто лет меня не тянет курить», – говорит Клемми Фишбэк.
Кое-кто из тех, кто курит, боится набрать вес, если бросит. Некоторые из тех, кого мы опрашивали, действительно набрали вес. Другие остались при прежнем весе, а некоторые даже похудели. Если вам поначалу требуется замещение в виде еды, ешьте свежие фрукты и овощи – они и питательны, и низкокалорийны.
Другие убеждены, что им уже слишком поздно бросать. Согласно исследованиям, проведенным в Израиле, мужчины, которые отказались от курения в 60–70 лет, все-таки живут дольше, чем те, кто продолжил курить.
Как выяснили в Иерусалимской университетской клинике Хадасса, у мужчин в возрасте от 65 до 74 лет, продолжавших курить, показатель смертности на 24 процента выше, чем у тех, кто бросил. У мужчин в возрасте от 75 до 84 лет, продолжающих курить, показатель смертности на 12 процентов выше («Американский журнал медицинских наук»). Более недавние исследования показали, что пожилым курильщикам бросить обычно легче, чем молодым.
Короче говоря, если вы курите, не ищите себе оправданий. Если вы действительно хотите бросить, вы, вполне вероятно, бросите. И для этого вам вовсе не нужны всякие магические обряды с гарантированным возвратом денег. Установлено, что 95 процентов из 29 миллионов курильщиков, которые бросили начиная с 1964 года, сделали это по собственной воле. Возможно, вам это уже известно. Возможно также, что вы и сами собираетесь бросить – когда-нибудь.
«Отказаться от курения – это то, что совершенно необходимо сделать. У большинства из нас не так уж много времени на ошибки, – говорит доктор философии Джеймс Биллингс, клинический психолог из Беркли, штат Калифорния. – Я работаю с людьми, которые в полном смысле слова могут убить себя, если не бросят курить.
Бросить нужно не когда-нибудь, а сейчас».

 

 

 

 

 



Глава 18
Вы кофеголик?
Книга про эмоциональное здоровье была бы неполна, если бы мы не упомянули про воздействие, которое может оказывать на наши нервы кофеин.
Как утверждает доктор философии Сэнфорд Болтон, сотрудник Сент-Джонского университета Нью– Йорка: «Кофеин – мощный наркотик, влияющий на центральную нервную систему, сердечно-сосудистую систему, пищеварительный тракт, выделение адреналина и мышечное сокращение… Поскольку чай, кофе и кола употребляются повсеместно, кофеин, вероятно, наиболее широко применяемый наркотик. В отношении него людям свойственно чрезмерное потакание и злоупотребление» («Журнал прикладного питания»).
Для некоторых людей незамедлительным следствием воздействия кофеина являются так называемые «кофейные нервы». Симптомы вроде дрожания рук и навязчивого чувства тревожности становятся заметными в течение часа после выпивания всего лишь одной чашки кофе (примерно 100–150 миллиграммов кофеина). Эффект длится несколько часов. Затем у вас наступает ломка.
Кофе поначалу поднимает уровень сахара в крови (это и есть причина, по которой вы испытываете душевный подъем). Но вскоре повышение уровня инсулина в организме аннулирует этот эффект, и вы остаетесь с чувством не оправдавшихся ожиданий.
Перманентная тревога
Для тех, кто не может ограничиться одной чашкой, вредные последствия также умножаются. Синдром, известный как кофеинизм, появляется у людей, которые выпивают по пять или более чашек кофе в день (около 500 миллиграммов кофеина). Этот синдром очень сильно напоминает невроз страха, и люди, пораженные им, страдают от нервозности, раздражительности, возбуждения, головных болей, мышечных судорог и учащенного сердцебиения.
Если нам удалось вызвать у вас беспокойство, это хорошо. Потому что для избавления от привычки к кофеину вам потребуется стимул. И если уж вы его получили, вы готовы к работе над собой.

Взять и бросить
Звучит просто. Сегодня вы жить не можете без кофе, а завтра взяли да перестали его пить. Однако будьте осторожнее. Кофеин может вызывать прежде всего психологическое привыкание. Это означает, что, когда ваш организм будет лишен своей привычной «дозы», он может взбунтоваться. Наиболее распространенный симптом – головная боль, которая начинается примерно через 18 часов после того, как вы выпили последнюю чашку кофе, говорит Джон Ф. Греден, доктор медицины из Медицинского центра Мичиганского университета в Анн-Арборе. Она начинается с чувства давления в черепе (как будто ваш мозг слишком велик для вашей головы) и стремительно перерастает в мучительную пульсирующую головную боль. Ее максимум приходится на период от трех до шести часов после начала, поясняет д-р Греден, но довольно часто бывает, что она длится день или более («Новый английский журнал медицины»).
Человек отчаянно жаждет облегчения и тянется за аспирином, но опять-таки остерегайтесь. Многие продаваемые без рецепта обезболивающие содержат – правильно! – кофеин. Понятно, ваша головная боль спадет, но вы-то опять подсели на крючок и вынуждены начать все сначала.
Помимо головной боли вы можете ощущать также чрезвычайную раздражительность, апатичность или тревогу. Собственно, тревожное состояние, связанное с потреблением больших доз кофеина, – это то же самое, что испытывает наркоман в период прекращения приема наркотиков.
И все же, если вы упорно держитесь взятого курса, пройдет не так уж много времени, и вы увидите положительные сдвиги – всего дня через три. Однако может пройти от двух до трех недель, пока польза почувствуется в полную силу. Затем вы заметите, что спите более крепко, в течение дня чувствуете себя более спокойным и менее напряженным и вообще лучше способны справляться с каждодневной нагрузкой.

Попробуйте уменьшить дозу
Некоторым людям оказывается легче сокращать прием постепенно, чем резко отказываться от кофе наотрез, потому что они растягивают окончательный результат на несколько недель. Но это отнюдь не означает, что вы отделаетесь безнаказанно. В зависимости от того, насколько вы пристрастились, ваши симптомы могут быть труднопереносимыми даже просто из-за уменьшения дозы. Один мужчина, поглощавший до 15 чашек кофе в день, испытывал сильные головные боли в выходные дни, когда он пил меньше. Как именно вы будете сокращать дозу – это целиком в вашей власти. Просто подберите наиболее удобный для себя режим. Вы можете выбрать снижение вашей нормы на одну чашку в неделю или на одну чашку в день. Помните, любое сокращение приема кофеина приносит вам пользу.

Вознаграждайте себя
Группа «кофейных наркоманов» участвовала в программе Мэрилендского университета (округ Балтимор), которая базировалась на системе вознаграждения поведенческих трансформаций. Была поставлена задача снизить потребление кофеина с 1000 миллиграммов в день до 600 миллиграммов (менее 5 чашек кофе). Хотя это все еще довольно большое количество кофеина, программу с тем же успехом можно адаптировать, чтобы полностью убрать кофеин из вашего питания.
От каждого из трех участников исследования требовалось внести 20 долларов; половину этой суммы должны были вернуть им равными частями в четыре этапа за время лечения, а вторую половину – в трехмесячный срок после этого.
В течение каждых из этих четырех равных этапов добровольцы должны были снижать потребление кофеина на 100 миллиграммов и более. Если они добивались успеха, они получали 2,5 доллара за каждую стадию плюс 1 доллар бонус и за ними сохранялось право получить оставшиеся 10 долларов в конце лечения. Если они срывались и выпивали больше кофе, они теряли эти деньги.
Два из трех добровольных участников исследования не только успешно преодолели каждую стадию, но и сумели довести потребление кофеина до 300 миллиграммов и ниже, то есть снизить намного больше, чем первоначально рассчитывалось. Третий участник слегка сдал позиции, но к концу десятимесячного периода его средняя норма потребления кофеина стала ниже 600 миллиграммов в день.
«Все участники сообщали о положительных эффектах как с физиологической, так и с поведенческой стороны, достигнутых к концу периода лечения, – сообщают исследователи. – Участница номер один говорит, что она почувствовала себя «более здоровой». Участник номер два заметил, что стал менее напряженным и не таким «неугомонным» на работе и в своих взаимоотношениях с другими людьми и лучше себя чувствует физически. Участник номер три сообщил, что его раздражительность уменьшилась» («Журнал прикладного анализа поведения»).
Вы можете придумать программу вознаграждений, предназначенную специально для вас. Может быть, в качестве награды вы сможете купить новое платье или пойти в любимый ресторан. Все, что может послужить для вас стимулом к успеху, можно использовать в качестве персонального приза.

Измените ваши ритуалы
Вам известно, сколько чашек кофе вы выпиваете каждый день? Вы знаете, в какое время вам больше всего нравится пить кофе? Вам требуется кофе, чтобы проснуться? Вы всегда нуждаетесь в чашечке после еды? С друзьями? За работой?
Важно, чтобы вы ответили на эти вопросы, тогда вы будете знать, в какое время и в какой ситуации ваше пристрастие к кофеину проявляется наиболее сильно. Кому-то ритуал приготовления свежей чашки кофе по утрам доставляет практически такое же наслаждение, как собственно питье сваренного напитка. Распечатывание пачки, вдыхание аромата свежесмолотого кофе, шуршащий хруст, когда вы запускаете ложечку в зерна, бульканье кофейника – все может вносить свой вклад в приятную и знакомую последовательность действий, которая у вас связывается с питьем кофе.
Осознание собственных слабых мест может помочь вам вырваться. Если самый трудный момент для вас – утро, вставайте позже и не оставляйте себе времени на питье кофе.
Если вы привыкли тянуться за чашечкой после обеда, сразу отправляйтесь мыть посуду. Затем покиньте кухню возможно быстрее.
Вы в гостях у друзей? Сообщите им, что избавляетесь от привычки. Собственно, пусть об этом узнают все. Это заставит вас добиваться успеха еще старательнее, ведь вам придется держать ответ перед чрезмерно любопытными друзьями или членами семьи. Кроме того, они, возможно, предложат поддержку, не соблазняя вас тем, от чего вы пытаетесь избавиться.
Тем временем вы можете создавать новые ритуалы и привычки, чтобы заменить те, от которых отказываетесь. В них может найтись место напиткам без кофеина или с низким его содержанием.

Откройте существование альтернативных напитков
Любому, кто недавно отказался от кофеина, доставит большое удовольствие изобилие травяных чаев, с недавних пор охватившее магазины. И не только магазины диетических продуктов. Травяные чаи можно найти в почти любой бакалее-гастрономии прямо рядом с обычным разнообразием кофеиносодержащих напитков.
Травяные чаи, естественно, не содержат кофеина. Более того, некоторые из них имеют полезные питательные свойства, которых нет в обычных чаях. Например, чай из плодов шиповника богат витамином С, а чай из одуванчика насыщен витамином А.
Почти все травяные чаи представляют собой смесь нескольких ингредиентов, таких как цветы люцерны и гибискуса, корица, лайм, апельсиновая цедра и мята.
Вы можете подобрать себе что-нибудь с перечной мятой, если вам нужно взбодриться утром, а если хотите успокоиться и расслабиться, возьмите травяной чай из ромашки.
Вы можете даже выращивать травы сами и создавать собственные специфические напитки. Весна – идеальное время для того, чтобы посадить в саду травы, которые обеспечат вас множеством составляющих частей для приготовления горячих напитков.
Если же вы все-таки предпочитаете аромат настоящего чая, даже здесь существует некая возможность. Некоторые компании выпускают черный чай, из которого удален кофеин, пусть не на все 100 процентов, но все же достаточно чистый.
И конечно, если вы нуждаетесь именно в кофе, вы можете выбрать сорт без кофеина, как растворимый, так и молотый.
Еще одна возможность – попробовать заменители кофе: коренья, зерна или семена, которые высушены, поджарены и смолоты. В конце концов, настоящий кофе тоже делается из хорошо прожаренных зерен.
Очень популярным заменителем кофе является цикорий, но то же самое можно сделать из моркови, пастернака, кукурузы, ячменя, пшеницы, ржи, каштанов и прочего.

Научитесь расслабляться
Техники релаксации помогли одной чрезмерно перенапрягавшейся аспирантке, страдавшей сильной зависимостью, снизить потребление кофеина. Дважды в день по 20 минут она практиковала технику медитации, расположившись в спокойной обстановке и в удобной позе.
До занятий медитацией аспирантка потребляла от 600 до 1000 миллиграммов кофеина в день.
После начала релаксационной терапии ее потребление кофеина упало до примерно 200 миллиграммов в день (журнал «Психологические отчеты»).

 

 

 

 

 



Глава 19
Преодолейте привычку откладывать… не откладывая!
Откладывание на завтра – как выразился один остряк, «искусство оставаться во вчерашнем дне» – это привычка, свойственная всем нам. Каждый что-нибудь откладывает, особенно дела, которые могут оказаться неприятными или трудными. Когда это нам сходит с рук, мы воспринимаем это скорее как милый маленький недостаток, несерьезную и безвредную человеческую слабость. Но когда привычка откладывать становится препятствием на пути ко всему, что мы хотели бы получить от жизни, она перестает быть такой уж милой и безвредной.
«Многие люди, причем даже люди яркие, успешные, живут в вечной тревоге, чувствуя себя обманщиками из-за того, что они не могут совладать со своей привычкой все откладывать», – говорит доктор философии Ленора М. Юен. Она и ее коллега доктор философии Джейн Б. Бурка совместно разработали систему, которая помогает избавиться от вечных отсрочек.
«Время, которое теряется в отсрочках, может отнимать годы жизни, – добавляет доктор педагогических наук Вильям Дж. Кнаус, исполнительный директор Консультационного центра в Форт-Ли (Прентис– Холл). – Это чудовищное истощение запасов энергии, душевного равновесия и времени. Но что еще хуже, страхи, сомнения в себе и неспособность переносить неприятное, которые являются частью паттерна вечного откладывания, могут привести к алкоголизму, депрессии и повышенной тревожности».
Д-р Юен утверждает, что привычка откладывать – «это комплекс психологических проблем, которые редко поддаются простым мерам». Немногие из участвующих в ее семинарах успешно преодолели привычку откладывать заботы на потом, пока они не приходили к пониманию того, «какую функцию исполняет в их жизни откладывание», – говорит она.
Так что первый шаг на пути к победе над привычкой откладывать – это научиться наблюдать за собой: стать для себя собственным монитором замкнутой системы телевидения, который непрерывно отслеживает все ваши действия и мысли и показывает, как и почему вы все откладываете… и откладываете… и откладываете…
«Переживающие» и «делающие»
На самом деле осознать маленькие хитрости, с помощью которых мы откладываем на потом, может быть поначалу трудно. В конце концов, причины, которые заставляют вас оттягивать очистку подвала, выглядят вполне логично. Но внимательно вглядитесь в предлог, которым вы себя оправдываете – д-р Кнаус называет это самообманом, – вдруг да обнаружите, что ваши доводы, в конце концов, не настолько уж разумны. Это просто… оправдания.
Эта маленькая ложь, которую мы себе внушаем, на самом деле является выражением внутренних проблем двух основных типов, считает д-р Кнаус: сомнения в себе и «увиливания от неудобств», низкой терпимости к напряжению и разочарованию.
«Сомнение в себе – это ущерб делу, – говорит д-р Кнаус. – И люди, которые привыкли откладывать на потом, почти всегда сомневаются в себе, всегда спрашивают себя: «Надо мне заняться этим или тем или не надо?» Они скорее «переживающие», нежели «делающие». Они порицают и критикуют себя. Они мучаются из-за своих «промахов». И чувство собственной неадекватности, и неустойчивая уверенность в себе – все это влечет за собой парализующий страх ошибки. Вместо того чтобы начать дело, которое, по их опасениям, может привести к плохому результату, они его откладывают. И опять откладывают.
Люди, сомневающиеся в себе, становятся перфекционистами в предельной степени, которые устанавливают для себя настолько высокие стандарты, что боятся вообще что-либо предпринимать. Ничто не может соответствовать их ожиданиям… так что вместо того, чтобы попытаться, но получить результат ниже ожидаемого, они тянут. Д-ра Юен и Бурка описали гипотетического молодого адвоката, который боится, что не сможет соответствовать своим блестящим студенческим оценкам, и потому он выработал привычку подготавливать судебные резюме (краткое письменное изложение дела с привлечением фактов и документов) в самый последний момент, когда это еще возможно. Таким образом, если резюме выходило не первоклассным, он мог всегда заявить: «Если бы у меня была еще хоть неделька, я мог бы сделать лучше». Самообман вновь торжествует. (А иллюзии молодого адвоката насчет своего совершенства остаются непроверенными.)
Это не значит, что в стремлении к превосходству есть что-то плохое, поясняет д-р Кнаус. Это просто означает, что подобные любители откладывать «ошибочно считают, что сделать все возможное – это сделать идеально». А поскольку никто не способен «сделать идеально», они в конце концов делают все позже – или никогда.
«Уклоняющиеся от неудобств», поясняет далее д-р Кнаус, оттягивают потому, что боятся тревожного или неуютного ощущения, которое они связывают с началом работы. Их цель – избежать неприятных ощущений. «Уклонение от дискомфорта – своего рода мысленная загрязняющая примесь, которая окрашивает неудобства и заставляет их казаться более обременительными и затруднительными, чем они есть на самом деле», – говорит он. Но поскольку практически все, что вы пытаетесь делать в жизни, обязательно связано и с напряжением, и с разочарованием, то люди, избегающие дискомфорта, становятся хроническими уклонистами, шарахающимися от ожидаемых страданий.
А дело откладывается. И продолжает откладываться вновь и вновь.
Любителям потянуть резину часто свойственно нереалистическое чувство времени, они постоянно недооценивают время, которое придется потратить на данную задачу, добавляет д-р Юен.
Один из ее студентов, к примеру, всегда опаздывал на занятия, которые начинались в девять часов, – и был поражен, когда наконец осознал, что выделяет себе 15 минут на то, чтобы встать, умыться, одеться и добраться до класса. Он искренне полагал, что 15 минут – вполне достаточное время.
Любители откладывать к тому же часто обладают, по ее словам, «магическим мышлением»: они надеются, что их осенит вдохновение, или думают, что проблема просто рассосется сама собой.
Осознайте самообман
Существуют несколько основных форм, которые принимает наш самообман. Мы надуваем сами себя, но нам это сходит с рук, поскольку мы на самом деле не осознаем, каким образом это происходит. Как думаете, стоит пролить немного света на подобное запудривание собственных мозгов?
Д-р Юен говорит, что на первом занятии семинаров и курсов для «вечно откладывающих», проводимых ею совместно с д-ром Бурка, участников просят составить список оправданий, которыми они пользуются, откладывая дела на потом. «Я так много работаю, что имею право сделать перерыв», – говорили одни. Или: «Я подожду, пока не придет вдохновение, и тогда начну действовать». Или оправдание, вероятно, древнейшее из всех: «Завтра у меня будет достаточно времени». Затем учащихся просили последить за собственными мыслями и обращать внимание на эти оправдания, когда они возникают.
Еще один полезный способ научиться самому наблюдать за собой – купить записную книжку и начать тщательно регистрировать ежедневные результаты вашей «кампании против отсрочек», говорит д-р Кнаус. Какие именно дела вы стремитесь отложить на потом? Проявляется ли в этом определенная система? В конце концов, дела, которые вы откладываете, – они действительно важны для вас? Они приближают вас к вашим целям? Каковы ваши цели? И так далее.
Более непосредственный способ регистрации ваших переживаний, говорит доктор, – это запись на диктофон. К примеру, если вы пытаетесь сбросить вес, включайте диктофон, подходя к холодильнику, и просто объясните себе, почему вы хотите съесть эту двойную порцию пломбира с сиропом. «Ваше желание может создавать у вас в голове такие помехи, что вы с трудом будете слышать что-то еще, – говорит он. – Но если вы высказали что-то вслух, оно уже не имеет над вами такой полной власти. С оправданиями по поводу того, что вы чего-то не делаете, поступайте точно так же».
С другой стороны, осознать свои способы откладывания – это выиграть лишь половину битвы. «Некоторые мои пациенты всесторонне осведомлены насчет своих проблем – они понимают их лучше, чем я, – замечает д-р Кнаус. – И все же они лишь в самом начале пути». Это один из самых грустных парадоксов привычки откладывать – ее жертвы часто сами могут сказать вам, что им необходимо сделать, но они не могут заставить себя сделать это. Самоосознания самого по себе еще недостаточно. Далее наступает момент, когда вы должны действовать.
«Незапланированное» и «пятиминутный план»
Но как перебраться через пропасть, разделяющую обдумывание какого-либо действия и само действие?
Д-ра Юен и Бурка говорят, что многие из тех, кто привык откладывать, не берутся за дело, пока у них не будет времени, чтобы выполнить всю задачу целиком. Для них имеет ценность только завершенная работа, а не множество мелких шагов, ведущих к ее завершению. Они предлагают один из способов вырваться из этого тупика – подход под названием «швейцарский сыр», описанный консультантом по менеджменту Аланом Лэйкином в книге «Как научиться управлять собственным временем и собственной жизнью». Вместо того чтобы браться за весь проект в целом, Лэйкин советует «выковыривать дырки» в работе, пользуясь любой свободной минуткой, чтобы выполнить хоть крохотную часть общей задачи. Таким образом вам будет легче начать, вы научитесь рассматривать каждую получасовую работу как достижение и в конце концов даже сможете закончить всю работу.
Нечто подобное предлагает д-р Кнаус в своем «пятиминутном плане». Вместо того чтобы связывать себя обязательством выполнить всю задачу, которая кажется непомерно огромной, задайтесь целью только начать работу и делать ее в течение пяти минут. В конце пятиминутки решите, будете ли вы продолжать следующие пять минут. И так далее. (Пять минут не имеют никакого сакрального смысла – вы с тем же успехом можете назначить полчаса или час.) Этот метод помогает сделать тот самый пугающий первый шаг, а раз уж вы взялись за дело, сама работа начнет подталкивать вас и покажется легче.
Другие способы дать себе импульс к действию:
– Привыкшие откладывать, говорит д-р Юен, склонны мыслить о работе «глобально»: вместо того чтобы задаться целью поставить к 15 ноября двойные переплеты на окна, они торжественно заявляют о «сбережении расходов на энергию». Формулируйте свои цели конкретно, делайте их обозримыми и разбивайте этапы работы на небольшие выполнимые шаги.
– По мере возможности, советует д-р Кнаус, вырабатывайте привычку выполнять задачу сейчас же, как только вы о ней подумали, а не просто заносить в список дел, которые необходимо сделать (что отнимает время и энергию).
– Если вас настолько захватила энергия работы – скажем, по наведению порядка в кухонных шкафах, – что вы не можете остановиться, трансформируйте эту энергию в другое действие, к примеру в написание давно задуманного письма. Вы, вероятно, найдете, что это легче, чем начинать потом с нуля.
– Вознаграждайте себя, планируя приятное дело после того, как выполните скучное или неприятное.
– Используйте то, что Нейл Фиоре, коллега д-ра Юен, называет «незапланированностью». Во-первых, определите, сколько времени вы уделяете своим повседневным обязанностям; то, что осталось, – это внеплановое время, и его можно считать максимальным количеством времени, которое вы можете позволить себе уделить другим планам. В качестве вознаграждения за шаги, предпринятые для выполнения этих планов, отмечайте каждые полчаса вашей внеплановой работы только после того, как она будет завершена.
Наступление на установку
Не важно, какой именно метод окажется действенным лично для вас. Самый факт немедленного действия вместо того, чтобы отложить на потом, станет ключевым фактором, распространяющим свое влияние на другие стороны вашей жизни. «Каждый раз, когда вы преодолеваете фрустрирующие обстоятельства, каждый раз, когда вы действуете, вместо того чтобы колебаться, каждый раз, когда вы справляетесь с одной из тех причин, которые заставляют вас откладывать, вы предпринимаете спланированное наступление на установку… а в ней-то и заключается проблема», – говорит д-р Кнаус.
Однако при этом, ведя личную войну против привычки откладывать, не рассчитывайте на мгновенный результат, предупреждает он. Привычка откладывать является не изолированным качеством, но частью целой «психологической мозаики» поведения, а такие вещи быстро не изменить. По самой своей природе, добавляет он, привычка откладывать сопротивляется изменениям, поскольку откладывающие стремятся отложить те самые действия, которые, как им самим известно, им помогут. Так что «делайте малые ставки», вознаграждайте себя за продвижение и думайте про далекие, долговременные цели, которым ваши небольшие достижения помогут стать ближе.
«Уклонисты», которые решались потрудиться над своей проблемой, по наблюдениям д-ров Юен и Бурка, обыкновенно проходили через три отчетливые стадии поведения. Участники их семинаров поначалу были полны оптимизма и рассчитывали, что их привычка откладывать сгинет быстро, безболезненно и навсегда. После нескольких занятий, когда они обнаруживали, что привычки, вырабатывавшиеся на протяжении всей жизни, так легко не меняются, они отчаивались вообще когда-либо измениться. Но к тому времени, когда семинар заканчивался, большинство приобретало некоторое понимание психологических корней своей проблемы – например, своей склонности к перфекционизму – и в результате их ожидания насчет того, сколько времени займет изменение поведения, становились более реалистическими.
«Ирония заключается в том, – говорит д-р Юен, – что чем меньше студенты требуют от себя совершенства, тем на большее способны, как выясняется».
Тони и Робби Фаннинг в своей замечательной небольшой книжке об управлении личным временем под названием «Успеть сделать все и остаться человеком» отмечают кое-что еще, что стоит запомнить. Некоторые «специалисты по управлению временем», по наблюдению Фаннингов, советуют начинать день с составления списка всех дел, которые нужно выполнить. «Если этот подход действительно работает для вас и вы чувствуете себя комфортно, не выматываетесь и не ощущаете нервного истощения, тогда, конечно, поступайте так, – пишут они. – Но именно такое планирование нонстоп как раз и доводит большинство людей до сумасшествия». Настоящая цель планирования времени – чувствовать себя хорошо, а вовсе не сделать больше.

 

 

 

 

 



Глава 20
Жизнь – это далеко не только работа
«Трудоголики, которых я встречал, не были счастливыми людьми, – говорит доктор медицины Джей Б. Рерлих, старший преподаватель психиатрии в медицинском колледже Корнелльского университета и автор книги «Работа и любовь: решающее равновесие». – Они используют работу для того, чтобы заблокировать эмоциональное расстройство или удовлетворить невротические потребности.
Не бывает некоего типичного работомана, поскольку каждый из них находит в работе что-то свое, выгодное именно ему. Некоторым нравится, что в рабочей обстановке они могут проявить агрессивность. Другие нуждаются в безопасности и порядке, которые предоставляет им работа. Некоторые получают удовольствие от соревновательного аспекта работы. Есть даже такие, кто впал в зависимость от удобств, которые обеспечивает подчиненная роль на рабочем месте».
«Трудоголики – это люди, которые просто не знают, когда нужно остановиться, – говорит доктор медицины Джон М. Родс, профессор психиатрии в Медицинском центре Университета Дьюка. – Некоторым людям как будто недостает внутреннего контролирующего устройства для регуляции равновесия в цикле работа – отдых – восстановление. Мучимые компульсивной потребностью в работе, они отказываются признавать, что устали, и заставляют себя надрываться, когда здравый смысл от них этого не требует».
То, что на напряженной, активной исполнительской работе часто полно трудоголиков, хорошо известно. Менее известно то, что любой человек – от школьников до домохозяек и пожилых людей – также может оказаться трудоголиком.
«Этому может поддаться кто угодно», – говорит д-р Родс, который проводил два крупных исследования на тему трудоголизма.
В первом исследовании трудоголиков д-р Родс представил типичный случай: 39-летняя женщина, которая в конце концов обратилась за помощью к психиатру, ког– да ее подкосили мучительные головные боли, хроническая усталость, приступы рыданий, потеря веса и запоры. Когда результаты медицинских и лабораторных анализов показали, что она не страдает никакими заболеваниями, д-р Родс поинтересовался у нее насчет ее привычек, связанных с работой.
Фанатичная домохозяйка
Он выяснил, что она известна всем своим друзьям как фанатичная домохозяйка. Вместо того чтобы доверить своей дочери погладить ее же собственную одежду и прибраться у себя в комнате, мать семейства не может удержаться и делает это сама. «Я знаю, что она использует меня, – жаловалась д-ру Родсу пациентка, – но я просто не выношу, если захожу в комнату и вижу беспорядок». Эта женщина не способна была и нанять прислугу, даже притом что работала на двух работах, поскольку не могла терпеть, если что-то выполнялось не в совершенстве. Ее домочадцы настаивали, что в доме достаточно чисто, но не могли разубедить женщину, которая продолжала маниакально наводить чистоту («Журнал Американской медицинской ассоциации»).
Эта женщина, возможно, была слишком снисходительна к своей дочери. Но в других случаях нереалистичные ожидания, предъявляемые к молодым людям, способны превратить их в юных трудоголиков. «Студенты… часто испытывают подобные трудности, когда пытаются «сделать как можно лучше», не имея реалистичного представления о том, каким должно быть это их «лучше», – пишет доктор медицины Джеймс К. Сэмз, адъюнкт-профессор психиатрии Вирджинского университета в Шарлоттсвилле, откликаясь на исследования д-ра Родса. Неправильное представление школьника, «и особенно студента колледжа о себе как о человеке, обладающем неисчерпаемой энергией и способном бесконечно восстанавливаться, может привести к тому, что невнимательный врач упустит из виду возможность перенапряжения, вызывающего в этой возрастной группе неопределенные симптомы, и ошибочно диагностирует мононуклеоз» («Журнал Американской медицинской ассоциации»).
Когда трудоголизм входит в привычку и проявляются более серьезные симптомы, его жертвам требуется дать новый настрой, чтобы они осознали свои физические и эмоциональные потребности и начали уделять им внимание. Для этого необходимо помочь им понять происхождение их тяги к работе, а также обговорить с ними другие паттерны трудового поведения.
«Скорее всего, виновата «трудовая этика», – говорит д-р Родс. – Поразительно, но в моей области мало кто занимается конкретно проблемой перенапряжения и, напротив, чрезвычайно много говорится о неспособности или нежелании работать. Очевидно, мы все настолько сходимся во взглядах, считая лень первородным грехом, что не обращаем внимания даже на обсессивные случаи перенапряжения».
Эта позиция хорошо иллюстрирована в комментариях некоторых трудоголиков, участвовавших в исследовании д-ра Родса. Один мужчина, 55-летний юрист, который никогда не работал меньше 65 часов в неделю и не брал отпуск в течение пяти лет, чувствовал себя виноватым, если ощущал усталость. Если он уходил с работы раньше или приходил не очень рано, его тоже мучила совесть. «Я чувствую себя грешником, если не работаю», – говорил он д-ру Родсу. Получив совет «расслабиться и устроить себе выходной», другой трудоголик ответил: «Чтобы научиться веселиться, нужно основательно постараться».
«В большинстве случаев трудоголик пытается решить свои жизненные проблемы с помощью непосильного труда, отвлекающего от них внимание, – объясняет д-р Родс. – Перенапряжение может символизировать усилия по поддержанию чистой совести. Трудоголик как бы говорит миру: «Видите, меня не за что осуждать. Я делаю все, что могу, даже работаю до полного изнеможения».
«Я понял, что нелишне сравнить их перенапряжение и все уменьшающуюся эффективность с превосходным мощным автомобилем, колеса которого крутятся в снегу. Необходимо не сжигать больше горючего, не гнать двигатель быстрее и зарываться все глубже, а отпустить педаль газа, чтобы можно было возобновить нормальное движение вперед», – говорит д-р Сэмз.
Отпускаем педаль газа
Но отпустить педаль газа – не то же самое, что позволить мотору работать вхолостую. Человек, который много работает, которому его работа доставляет удовольствие и который посвящает себя ей целиком, – не то же самое, что трудоголик. «Заболевание вызывает отнюдь не многочасовая работа, – говорит д-р Родс. – Если работа нравится, если при этом человек достаточно свободен, тогда нет почвы для болезни. Но решающий фактор – определенные черты характера, которые дают возможность справиться с ситуацией.
Наиболее разительное отличие здоровых много работающих людей от трудоголиков – то, что они знают, когда надо остановиться. Они могут заметить признаки усталости и сразу на них отреагировать. Скорее всего, они пораньше закончат работу или возьмут отгул. Они включают в свое трудовое расписание отпуск и получают от него удовольствие. Они проводят время со своими семьями, поддерживают связи с друзьями и регулярно занимаются физическими упражнениями. Короче говоря, у них есть куда вкладывать энергию помимо работы».
«Невроз свободного времени»
Один психиатр сказал о трудоголиках, что они страдают «неврозом свободного времени». «Это может показаться глупым, но некоторым людям не по себе без привычной трудовой рутины, – поясняет доктор педагогических наук Ричард Краус, профессор отдела изучения отдыха и досуга Университета Темпл. – Они не могут приспособиться к свободному времени и должным образом его использовать. На уик-эндах они фактически выходят из строя. В самом крайнем случае они могут отправиться в путешествие, но не успеет пройти и двух дней – даже если это два дня, проведенные в Европе, – как они удирают домой. Досуг подразумевает нечто вроде личной свободы, а они не умеют с ней обращаться. Они прячутся в безопасном укрытии рабочего распорядка. Работа для них – это структурированная, организованная, социально одобряемая деятельность с ясным результатом».
Перспектива незаполненного, нераспланированного времени может попросту вызвать панику. «Насколько может пугать вольное бездеятельное времяпрепровождение, видно из того, что в обществе, одержимом трудовой деятельностью – таком, как наше, – мы стремимся организовать даже досуг, – говорит д-р Краус. – Мы тщательно готовимся к свободному времени: мы ходим на занятия и изучаем «способы занять досуг», мы соревнуемся и играем для того, чтобы повысить статус. Нам крайне важно иметь обязанности: мы связаны обязательствами перед клубом, лигой боулинга и отрядом герлскаутов.
Но с другой стороны, изначальный смысл досуга в том, что это время для свободы, размышлений, выбора и ему нет необходимости быть структурированным, конструктивным и даже содержательным. Досуг не настолько однозначен, как работа, у него более широкий диапазон возможностей и результатов. Очень трудно ригидной личности – а именно таковы трудоголики – принять свободу».
Хотя время досуга может быть поистине «свободным временем» только в том случае, если оно остается нераспланированным, это не то же самое, что просто пребывание в покое или безделье. «Именно такое представление о свободном времени выработало общество, ориентированное на трудовую этику, – говорит д-р Краус. – Если вы не работаете, значит, вы либо бездельничаете, либо восстанавливаете силы, чтобы работать дальше. Но досуг – это нечто позитивное. Это время, когда вы можете раскрыть себя, когда вы можете исполнить самое большое свое обязательство перед жизнью и получить наибольшее удовольствие и удовлетворение».

 

 

 

 

 

 



Часть четвертая
Повышение самоосознания
Глава 21
Пусть вам это приснится: новые методики для повышения самоосознания
Фрейд называл их «королевской дорогой в бессознательное» – отчетливо обозначенным путем для исследования подспудной деятельности встревоженной психики. Патрисия Гарфилд, специалист по сну и автор книг «Креативное сновидение» и «Сны вашего ребенка», соглашается, что эти причудливые ночные странствия являются богатейшим источником информации о нас самих и о наших чувствах. Но, добавляет она, сон в действительности больше, чем просто карта внутренних путей нашего психического и эмоционального состояния. Это проводник для личностного роста. И вам незачем стараться слишком глубоко переживать их или анализировать, чтобы получить от них пользу.
«Сны помогают нам независимо от того, обращаем ли мы на них внимание, – говорит д-р Гарфилд, ссылаясь на исследования, в которых люди, систематически лишенные возможности видеть сны (их будили, как только они впадали в дремотное состояние), быстро теряли ориентиры и становились беспокойными. – Но я убеждена, что, научившись лучше осознавать свои сны и далее выводя их на «сознательный» уровень, мы можем расширить нашу жизнь за счет крайне важных аспектов».
Д-р Гарфилд, которая записывала свои сны в течение около четырех десятилетий, а также изучала сновидцев по всему миру, открыла, как можно опираться на силу снов и извлекать из них пользу. Она утверждает, что благодаря процессу, именуемому «креативным сновидением», мы можем по-новому взглянуть на собственные чувства и свойства своей личности, укрепить уверенность в себе, научиться более эффективно справляться со стрессом, найти решения тревожащих проблем и высвободить свои творческие силы.
Чтобы выяснить, как это сделать, мы поговорили с д-ром Патрисией Гарфилд. Наша беседа состоялась у нее дома, в Сан-Франциско.
Вопрос. Почему мы видим сны? Обслуживают ли сновидения какую-либо психологическую или физиологическую функцию?
Патрисия Гарфилд, д-р философии. Это вопрос, который продолжает быть источником многих спекуляций и научных изысканий. На физиологическом уровне, я думаю, сновидение является настолько же частью наших телесных ритмов, насколько и колебаний температуры тела, которые мы испытываем в течение суток. У нас нет абсолютной уверенности в том, каковы его функции. Некоторые думают, что видеть сны необходимо для того, чтобы мозг аккумулировал информацию. Есть множество других теорий. Но никто на самом деле не знает точно.
В любом случае на физический ритм сна, который случайным образом изменяется в среднем где-то четыре или пять раз за ночь, накладывается верхний слой: весь психологический опыт, который связан с тем, что происходило с нами в этот день и все прошедшие дни. Вся совокупность наших чувств, ожиданий и надежд на будущее каким-то образом вносит свой вклад в формирование сна.
На самом деле это даже еще сложнее. В сон могут вмешиваться еще и те ощущения, которые вы испытываете в течение этой ночи. Некоторые говорят, что это попытка вашего подсознания объяснить, что происходит. Если, к примеру, у вас подергивается большой палец на ноге, когда вы в состоянии сна, вы можете истолковать это так, будто только что споткнулись о камень. Или, если температура в комнате внезапно упала, вам может присниться, что вы в Антарктиде или что занимаетесь любовью в нетопленом номере отеля.
Так что сон комбинирует множество составляющих: окружающую обстановку, наше физическое состояние и, разумеется, наше психологическое состояние и эмоции, которые мы переживаем, – вот почему сны стали столь популярным инструментом психоанализа.
Для личного использования
Вопрос. Что привело вас к предположению, что сны могут быть таким ценным ресурсом не только для профессионального психотерапевта, но также и для всех нас?
Д-р Гарфилд. С тех пор как мне исполнилось четырнадцать лет и моя мать познакомила меня с теориями Фрейда и Юнга, я веду дневник сновидений. Я всегда видела яркие сны, так что начала записывать свои сновидения и работать с ними, фиксируя ассоциации и т. д. Прошло совсем немного времени, и этот процесс меня захватил. Он оказался для меня полезен.
Во время учебы в колледже и на последипломном курсе я начала осознавать, что со мной происходит нечто исключительное. В то время особого интереса к снам не проявляли. На сны обращали внимание только тогда, когда человек был глубоко обеспокоен и приходил к профессиональному терапевту, который мог истолковать их для него.
Затем в 1972 году я наткнулась на нечто в самом деле поразительное. По предложению д-ра Джо Камийя из Сан-Франциско я провела какое-то время в Малайзии, изучая практику сновидений у сеной, первобытного (по крайней мере по нашим стандартам) племени, которое обитало так далеко в джунглях, что к ним можно было добраться только на лодке по реке или на вертолете. Я имела возможность поговорить только с некоторыми сеной в больнице на окраине джунглей.
Психологически сеной чрезвычайно развиты. Исследователи, жившие с ними и их изучавшие, описывают это племя как мирное, дружелюбное и счастливое. Члены племени не страдают от эмоциональных расстройств или связанных со стрессом психических нарушений. Конечно, мой интерес особенно вдохновило то, какую важность они придают сновидениям: они рассматривают сны как фокус своей жизни. Они планируют свой день, принимают решения, достигают творческого вдохновения, даже определяют, когда переносить стоянку, основываясь на своих снах. Особенно заинтриговало меня то, что они умели относиться к своим снам как к более высокому уровню сознания. С самого раннего возраста они обучались тому, как становиться скорее активным участником, чем пассивным наблюдателем своих снов. И каждый, как говорят, практиковал это, от крохотного ребенка до старейшего члена племени.
Стать участником сновидения
Вопрос. Вы можете привести нам пример?
Д-р Гарфилд. Предположим, ребенку из племени сеной приснился кошмар, в котором, по его словам, он до полусмерти испугался, потому что за ним гнался тигр. Его родители сказали бы ему, что в следующий раз, когда он увидит тигра в своих снах, он должен повернуться к нему лицом и прогнать его. Это основополагающий принцип обращения с пугающими образами: смотреть в лицо и побеждать. И в самом деле, в следующий раз, когда ребенок увидит во сне тигра, он не побежит. Он останется на месте и будет сражаться до конца или призовет другие фигуры сна помочь ему побороть тигра. Он делает сознательное усилие и добивается успеха в изменении своего поведения во сне. И в результате он одерживает победу над своим ночным кошмаром.
Вопрос. Но как это возможно – сознательно контролировать то, что происходит бессознательно?
Д-р Гарфилд. Это верно, сон рассматривается как непроизвольное действие. Оно происходит без какого-либо сознательного вмешательства, точно так же, как бьется наше сердце, течет кровь, желудок выделяет кислоту, чтобы помочь пищеварению. И все же сегодня мы начинаем осознавать то, что йогам было известно много веков назад: что сознательный разум имеет власть управлять многими «непроизвольными» процессами. Используя метод биологической обратной связи, люди в лаборатории обучаются, как снизить свое кровяное давление, регулировать температуру своего тела, контролировать количество кислоты, выделяемой их желудком, или повышать частоту альфа-волн в мозгу. Для иных людей нет ничего необычного во вмешательстве в собственный сон. Как вам осознать, что вы спите, в тот момент, когда вы находитесь в состоянии сна? Возможно, вы были внутри кошмара и сказали себе: «Не беспокойся, это всего лишь сон». Так вы поняли, что такое на мгновение стать «осознающим» в то время, когда вы спите. И теперь вы имеете некоторое представление о том, как это возможно – управлять течением и исходом сновидения. Этот момент осознания может быть распространен на все сновидение.
Вопрос. Но так или иначе – может быть, потому, что сюда подключаются психологические факторы – идея вмешательства в сон звучит, вообще говоря, неестественно. Нет ли здесь какой-либо опасности?
Д-р Гарфилд. Нет. В этом нет ничего неестественного. Фактически ваши мысли уже есть вмешательство в сновидение без вашего ведома. Как я упоминала ранее, все, что проходит через вашу психику – люди, образы, звуки, переживания, ожидания, – все это формирует ваш сон. Что подразумевает система сеной – и что я предлагаю в «креативном сновидении» – это то, что мы можем осознанно строить наши сны таким образом, чтобы извлечь из них несомненную пользу для себя.
Научная поддержка
Вопрос. Имеются ли какие-либо научные подтверждения вашей теории?
Д-р Гарфилд. Неопровержимые научные факты? Их еще недостаточно. Но интересно отметить, что «мокрые сны» (распространенные и естественные эпизоды, когда у мужчин во время сна происходит семяизвержение) очень редко наблюдаются в лабораторных условиях. Это показывает, что какая-то степень контроля задействована. Складывается впечатление, что испытуемый, хотя и находится в состоянии сна, «осознает» тот факт, что он находится под наблюдением, и активно противодействует непроизвольному в других обстоятельствах действию, не давая ему случиться.
Мы имеем свидетельства, что принцип сеноев «противостоять и побеждать» может быть правильным способом взаимодействия с пугающими образами сновидений. В процессе исследований группа детей, страдающих ночными кошмарами, была подвергнута трем видам терапии. Первый состоял в том, что детей убеждали, что все это только сон. «Не бойтесь этого, – говорили им. – Это все не реально. Это просто сон». Второй группе предложили подумать о чем-нибудь приятном перед тем, как лечь спать. «Чем бы ты больше всего хотел заняться? – спрашивали их. – Пойти поиграть на площадке с лучшим другом? Побывать в гостях у бабушки? Съесть большую порцию сливочного мороженого? Что бы это ни было, закрой глаза и представь, что это происходит». Детей из третьей группы обучали действиям, имевшим значение для конкретной проблемы, с которой они сталкивались в своих снах. Например, одному мальчику снились кошмары про пожар и пожарные машины. И терапевт взял его с собой в пожарную часть, где он смог забраться на пожарную машину и поговорить со всеми тамошними пожарными.
Эта последняя группа, те, кто активно занимался чем-то, имеющим отношение к их снам – кто противостоял и побеждал свои страхи в реальной жизни, – в среднем поправлялись гораздо быстрее, чем дети любой из двух оставшихся групп. Эти дети перестали видеть кошмары.
С другой стороны, большинство свидетельств, которые у нас есть, получены в клинических условиях. Один широко известный случай касается маленького мальчика, который видел периодически повторяющиеся кошмары про чудовище. Психолог Леонард Хэндлер попросил ребенка закрыть глаза и мысленно представить это чудовище. Через несколько минут д-р Хэндлер стукнул кулаком по столу и закричал: «Уходи отсюда прочь, паршивое чудовище! Уходи и оставь моего друга в покое!» Он повторил это вновь и вновь. Затем он пригласил мальчика присоединиться, и вместе они стали колотить по столу и требовать, чтобы чудовище пошло прочь. Действие заняло примерно пятнадцать минут, после чего ребенок пообещал применить этот метод, чтобы прогнать «настоящее» чудовище, в следующий раз, когда оно появится во сне. На следующей неделе ребенок доложил, что в самом деле успешно напугал и прогнал чудовище: он всего лишь несколько минут кричал и вопил на него, и после этого чудовище исчезло – и больше никогда не возвращалось.
Плохой сон, хороший опыт
Вопрос. По существу, из ваших слов следует, что плохой сон может дать хороший эмоциональный опыт, если мы умеем управлять своим поведением во сне. Но что, если мы не сможем изменить его исход? Оказывают ли дурные сны пагубное влияние на наше психологическое самочувствие?
Д-р Гарфилд. Не обязательно. Обычно тревога, которая возникает во сне, – это та тревога, которая уже в нас существует, хотя мы можем этого не осознавать. Сон – это способ организма помочь нам разобраться с происходящим.
К примеру, недавнее исследование взаимосвязи между снами и родами показало, что чем больше женщина видела тревожных снов в период беременности, тем более вероятно, что у нее будут короче и легче роды. Исследователи считают, что благодаря отреагированию своих страхов во сне этим женщинам легче было справиться с реальными испытаниями, связанными с рождением ребенка. В сущности, они благодаря своим снам получили «психологический иммунитет». С другой стороны, женщины, которые сообщали, что у них было мало пугающих снов в период беременности (и более долгие, более трудные роды), были, вероятно, настолько переполнены страхами, что психологически блокировали даже символическое их выражение во сне.
Так что, вероятно, дурные сны обслуживают психологическую функцию. Но, становясь активным участником данного конкретного сна и изменяя его исход на более позитивный, вы повышаете эффективность этого сна в несколько сот раз.
Что такое «креативное сновидение»?
Вопрос. В таком случае это и есть основа «креативного сновидения»?
Д-р Гарфилд. Идея, из которой выросла концепция творческого сновидения, заключается в том, что во сне важно действовать, становиться активным участником событий. Когда мы позволяем себе оставаться пассивными – когда мы просто позволяем сну происходить, – мы продолжаем чувствовать себя жертвами, мучимыми и страдающими. Но, сражаясь с чудовищем, или бандитом, или предполагаемым насильником или даже дружески отнесясь к ним, мы запускаем процесс эмоционального исцеления.
Я считаю, что, действуя внутри сна, то есть изменяя сон, вы не только справляетесь с трудной ситуацией во сне, вы переносите в бодрствующее состояние установку, которая поможет вам действовать более эффективно. Вы получаете больше уверенности. Это наводит вас на мысль: «Эге, да ты можешь что-то сделать со своей жизнью!» Вы не просто позволяете событиям происходить с вами. Вы можете сделать так, чтобы жизнь ваша стала лучше. И таким образом, сон – это своеобразная репетиция.
Вопрос. Насколько сложно научиться этой технике?
Д-р Гарфилд. С детьми это легче, поскольку они еще не слишком многому разучились. Если их родители говорят: «Ты не должен позволять этому тигру или чудовищу преследовать тебя в твоем сне», дети верят в это практически немедленно. Для взрослых, особенно здесь, в западном мире, такое представление противоречит жизненному опыту. Сначала увидеть сон, потом с ним работать – это обычная терапевтическая практика, но сделать что-то, чтобы подготовить сон и изменять его в процессе сновидения – это все идеи, которые кажутся им странными. Так что, естественно, развитие своего умения использовать творческое сновидение требует времени и практики. Добиться этого намного легче, если предварительно создать в себе необходимую установку.
Я говорю моим студентам, что творческое сновидение очень похоже на веру в возможность любви. Если вы никогда не испытывали ее, вам может долго не вериться, что она для вас возможна. Но если вы уже любили кого-то, в мире нет никого, кто бы смог разубедить вас в том, что любовь существует. Ожидания – очень мощный фактор.
Я не утверждаю, что вы должны на 100 процентов поверить в идею управления сном, чтобы добиться успеха. Но если вы, по крайней мере, попробуете дать себе шанс, если вы сумеете сказать себе: «Ну, может быть… давайте испытаем этот путь и посмотрим, что случится» или «Это интересная мысль… я, наверное, попытаюсь» – и будете упорно продолжать, то в конце концов преуспеете.
Отправной пункт
Вопрос. С чего надо начинать?
Д-р Гарфилд. Развитие осознанности сна – это уже продвинутый этап упражнений в работе со сном. Это конечная цель творческого сновидения. Чем больше вы будете осознавать свое состояние, находясь внутри сна, тем больше вы сможете использовать сны к своему благу.
Но с вами могут происходить поразительные вещи и без полного осознания внутри сна, уже начиная с небольшой степени осознанности. Вы можете увидеть великолепный узор, который может вдохновить вас написать картину или сшить платье. Вас может осенить блестящая идея насчет рекламной кампании на работе. Вы можете прочитать символы и понять их тайный смысл, который поведет вас по стезе самооткрытий – может быть, к изменению рода деятельности или к новым устремлениям.
Настроясь на эти послания, вопрошая образы из сна и используя их, вы вскоре сможете расценивать сны как важные и многозначительные аспекты вашей жизни. Это первый шаг – необходимое условие, если хотите – к творческому сновидению.
Вопрос. Расшифровка символов и поиск их тайного смысла вроде бы считаются работой профессионального терапевта. Как можем мы, не имея специальной подготовки, интерпретировать собственные сны?
Д-р Гарфилд. Если вы серьезно обеспокоены, может помочь обсуждение ваших снов с профессионалом. Но вообще говоря, у меня такое чувство, что сны – очень личная форма выражения, и никто не компетентен истолковать их лучше, чем вы сами. Сны – это смешение ваших мыслей, ваших переживаний, ваших верований, ваших страхов. Они извлекают материал из каждого укромного уголка и щелочки вашей личности и вашего прошлого. Если только врач не знает вас так же, как знаете вы себя сами, он строит свои предположения на основе своего профессионального опыта. На его интерпретацию влияет и опыт его личных переживаний, его мыслей и чувств, не говоря уже о его профессиональной подготовке. Есть довольно большая вероятность, что, если вы обратитесь к трем различным терапевтам, вы выйдете от них, имея три различных толкования одного и того же сна. Речь не идет о том, что какие-то из них – или все – неверны. Просто причина в том, что толкование сна, как и сам сон, дело весьма личное. Важно то, что именно вы можете разгадать его значение.
Дневник сновидений
Вопрос. Так как же нам подойти к интерпретации собственных снов, чтобы мы могли узнать больше про самих себя?
Д-р Гарфилд. Вы можете начать, заведя дневник сновидений. Когда у вас будет записан целый ряд сновидений, вы сможете изучить и узнать из них больше, чем если будете опираться всего на несколько разрозненных снов. Таким образом вы сможете отследить повторяющиеся темы и символы. Иногда более поздние сны могут помочь расшифровать смысл предыдущих.
Когда схожие образы из снов появляются в повторяющихся сновидениях, это знак, что нужно обратить на них внимание: ваше подсознание может пытаться передать вам сообщение.
Характерные необычные образы – человек с причудливыми или неестественными чертами, странно – го вида животное – рассматриваются как представляющие другие стороны вашей личности. Нарисуйте эти символы и сами себя поспрашивайте насчет них. Если мы проигнорируем эти образы, то можем утратить предоставившуюся возможность для личностного роста. Но если мы поразмыслим над ними, выявим их скрытое значение, может быть, даже вступим с ними в диалог, мы можем открыть в себе такие стороны, о которых не имели ни малейшего понятия.
Вопрос. Как можно использовать сны для повышения своих творческих способностей?
Д-р Гарфилд. Я убеждена, что мы находимся в наивысшем творческом состоянии именно тогда, когда пребываем во сне. Если мы не найдем момента, чтобы вызвать в памяти наши сны, все это творчество будет потеряно. Но, просто войдя в соприкосновение со своими снами – вспоминая, записывая, работая с ними, используя образы, которые приходят к нам в наших художественных поисках, – мы можем подняться на более высокую ступень креативности.
Название моей книги «Сны вашего ребенка» взято из сна. Первоначально я назвала книгу «Дитя-сновидец», что, как мне думалось, было гораздо поэтичнее.
Но по мере того как мы подходили к окончанию назначенного срока, мой издатель настаивал, чтобы мы изменили название на что-нибудь более определенное. Тогда я припомнила, что в ночь после того, как я решила назвать книгу «Дитя-сновидец», мне приснился сон, в котором женщина сказала мне: «Ну а я бы назвала ее «Сны вашего ребенка». Я немедленно отправилась домой и заглянула в запись в своем дневнике сновидений. И там стояло совершенно точно: «Сны вашего ребенка».
Ну что ж, на следующей встрече с издателем я представила на рассмотрение список возможных названий, включая и «Сны вашего ребенка». Она стала читать список, и когда дошла до этого, то сказала: «Это то, что нужно. Это четко передает смысл. И это гораздо лучше, чем «Детские сны» (название, которое она предлагала), потому что все со словом «вы, ваше» в заглавии продается хорошо». Я никогда до этого не слышала, что слово «ваше» помогает продавать книги. Но какой-то уровень моего мышления это знал. Назовите это интуицией, если хотите. Но именно сны помогли мне выбрать лучшее.
Конечно, чем богаче ваш жизненный опыт – чем больше вы прочитали книг, посмотрели фильмов, посетили музеев и концертов, чем больше вы путешествовали по самым разным местам и чем больше встречали интересных людей – тем больше вы можете почерпнуть из ваших снов. И следовательно, тем больше вы способны извлечь оттуда идей и решений проблем.
Разбивка снов на этапы
Вопрос. Предположим, вы бы хотели увидеть сон на определенную тему – направить ваши творческие идеи или решения в данную область. Можете объяснить, какую технику творческого сновидения вы примените?
Д-р Гарфилд. Первое, что вам требуется, – заполнить этой темой ваше сознание. С головой погрузиться в это – думать об этом, читать про это, принимать участие в связанной с этим деятельности. Чем больше вы думаете про то, чего хотите добиться в своих снах, тем легче эти мысли проникнут в ваш сон.
Еще я убедилась, что полезно выразить ваш замысел в короткой фразе, например «Сегодня ночью я летаю», если вы желаете испытать это ощущение в своих снах, или «Сегодня ночью я слушаю музыку» – если вы ищете музыкального вдохновения. Всегда составляйте фразу в настоящем времени. Повторяйте себе эту фразу в течение всего дня и особенно в период непосредственно перед тем, как вас начинает клонить в сон, когда сознание более восприимчиво к внушению.
Помогает, если вы в этот момент полностью расслаблены. Если вы медитируете или занимаетесь йогой, делайте это прямо перед тем, как отправиться спать. Или же попробуйте прогрессивную мышечную релаксацию, или послушайте кассету с записью, снижающей напряжение. Затем, когда почувствуете себя достаточно расслабленным, ложитесь спокойно, закройте глаза и повторяйте свою фразу вновь и вновь, ритмично, как мантру. В то же время старайтесь явственно представить, как эта сцена появится в ваших снах, так что вы запрограммируете ваше сознание не только вербально, но и соответствующими образами.
Вопрос. Предположим, в вашем сне вы столкнулись с проблемой, которая не поддается решению. Как может помочь творческое сновидение?
Д-р Гарфилд. Чтобы реализовать первое правило творческого сновидения – противостоять и побеждать, столкнувшись с проблемой во сне, – вам может понадобиться проанализировать вашу реальную жизнь. Подумайте про этот сон в часы бодрствования и спланируйте ваше наступление. Настройте себя на позитивный результат, который вам бы хотелось увидеть во сне. Иногда сюда входит разыгрывание действия в реальности. Помните маленького мальчика, который пятнадцать минут колотил по столу в реальности, чтобы прогнать чудовище во сне? Позвольте, я приведу еще один пример. В своей автобиографической книге итальянский автор Джиованни Гвареччи описывает, какие усилия он прилагал, чтобы помочь своей жене разрешить проблему, повторяющуюся во сне. В своих снах она всю ночь бродила по улицам одна-одинешенька и просыпалась, чувствуя себя страшно подавленной, одинокой и измученной. Гвареччи предложил, чтобы она вместо этого каталась на велосипеде. Несколько дней спустя жена сообщила, что в ее снах появился велосипед, и чувствует она себя намного меньше измученной, и очень благодарна.
Однако неделю спустя она опять впала в депрессию. Она рассказала Гвареччи, что опять во сне ходит пешком, потому что у ее велосипеда спустило колесо. Почему ты его просто не накачаешь? – спросил он. Жена ответила: потому что она не знает, как это делается. И тут Гвареччи сделал нечто необычайное. Он научил свою жену навыкам реальной жизни, которые можно применить при решении проблем во сне. Во-первых, он отвел ее за руку в свою гаражную мастерскую, где снял со стены собственный велосипед и показал ей, как менять камеру. После нескольких попыток она наконец сумела сменить камеру самостоятельно. Он вновь повторил эту процедуру через несколько дней, еще и еще раз объясняя ей, как менять велосипедную шину. Он даже заставил ее сменить шину с завязанными глазами. Несколько дней спустя она сообщила, что успешно сменила шину своего велосипеда во сне.
А еще полезно усвоить правило номер два: во сне зовите на помощь ваших друзей. Создавайте в своих снах дружелюбные фигуры и обращайтесь к ним всякий раз, когда вам потребуется помощь или поддержка.
Целью всего этого, безусловно, является достижение осознанности во сне, чтобы стать сознательным и полноценным участником сна, активно его переживая.
Особые события
Вопрос. Расскажите о самых заметных результатах, достигнутых с помощью творческого сновидения, о которых вам известно.
Д-р Гарфилд. У меня были знакомые, которые клялись, что после того, как они играли в теннис в своих снах, они стали лучше играть в реальной жизни. Это вполне логично, потому что психологическая практика почти так же эффективна, как и физические занятия. Люди демонстрируют это, используя методику визуализации. А сновидение подобно визуализации, только оно мощнее.
Один мой знакомый изготавливает барабаны, и когда он туго натягивает кожу на верх барабана и закрепляет ее там, то в процессе часто травмирует себя. Он использовал творческое сновидение, чтобы ускорить заживление ран на руках. Он рассказал мне, что, когда у него бывало ясное сновидение (такое, в котором он осознавал, что видит сон), он видел, как его руки заживают прямо на глазах. На следующий день он замечал, что его руки заживают гораздо быстрее в реальной жизни. Я не знаю, как это можно проверить. Но думаю, что такой пример стоит изучить основательнее.
Вопрос. Что бы вы посоветовали людям, которые утверждают, что не видят снов?
Д-р Гарфилд. Все видят сны, если только они не принимают определенные лекарственные средства (большинство барбитуратов, любое снотворное) или не выпивают много алкоголя – любое из перечисленного может временно подавить состояние сновидения. Когда люди говорят, что не видят снов, в действительности они имеют в виду, что не помнят своих сновидений.
Будучи детьми, мы помнили свои сны достаточно хорошо. Но по какой бы то ни было причине – может быть, потому, что наши открытия, сделанные во сне, не встречали интереса у наших родителей – мы приобрели привычку забывать. Сны требуют очень искусного вспоминания. Это особое мастерство. Но ему можно научиться и развить вновь. Я натренировала себя до такой степени, что могу вызвать в памяти почти все, что мне снилось (см. ниже «Как более полно восстановить в памяти сон»).
Как более полно восстановить в памяти сон

1. Напомните себе, прежде чем отправитесь спать, что вы вспомните ваш сон.
Как утверждает доктор философии Патрисия Гарфилд, сила внушения может быть мощным инструментом при восстановлении сна в памяти, способом перепрограммирования мышления. Спокойно повторите себе несколько раз, прежде чем заснуть: «Сегодня я запомню мои сны».

2. Подготовьтесь к тому моменту, когда вы можете спонтанно проснуться.
Лучшее время для того, чтобы начать развивать навык восстановления в памяти сна, – это утро после естественного пробуждения, говорит д-р Гарфилд. Потому что, когда вы просыпаетесь естественным образом – когда вам не действуют на нервы никакие звонки, гудки, голоса, – вы выходите непосредственно из мира грез. И если вы сможете удержать прозрачность этого мгновения, у вас будет гораздо больше вероятности уловить свой сон.

3. Лежите спокойно с закрытыми глазами и позвольте образам вливаться в ваше сознание.
Не перебивайте поток образов мыслями о том, что вы должны сегодня сделать или что вы забыли сделать вчера. И в любом случае не открывайте глаза, поскольку визуальные раздражители прогонят наиболее хрупкие образы, еще задержавшиеся в вашей памяти. Когда к вам придет слабый отблеск сна, даже если это только фрагмент или смутное ощущение без образа, задержитесь на нем. Пересмотрите каждое действие. Почувствуйте эмоцию. Позвольте картине разворачиваться, осторожно и без малейшего нажима.

4. Если вы наткнулись на блокировку, дайте вашему сознанию поблуждать свободно по образам близких людей, ваших родных, ваших лучших друзей.
Это может пробудить ассоциации с вашим сном. Заметьте, о чем вы думали, когда проснулись; это обычно связано с недавним сном.

5. Теперь повернитесь на другой бок.
По какой-то еще неизвестной причине, поясняет д-р Гарфилд, часто всплывают дополнительные детали снов, когда вы тихонько изменяете позу и принимаете другое положение. Одна из теорий говорит, что сон лучше вспоминается, когда его вызывают в памяти, находясь в позе, в которой он снился.

6. Записывайте ваши сны, когда они еще свежи у вас в памяти.
Согласно исследованиям, у вас есть менее десяти минут на то, чтобы зафиксировать сон. После этого времени остаются только смутные обрывки – если, конечно, вам не приснился кошмар. Если вы когда-нибудь просыпались посреди ночи и только что приснившееся сновидение было живо в вашей памяти, а затем проваливались обратно в сон, просыпаясь только на следующее утро, абсолютно ничего не помня из того, что вам снилось, – тогда вам знакомо чувство расстройства оттого, что позволили сну забыться. Тут поможет метод д-ра Гарфилд: зафиксируйте его письменно.
«Когда я непроизвольно просыпаюсь в течение ночи или утром, я хватаю блокнот 5 х 8 сантиметров и ручку, которая лежит на нем, и записываю сон, – говорит она. – Я пишу полное описание сна – не только отдельные фразы. Когда сон не поддается записи, я излагаю то, что могу, и добавляю «сложный» или «многослойный», поскольку может быть и так. Я делаю эти заметки с закрытыми глазами, только ощупью».

7. Расскажите сон другу.
«Самый акт переложения сна в слова и попытки объяснения или выражения его как будто стимулирует как восстановление сна в памяти, так и осмысление его аспектов», – говорит д-р Гарфилд. Рассказывать сон вместо того, чтобы записывать его на бумаге, конечно, соблазнительно, однако этого делать не стоит. Поделитесь переживаниями сна с другом, если это возможно, но убедитесь при этом, что точно его записали. У вас в дальнейшие годы будет сокровище – книга знаний про вас самих.

 

 

 

 

 



Глава 22
Работа с дневником: учитесь фиксировать чувства на бумаге
В прошлом году тысячи американцев, ни в малейшей степени не претендующих на литературный дар, принялись сочинять истории – исключительно интересные истории, которые, вероятно, никогда не будут опубликованы, да и вряд ли их прочитают даже ближайшие друзья. Под руководством несентиментального и неутомимого психолога из Нью-Йорка, которого звали Айра Прогофф, они писали истории из собственной жизни, порой потрясающие до слез.
Они писали эти дневники в 392 кружках, деньги на организацию которых выделяли колледжи и университеты всей страны, армия, армейские госпитали и женские тюрьмы, артистическе труппы, священники, поэты, бизнесмены и инженеры (и все вышеперечисленные в самых различных сочетаниях); они вступали в эти кружки (при средней плате в 70 долларов с каждого) не потому, что чувствовали потребность в терапии, но потому, что хотели взглянуть на свою жизнь со стороны и найти в ней какой-то более глубокий смысл.
Для тех, кто хотел добраться до источника смысла, Прогофф использовал метафору, которая для многих оказалась полезной. Он сказал, что внутри каждого из нас течет подспудный поток образов и воспоминаний. Этот поток – ни больше ни меньше как наша внутренняя жизнь. Когда мы входим в него, мы плывем в нем туда, куда он хочет направиться. Он говорит, что этот метод не является ни дискурсивным, ни аналитическим. «Там нет чистой фиксации событий; вы не получаете озарения. Это событие, и, когда оно происходит, ваша жизнь меняется».
Все это может показаться довольно таинственным. Но затем мистицизм становится жутко конкретным, потому что каждый участник дневникового семинара заканчивает его, имея рабочую тетрадь весом в несколько фунтов, полную историй, воспоминаний и часто потрясающих новых прозрений насчет самой удивительной тайны на свете: самого себя и своих взаимоотношений с окружающим миром. Однако, чтобы создать такой дневник, тут же отмечает Прогофф, «вам не нужно быть мистиком. Все, что вам нужно, – это жить. Почти всякий умеет это делать».
Но как? Я действительно не понимал, пока сам не начал работу на семинаре по ведению дневника. Я провел уик-энд с разношерстной группой артистов, учителей, домохозяек и нескольких учеников колледжа в Террос-Центре в Уорике, Нью-Йорк. Отец Льюис Кокс, высокий, на редкость спокойный нью-йоркский иезуит, который является одним из консультантов, подготовленных Прогоффом и уполномоченных проводить семинары, начал с того, что, собрав нас ровно в 8 часов вечера в пятницу, раздал нам блокноты с отрывными листами чистой линованной бумаги и по набору из 21 цветной закладки. Он пригласил нас войти во внутренний мир наших воспоминаний и фантазий и, чтобы начать наше «самообследование», помог погрузиться в некое подготовитовительное медитативное безмолвие. Затем он попросил нас ответить самим себе на вопрос: «В каком моменте вашей жизни вы теперь находитесь?»
Отец Кокс сказал, что ответ не обязательно, даже наверное не придет в форме словесной оценки или как ответ на экзаменах в колледже. Мы можем получить образ – воочию увидеть самого себя, ведущего машину по ухабистой дороге, или услышать мелодию любимой симфонии. Что бы это ни было, главное – не просто подумать об этом. Мы должны записать это в разделе журнала под названием «хроника момента» и должны воздерживаться от высказывания каких-либо суждений про то, хороши или плохи образы, которые мы регистрируем. Все в порядке, успокоительно и убеждающе говорит отец Кокс. Мы вернемся к этому позднее.
После примерно получаса работы над «хроникой момента» отец Кокс попросил нас обратиться к разделам с красными страницами в середине наших книжек, сперва к «Записи истории жизни», с подзаголовком «Воспоминания и обобщения». Он предложил нам погрузиться в поток наших подсознательных воспоминаний, но не начинать писать что-то вроде автобиографии – только зафиксировать короткие важные сцены из нашей жизни. И опять-таки никаких суждений. Только погрузитесь в текущий под спудом поток.
Заглавия частей вашей жизни
Вскоре мы оказались в следующем разделе «рабочего дневника» под названием «Опорные камни». Здесь отец Кокс попросил нас записать то, что могло бы быть заглавиями частей нашей автобиографии – следовало охарактеризовать одним-двумя словами или образом не только объективную последовательность событий, но также и субъективное восприятие их смысла и значения. Мои опорные камушки оказались людьми. Я записал несколько дюжин имен – это были люди, которых я любил, люди, любя которых я много переживал. Наконец, я записал названия четырех книг, которые опубликовал, и важные для меня дела, которыми занимался.
А затем наступило время расстаться до следующего утра. До сих пор не было ни единого разговора, вообще никакого шума. В какой-то момент я оглядел комнату и увидел несколько десятков голов, склоненных над несколькими десятками блокнотов, несколько десятков плавно скользящих шариковых ручек. Чувствовалось сильное напряжение, а затем, когда вечер закончился, все дружно выдохнули и принялись моргать и щурить глаза. По-моему, я заметил слезы, ползущие по щекам пожилого мужчины с седой бородой.
Часть следующего дня мы развивали в подробностях наш раздел «опорных камушков», погружаясь глубже в любой период, который чем-нибудь привлекал наш особый интерес. Мы осуществили такое же медитативное путешествие в другой раздел тетради под названием «Перекрестки» и подзаголовком «Дорога избранная и неизбранная». Я подумал о моих собственных духовных распутьях: на протяжении десяти лет я готовился стать священником, затем выбрал иной путь. Я подумал о моих эмоциональных перекрестках: браки, другие любови. Я подумал о моих карьерных перекрестках: я работал в «Тайм», затем стал свободным журналистом и жил в райском уголке в Хай-Сьерра, затем выбрал более интеллектуально насыщенную жизнь, начав сотрудничать с «Таймс» в Нью-Йорке.
А потом отец Кокс попросил нас перейти к следующему разделу рабочей тетради: «Запись смутных образов». «Мы обращаем наше внимание внутрь себя и ожидаем в безмолвии, – сказал он, – и пусть перед нами проплывают разные образы, а мы будем их наблюдать. Мы позволим им явиться. Когда они обретут очертания, мы почувствуем их. Мы будем вглядываться в них, как будто смотрим сон. Мы опишем их так же нейтрально, не интерпретируя и не составляя мнений, как мы записываем наши сны».
Непрошеный образ аттракциона «русские горки» пришел на ум, и я стал записывать русские горки моей жизни. Я особо нигде подробно не останавливался, но позже я осознал, что именно это Прогофф имел в виду, когда он писал, что достаточно часто образы глубоко внутри нас «дают возможность выявить для себя цель и смысл нашей жизни». На мой взгляд, образ русских горок был забавен и в то же время удручал: как я хоть когда-нибудь ухитрюсь слезть с этих русских горок, не разбившись при этом вдребезги?
Придумываем диалоги
Для многих из нас самым творческим временем оказалось то, которое мы провели над разделом «В координатах диалога», частью единой системы «Обратная связь дневника», где после изложения нашей жизни на бумаге мы не просто отходили в сторону и обозревали результат, но могли также проанализировать его смысл. Мы делали это, в частности, вступая в воображаемые разговоры с некоторыми из значимых людей, которых мы уже перечислили в разделе «опорных камней».
Чтобы удостовериться, что разговор не был односторонним и что мы не приписываем себе одно только хорошее, отец Кокс предложил, чтобы мы вкратце проделали упражнение с «опорными камнями» за «другого». (Мне пришла на ум пословица, которую я слыхал в Аризоне во времена моего детства: «Не суди о человеке, пока не пройдешь милю в его мокасинах». Совет отца Кокса был уместен.)
Я сделал «опорные камни» для моей дочери Полли, которая с самого раннего детства живет в Англии и навещает меня только летом, кроме прошлого лета, когда она вообще не приезжала в Соединенные Штаты. Я влез в ее мокасины, и в результате состоялся такой диалог:
Полли. Ты опять собираешься меня игнорировать?
Я. Игнорировать тебя?
Полли. В прошлый раз ты именно так и поступил.
Я. В прошлый раз обстоятельства были другими. Это было два года назад. Я сидел без гроша в кармане, был одинок, потерял уверенность.
Полли. А теперь?
Я. Теперь у меня появились деньги, у меня есть друзья, я уверен в себе. И я так счастлив, что ты приехала этим летом.
Полли. Ты проведешь сколько-нибудь времени со мной?
Я. Я должен это сделать – или потеряю тебя.
Полли. Нет. Не по этой причине. Потому что ты этого хочешь, потому что я тоже человек. Я не хочу, чтобы ты любил меня, потому что должен. Я хочу, чтобы ты любил меня, потому что хочешь этого. Я тоже человек, плоть от твоей плоти, но я отдельный человек. Посмотри на меня, выслушай меня, пойми, чего я хочу.
Я. Это очень трудно, у меня комок в горле.
Полли. Что ты чувствуешь?
Я. Я не знаю. Вину, наверное. Боюсь, что я не смогу чего-то сделать для тебя.
Полли. Мне от тебя ничего не нужно. Только чтобы время от времени ты относился ко мне с полным вниманием.
Я. Полли, ты тоже должна позволить мне оставаться самим собой. Мне по душе русские горки. Если ты хочешь быть со мной, тебе тоже придется влезть на русские горки.
Полли. Ладно. Только и ты, в свою очередь, не забывай, что я рядом.
В конце этого упражнения отец Кокс предложил, чтобы мы перечитали то, что написали, а затем записать, что мы чувствуем. Я написал: «Чувство стыда: я знал об этом все время, но не обращал внимания. Поучительно. Ужасно».
Были и другие диалоги: с обществом, с событиями, с телом, с работой. Наиболее продуктивный диалог состоялся с книгой, писать которую я то начинаю, то откладываю, чаще откладываю, уже около двух лет.
Книга. Помогите!
Я. Привет.
Книга. Ты меня не узнаешь?
Я. Да, конечно, ты мои воспоминания.
Книга. Ты не уделяешь мне достаточно внимания.
Я. Странно, именно это мне всегда твердили женщины в моей жизни.
Книга. Ты не можешь успеть все.
Я. Я пытаюсь.
Книга. Какой ценой?
Я. Все страдают, я страдаю.
Книга. Значит?..
Я. Значит, я полагаю, мне следовало бы расставить приоритеты.
Книга. Это звучит как что-то очень старое и очень… иезуитское. Чего ты на самом деле хочешь?
Я. Я хочу все сразу.
Книга. Тебе стоит поберечь энергию в первую очередь для самых важных вещей.
Я. Ты говоришь о старом правиле расставления приоритетов по принципу «необходимо, полезно, приятно», так, что ли?
Книга. Это слишком по-пуритански. Ты когда-нибудь думал о том, чтобы поступать в соответствии со своими чувствами?
Я. Иногда это доставляет мне проблемы.
Книга. Некоторые люди называют это жизнью.
Я. Послушай, на чьей ты стороне? Я думал, ты жаловалась, что я не уделяю тебе достаточно внимания.
Книга. Жаловалась, но, если ты обращаешься ко мне в спешке, какой от тебя прок? Только ты собираешься записать что-нибудь, как тут же обрываешь и отбрасываешь.
Я. Так как мне приспособиться, чтобы приступать к тебе без спешки?
Книга. Не берись за столько много дел и столько много людей сразу.
Я. Некоторые называют это жизнью.
Книга. Туше! Но разве ты не можешь достичь удачного равновесия? Найти нужный ритм?
Я. У меня есть ритм, у меня есть музыка.
Книга. Ты фигляр. Ты чего-то избегаешь, фиглярствуя. Чего же?
Я. Я не знаю.
Книга. Ты боишься чего-то?
Я. Может быть. Кое-что из этого всего слишком уж личное.
Книга. Именно это делает воспоминания хорошими. Мне такое нравится.
Я. Но я просто не хочу выглядеть идиотом.
Книга. Ты хочешь написать честную автобиографию?
Я. Да.
Книга. Тогда, может быть, тебе стоит иногда рискнуть выглядеть как идиот – если ты хочешь быть честным.
Я. Честным дураком, так, что ли? Кое-кто может посмеяться надо мной.
Книга. Кто?
Я. Глупые люди.
Книга. А хорошие люди?
Я. Нет. Эти будут аплодировать мне за то, что я воспользовался возможностью.
Книга. Тогда почему ты этого не делаешь?
Я. Так ты советуешь мне отпустить тормоза?
Книга. Ты же не хочешь, чтобы я вышла чересчур правильной, ханжеской и нудной?
Я. Нет уж.
Книга. Тогда за дело.
Я. Ладно.

К сведению интересующихся: хотя я не внес никаких «резолюций» в рабочую тетрадь семинара, этот диалог помог мне наметить путь: я начал работать над своими мемуарами – занятие, которое я откладывал лет десять, – и закончил их как раз к Рождеству. Книге потребовалось около девяти месяцев, чтобы появиться на свет. Мне нужно будет вскоре вступить с ней в диалог.
На уик-энде едва ли было какое-либо взаимодействие между участниками семинара. Мы перебросились словом за перерывом на кофе и за обедом, и это все. Не было никакого давления общества, которое я испытывал на бесчисленных группах встреч, и, следовательно, не было необходимости притворяться. Более того, поскольку я знал, что никто не подойдет и не попытается посмотреть то, что я писал, или послушать мой разговор с собой, я ощущал чувство полной свободы. Несколько раз отец Кокс подталкивал занятие к завершению, напрямую приглашая участников группы: «Кто-нибудь имеет желание прочитать то, что он или она только что написали?» Некоторые приняли его предложение, другие нет. Казалось, это не имеет значения. Отец Кокс сказал, что чтение вслух приносит пользу самому читающему, а не группе. Даже если это и правда так, я не мог не порадоваться за светлые чувства, о которых явно свидетельствовали записи остальных участников.
Одна женщина заявила, что она непрерывно вела дневник в течение 50 лет и при этом «никогда не записывала своих чувств или озарений – только события, по мере того как они происходили». Теперь, благодаря руководству, она сообщила, что сумела зафиксировать свои чувства и этот процесс ее захватил. Более того, она нашла новое направление в своей жизни: недавно овдовев, она просто не знала, что ей делать дальше. Но в части журнала под названием «Перекрестки» она вспомнила дорогу, которую очень хотелось выбрать в свое время, но она предпочла другую, которая вела к бракосочетанию и семье. Теперь же она осознала, что ничто не препятствует ей вернуться и выбрать второй путь.
После моей собственной работы над дневником на семинаре я тоже осознал, что только еще приступаю к исследованию его поверхностных слоев. Было еще весьма много разделов дневника, про которые отец Кокс едва упомянул. Я обнаружил, что нахожусь на первом из трех этапов: семинар жизненных ситуаций.
Я мог перейти на семинар глубинной обратной связи, а затем, наконец, на семинар динамической медитации; там я бы получил возможность поработать, среди прочего, с собственными снами.
Я подумал, что мог бы посещать семинары более высоких ступеней. Однако я также осознал, что могу работать один и в моем собственном темпе, используя два основных руководства Прогоффа по методике ведения дневника: «На Дневниковом семинаре», базовый вводный курс, который поможет мне взять мою жизнь в собственные руки и свести в единое целое, и «Практика динамической медитации», с помощью которой можно открыть целое новое духовное измерение.
Анаис Нин, автор дневников, которая написала приблизительно 150 000 страниц до своей смерти в 1977 году, рецензировала «На Дневниковом семинаре» в 1975 году и отметила, что Прогофф нашел способ помочь людям достичь близости: близости с собой, близости с другими. Затем она заметила: «Дефицит близости с собой и в результате с другими – это то, что порождает самых одиноких и наиболее отчужденных людей. Прогофф в конечном счете доказывает, что процесс взросления человека разумного, процесс, в котором появляется личность, по существу является внутренним процессом».

 

 

 

 

 



Глава 23
Работа с телом и душой: информация из первых рук о четырех «практических» опытах
В Калифорнии каждый попадает в одну из двух категорий: те, кто работает с телом, и те, с чьм телом работают (бывает, что попадают в обе). Район Залива настолько плотно насыщен всеми видами телесной терапии, что можно отыскать их по алфавиту на любую букву – от аку-йоги до шиацу. Нынче эти некогда экзотические модные словечки из лексикона нью-эйдж – вроде «холистический» и «велнесс» – перекочевали во фразеологию мейнстрима, и границы телесной терапии стали весьма размытыми. Рольферы регулярно выписывают направления к терапевтам (и наоборот); медицинские сестры заслуживают дополнительную репутацию, изучая Фельденкрайза.
Поскольку наши знания о теле возросли, возрос и объем этих знаний. И хотя мы должны бы стать мудрее и здоровее от всей этой практической деятельности, в целом область телесной терапии сегодня настолько перегружена альтернативными, производными и производными от производных направлениями, что даже хорошо информированному потребителю этих услуг, заботящемуся о своем здоровье, необходимы какие-то критерии для выбора одного направления из многих имеющихся.
Для начинающих сам термин «телесные техники» проблематичен – и полностью неуместен, скажем так, поскольку при этом кажется, что тело есть человеческий эквивалент какого-то механизма. Можно возразить, что правильным названием было бы «телесно-духовные техники», поскольку весь смысл их применения заключается в том, чтобы восстановить важнейшее единство этой системы для равновесного функционирования. Согласно настоящему определению, телесными техниками называется все обширное пространство любых возможных терапевтических действий, которые помогают пациенту вновь войти в соприкосновение с его/ее собственным телом.
«Все, что выбивает вас из ваших привычных схем мышечной или сенсорной активности, может рассматриваться как правомерная телесная техника», – говорит Кен Дичтвальд, автор бестселлера 1977 года «Тело– разум». Как он высказался в интервью журналу «Медицинская самопомощь», «для некоторых людей это может означать спортивные занятия или массаж; для других – просто тихий и спокойный отдых в неподвижности. Тот факт, что нет «единственно правильного способа», – вот что делает эту сферу такой захватывающей. Вместо некоего набора правил, которым должно следовать, есть реальная свобода эксперимента».
Дичтвальд стал ревностным приверженцем телесных техник в 1970-м, в качестве новообращенного в Эсалене, когда руководитель семинара, после изучения его обнаженного тела, единым духом отчеканил историю всей его жизни, как будто телепатически пронзил его взглядом насквозь. Сверхъестественным специалистом по характерному анализу был д-р Джон Пьерракос, ученик прославленного психотерапевта Вильгельма Райха и основатель – вместе с другом и соратником Александром Лоуэном – школы телесных техник, известной как биоэнергетика. Фактически во многом недооцененный Райх, сам бывший протеже Фрейда, был предтечей всех ныне известных эмоционально-ориентированных видов телесной терапии, от рольфинга до радикса. Именно он был первым, кому пришло в голову взглянуть выше и дальше психоаналитической кушетки, чтобы разглядеть то, что говорит тело пациента.
Именно Райх открыл, что психоэмоциональные конфликты и блоки стремятся угнездиться в мускульной ткани, образуя то, что он логично наименовал «мышечный панцирь». Когда он начал работать над ломкой этого панциря при помощи дыхательных упражнений и физических манипуляций – удивительно смелое действие в те времена, когда психотерапию представляли исключительно «говорящие головы», – он обнаружил, что так гораздо легче справляться с сопутствующими неврозами. По существу, он вновь открыл то, что в восточной медицине было известно тысячи лет: что разум и тело едины и к ним можно подходить как к континууму – когда психическое здоровье отражается на физическом и точно так же наоборот.
Должен признать, что поначалу, когда сегодняшнее всеобщее увлечение телесными техниками только еще разворачивалось, я отнесся к нему с некоторым подозрением. Все это хорошо для тех, у кого реальные проблемы, думал я – тот, кто мучается от хронической боли, действительно в этом нуждается, – но тому, кто не настолько придавлен бедой, незачем так потворствовать своим слабостям. И только когда целую зиму мне пришлось справляться с постоянной головной болью, профессиональным выгоранием и с писчей судорогой, казавшейся непреодолимой, – только тогда я хотя бы решил попробовать. Трудно было даже представить кого-то более закрепощенного, чем я в той ситуации. Самый мой длинный маршрут – и метафорически, и в ином смысле – пролегал от кровати к пишущей машинке. Писательство и навязчивые мысли и навязчивые мысли про писание – все это, как я обнаружил, обеспечивалось одним и тем же психологическим замкнутым кругом – замыкали все мои ощущения на голове, то есть я стал как бы бестелесным (не в духовном смысле). Так что я сделал решительный шаг: я решил заняться собственным телом – как для целей научного исследования, так и для собственного удовольствия. За одну короткую зиму я перепробовал не менее дюжины видов телесной терапии – не лучший способ извлечь из нее пользу, как скажет вам любой профессионал, но зато отличный способ осмотреться на местности. [Далее прилагаются четыре обстоятельных обзора.]
Рольфинг: обнажение физической и душевной боли
Жить в Калифорнии и не подвергнуться рольфингу – это как если бы вы приехали на Кони-Айленд и не стали кататься на тамошних аттракционах. Увы, но оба испытания имеют свойство вызывать в равной степени ужас и восторг.
То, что рольфинг может быть болезненным, общеизвестно. То, как рольферы объясняли это Кену Дичтвальду, он передал так: «Сама их работа не причиняет боль, она скорее выявляет боль, которая хронически живет внутри тела-разума». Это утешение не спасло его от ощущения, что руки врача проникали глубоко внутрь его брюшной полости, как пара «жгущих паяльных ламп».
Сеанс был несомненно целебен (когда прошел приступ рыданий, он покинул кабинет, чувствуя себя «освобожденным от тяжелейшего жуткого эмоционального бремени»). И все-таки я приближался по Сакраменто-стрит к центру рольфера Нейла Пауэрса с немалым трепетом.
Смуглый худощавый мужчина в синих джинсах, он облегчил мне задачу, поскольку затронул тему боли, так сказать, в лоб: «Вам дозволено три вскрика на десять сеансов». Его шутка рассеяла мое преждевременное напряжение: трудно сохранять напряжение в мышцах, когда вы смеетесь. Далее по программе следовало оценить, как я стою и хожу, как распределен мой вес, в какой позе я сплю, занимаюсь ли я каким-либо видом спорта. (Очевидно, эта информация имеет значение; рольфинг базируется на исходном предположении, что скорее строение тела определяет поведение, чем наоборот.) Затем последовала фотосессия – вид спереди, сзади и сбоку для сравнения «до и после» по завершении и краткое разъяснение метода.
Доктор философии Ида Рольф (она скончалась в 1979 году) разрабатывала методику, которую она назвала структурной интеграцией, в течение пятидесяти лет, работая в качестве биохимика в Институте Рокфеллера, а также в других институтах. Истоки рольфинга, насколько они вообще известны, довольно неопределенные. Сама д-р Рольф говорила, что страдала искривлением позвоночника и в юности была предрасположена к диабету. После лечения у остеопата ее осенило создать собственную школу манипулятивной терапии – метод «превращения разлаженного организма в упорядоченную, сбалансированную энергетическую систему, которая способна функционировать в гравитационном поле», как она описывала это в антологии 1978 года «Холистические измерения лечения».
Знаменитый символ рольфинга изображает эту мысль достаточно хорошо: одна груда кирпичиков-сегментов тела выглядит так, как будто двухлетний малыш как попало свалил их друг на друга; другая – прекрасная, четко вертикальная ось делит симметрично уши, плечи, бедра, колени, лодыжки. Главный тезис д-ра Рольф заключался в том, что тело – это «пластический материал»: хотя годы приспособления к «плохо организованной» структуре могут закрепить соединительные ткани тела в неправильной схеме, возможно вправить эти ткани на надлежащие места. «Гравитация – это врач, – писала д-р Рольф. – Рольфер (при помощи манипуляций, устных указаний и взаимопонимания) просто помогает клиентам пользоваться своими телами так, чтобы позволить гравитации действовать во благо». Более того, добавляла она, «тело, если оно не слишком серьезно травмировано, отзывается быстро и «охотно» на такое требование нормализации».
Все это хорошо, но эти кавычки заставили меня понервничать. Как отзовется мое тело в момент истины?
Не слишком плохо, как оказалось. Пауэрс подбодрил меня еще немного, а сам тем временем фактически приступил к работе. «Некоторые работают как фрезерные станки, – сказал он. – Я же – скульптор». Я должен был ему поверить: как только он прижал и надавил своими сильными пальцами на мои ребра, я почувствовал, что части моей грудной клетки смещаются, точно глиняные комья. Его совет также помог: «Не пытайтесь избежать боли, только постарайтесь находиться в процессе. Если это больно, помните, что это пройдет». Между особенно глубокими надавливаниями он ходил по комнате, возился со своими растениями, давая острой боли время стихнуть. К концу сеанса (и пару дней после него) я чувствовал легкую болезненность под мышками, но я также отчетливо чувствовал, как моя масса перераспределяется и выравнивается – удлиняется шея, расправляется грудная клетка. Я мог бы поклясться, что даже дышать мне стало легче. Обычный курс лечения – десять одночасовых сеансов: в течение первых семи в заранее обусловленной последовательности работают с отдельными участками, последние три занимает реинтеграция всего тела вдоль его новых линий. Как известно, люди, прошедшие рольфинг, время от времени возвращаются для проведения повторного курса.
Насколько эффективен этот метод? Исследование, проведенное по заказу Института Иды Рольф двумя докторами из Калифорнийского университета в Лос– Анджелесе, показало определенное улучшение функционирования мускулатуры. Однако некоторые критики обвиняют этот метод в том, что он чересчур «пассивен» и – вот ирония! – чересчур ригиден, чтобы приспосабливаться к индивидуальным различиям.
Дичтвальд считает рольфинг «частично неадекватным, отчасти несовершенным» из-за того, что это чисто физический процесс, который не принимает во внимание «совокупность эмоций и установок, которые в первую очередь формируют тело», пишет он в «Тело– разуме». Без такого внимания, убежден он, невозможно никакое изменение на длительный срок. «Как бы вы повели себя, если бы прямо сейчас получили новое с иголочки тело? Велика вероятность, что вы бы повели себя в новом теле точно так же, как ведете в старом». Его обширный опыт говорит (он свидетель более сотни сеансов рольфинга), что при работе с людьми, «чьи тела зажаты, не привыкли двигаться, кто не ценит и не любит свое тело, по-видимому, получается наилучший результат»; у тех же, кто уже тренирован и здоров, тело не склонно к большим изменениям.
В мире существует около четырех сотен сертифицированных рольферов, которые закончили двухлетнюю подготовку в Институте Рольф и продолжали образование еще в течение пяти лет. Только выпускники с хорошей репутацией имеют право называть себя рольферами. Список сертифицированных рольферов можно узнать в Институте Рольф.
Фельденкрайз: обучение движению
Метод Фельденкрайза имеет репутацию наименее болезненной, наименее стрессовой техники телесной терапии. Действительно, те, кто обучался по Фельденкрайзу, спешат подчеркнуть, что это вообще не «телесная техника». «Нам не нравится этот термин, – несколько раздраженно сказала мне по телефону Элизабет Берингер, практик из Окленда. – Мы обучаем движению».
«Я не врач, и, когда я прикасаюсь руками к человеку, это не является лечением или исцелением – хотя люди от этого поправляются, – подчеркивает Моше Фельденкрайз в своей книге «Ускользающая очевидность», опубликованной за два с половиной года до его смерти в июле 1983-го. – Я думаю, процесс, происходящий с людьми, – это обучение: я ввожу их в состояние, в котором они учатся делать что-то, хотя я им этого не преподаю».
Сам Фельденкрайз был поразительно уклончив – и обманчив, – когда речь заходила о том, чтобы объяснить свою работу, особенно для человека, имеющего подготовку ученого-практика. «Первый принцип моей работы в том, что здесь нет никаких принципов», – любил он повторять и все же написал четыре не слишком внятные книжки, чтобы ее объяснить. Израильтянин, рожденный в России, работавший инженером и физиком (он занимался исследованиями атома под руководством Жолио-Кюри), Фельденкрайз также имел черный пояс по дзюдо, увлекался футболом. Когда спортивная травма повредила его колено, его мысль обратилась к механике тела. Эти исследования превратились в дело всей жизни и в конечном счете в поиск путей перепрограммирования мозга, чтобы дать возможность всему телоразуму работать более эффективно – «целостность движения», так называется этот Святой Грааль движения.
По существу, целью Фельденкрайза было разблокировать потенциал человека, помогая ему восстановить все возможности, которые напрочь забываются по мере того, как мы учимся делать что-то «правильно». По мере того как мы растем, считает Фельденкрайз, наши движения приспосабливаются, будучи обусловлены каждым телесным опытом, хорошим или плохим. Босоногий мальчишка, который поцарапал пятку во время бега, с этого дня может начать бегать по-другому. А «успехи» еще хуже: как только вы усвоили некий образец движения, замечает Фельденкрайз, эта функция «защелкивает» нервную систему и всякое ее развитие тут же прекращается.
Перевоспитание, которое он рекомендует, состоит из двух слагаемых. Одно – это функциональная интеграция (сеансы «работы на столе»), во время которых специалист осторожно сгибает, надавливает, вращает, изгибает и скручивает различные части вашего тела, пока вы не начинаете осознавать мельчайшую динамику ваших движений – как вы поворачиваетесь, где больно, до какого предела можно продолжать движение. (Эти манипуляции, уточняет Фельденкрайз, должны выполняться «так медленно и так приятно, как только возможно, без какой бы то ни было боли или напряжения».) Другая часть метода – «осознавание через движение» (Awareness Through Mowement, ATM) – включает в себя набор простых упражнений, которые можно выполнять самостоятельно (следуя инструкции, напечатанной или записанной на пленке) или делать под руководством специалиста, одному или в группе.
В последние годы своей жизни Фельденкрайз обычно наблюдал за тремя сотнями людей одновременно – это полный гимнастический зал – в Амхерсте, штат Массачусетс, во время своего ежегодного визита в США. На эти тренинги собирались ученики (отнюдь не «пациенты») всех мастей, от детей с церебральным параличом до знаменитостей, таких как Джулиус Эрвинг (тем, кто увлекается баскетболом, он известен как Доктор Джей). В число других поклонников входили антрополог Маргарет Мид, скрипач Иегуди Менухин, режиссер Питер Брук и нейрофизиолог Карл Прибрам из Стэнфордского университета, который восторженно говорил: «Он не только вертит мышцами как хочет, он заставляет мозг работать по-другому!»
Довольно впечатляюще для того, что выглядит как простая работа с телом. Но «это не претенциозность, – как возразила Берингер в начале нашего урока. – Я имею дело только с тем, что могу увидеть, или потрогать, или почувствовать». В этот момент она чувствует, трогает и видит несомненную тугоподвижность в моей хрустящей шее и плечах. Тем не менее она переходит к работе над моими ногами. (Практикующие методику Фельденкрайза, как я позже узнал, часто предпочитают работать с проблемной областью не напрямую, чтобы не обострять те самые паттерны, которые вызывают боль.) «Я надавлю на ваши ноги здесь, – говорит она с того конца стола, – чтобы посмотреть, как движение распространяется по вашему скелету вверх к голове». Я был удивлен, поэтому она пояснила: «Я выясняю, Перри, свойственную лично вам организацию тела во время движения».
Поскольку мне обычно свойственна организация горгульи, сгорбленной над застопорившимся манускриптом, у меня возникли некоторые проблемы со следующим разделом занятий в системе АТМ. Движения АТМ разработаны так, чтобы тело клиента воспроизводило и усиливало манипулятивную работу, проведенную над ним. Это не те позы, которые вы привыкли принимать в течение обычного дня – да и в течение жизни, как я понял. Как часто, к примеру, вам случалось сидеть на полу, опираясь на правую руку, при этом левая согнута в локте и свешивается прямо у вас перед глазами? Я не мог скрыть свое утомление и дискомфорт, поскольку мы выполняли эти движения, казалось, целую вечность.
«Некоторые люди учатся быстрее других», – сочувственно сказала Берингер. Фельденкрайз советует проходить курс с числом уроков по числу прожитых лет, но Берингер предпочитает адаптировать этот учебный план под желания и потребности учащихся. Я посчитал, что мне, чтобы достичь фельденкрайзовского идеала, – того, кто «ощущает, что его тело свободно подвешено к его голове, ноги не топают по земле, тело плавно скользит при движении», – требуется число уроков, соответствующее моему весу, а не возрасту. И все-таки даже после единственного урока я обнаружил, что определенно могу поворачиваться и вправо, и влево дальше, чем прежде, и с меньшей болью и усилиями. Более того, этот прогресс содержал показательную силу внушения: я на самом деле мог видеть и ощущать, что мое тело – то самое тело, про которое я думал, что оно уже безнадежно не подчиняется мне, – оказалось прирожденным самообучающимся инструментом для корректирующих изменений.
Ничего удивительного, что у работы Фельденкрайза не так уж много критиков (нет боли, нет и критики?). Она привлекательна, особенно для людей, для которых движение жизненно необходимо – для спортсменов, актеров, музыкантов, – а также и для просто очень занятых людей, которые ценят физическую подготовку и подвижность. Трудно противиться наставнику, который убеждает вас, что «обучение должно быть легким и приносить радость». Теории Фельденкрайза, возможно, несколько сложны, чтобы их разделять, но разве это настолько надуманный постулат – что движение, как таковое, неотделимое от каждого аспекта нашей повседневной жизни, может оказывать мощное воздействие на глубочайшие уровни наших психе и сома?
Фельденкрайз не принимает очевидное по умолчанию. К каждому телодвижению он подходит, по его словам, так, как если бы кто-то пытался объяснить марсианину, как надо глотать. «Мы многое делаем, не осознавая, как именно, – отмечал он. – «Правильное» всегда остается правильным; но «лучше» можно еще улучшить».
Практики, авторизованные Фельденкрайзовской гильдией (их во всем мире около трехсот), проходят четырехлетний курс подготовки.
Александер: начинаем с головы
«Мы не считаем, что работаем с телом, – так начала Элеанор Розенталь из Сан-Франциско, президент западного регионального отделения Американского центра метода Александера. Ну вот, опять начинается, подумал я, когда она подвела меня к столу и приступила к демонстрации разнообразных практических техник, удивительно похожих на ту «работу с телом», которую я уже испытал на себе.
Разумеется, здесь были и отличия. Метод Александера чрезвычайно тонок, более похож на соматическое внушение, чем на реальную манипуляцию. И работа на столе, со всем ее похожим на мантры управляемым воображением («шея, назад и свободно… голова, вперед и вверх… пусть торс удлинится и расширится») – это только подготовка к более важным индивидуализированным занятиям по осанке и равновесию телесной механики, которая является предметом, изучаемым в акте сидения или ходьбы. Внимание постоянно возвращалось к области шеи и головы, положение которых александеровцы называют «первичным контролем». Когда взаимоотношения между головой и позвоночником выравниваются, гласит теория, позвоночник удлиняется и в связи с этим расслабляются искривления и сжатия, искажающие нормальное его положение; следовательно, мускулатура, поддерживающая костяк, также выравнивается.
Этот метод разработал Ф. Матиас Александер (1869–1955), австралийский актер, карьере которого угрожали положить конец периодически повторяющиеся приступы ларингита. Подозревая, что трудности с голосом вызваны чем-то, что он делает, когда играет на сцене, Александер уединился с трехстворчатым зеркалом, чтобы посмотреть, что бы это могло быть. После нескольких месяцев внимательного наблюдения он установил, что каждый раз, собираясь что-то сказать, он набирал полную грудь воздуха, напрягал шею и горловые мышцы и отводил голову назад и вниз, так что она давила на его гортань. Он также заметил, что эта проблема не была локализована в одном месте: весь его организм страдал от подобных паттернов неправильного с ним обращения. То, что «происходит естественно», осознал он, на самом деле часто совершенно неестественно, это результат плохих привычек, накопленных за жизнь.
Александер провел десять лет, приводя себя в порядок, затем вернулся на сцену, где завоевал широкую известность невероятной силой своих образов. К нему приходили другие актеры и ораторы, желая научиться тому, как наилучшим образом использовать данные им инструменты; среди его учеников, добившихся успеха, были Джордж Бернард Шоу и английский романист Олдос Хаксли, который уверял, что этот метод вызывает «общее повышение осознанности на всех уровнях».
Что представляет собой в действительности «первичный контроль», независимо от того, как он работает, – это до некоторой степени загадка. «Научные объяснения в терминологии нейросоматики меня не удовлетворяли, – признается Розенталь, бывший адвокат. – Но я знала, что, если кто-то воспринимает Александера всерьез и работает, исходя из предположения, что первичный контроль существует и его можно активировать, улучшая взаимосвязь между головой, шеей и туловищем, – этот кто-то добивается убедительных результатов, подобных тем, которых добивался Александер. Мне легче продемонстрировать это при помощи рук». И так она и сделала.
Пока я лежал на столе, она стояла у меня за головой, медленно перекатывая ее из стороны в сторону, и ее прикосновения были чистым бархатом. Она перешла к моим плечам и рукам, поглаживая их так нежно, что, казалось, она просто расправляет складки на моей рубашке. Тем не менее определенный эффект был; верхняя часть моей спины и шея как будто более плотно распластались на столе, а общее ощущение расслабленности распространилось от верхней до нижней точки моего спинного хребта. Обойдя вокруг стола, Розенталь положила руки на мои ноги и, осторожно их потягивая, предложила мне представить, что мои ноги сперва свесились со стола, затем прогулялись по залу, вышли в дверь, прошли по улице и направились к Тихому океану. «Можно я остановлюсь на Гавайях?» – осведомился я.
Затем она заставила меня встать и своими руками покачала мою голову, так что она по ощущению наклонилась вперед. Она погладила мою спину, давая понять движением рук, что тело выровнено по-другому. К этому моменту я определенно уверовал, что похожу на некоего антропоида, впервые пробующего передвигаться без помощи передних конечностей. Но она повернула меня к зеркалу, и глядь – оно отразило гоминида с совершенной осанкой. Далее она направила меня по длинному коридору своего офиса и, поправив равновесие моей головы и шеи, слегка подтолкнула вперед, будто мать, подбадривающая своего малыша, который только-только учится ходить. Я двинулся скованно, смущенно, уверенный, что вешалка, вставленная в мою рубашку, чувствовала бы себя более уютно. И все же, несмотря на ощущение неловкости, приспосабливаясь к этой странной новой осанке, я также чувствовал себя легче, выше, более отцентрованным, как будто я скользил по конвейерной ленте. Это ощущение, в свою очередь, подействовало на мою психологическую установку: я чувствовал, что иду верным путем, я знал, куда направляюсь, и знал, что добьюсь своего.
Несколько повторений спустя я уже чувствовал, что действительно раскусил суть происходящего, хотя и сомневался, смогу ли вообще ходить без ее помощи. Однако проходили недели за неделями, и я обнаружил, что у меня в мозгу позвякивает маленький колокольчик, как сигнал за кулисами, напоминающий мне время от времени, что нужно вернуться к этой правильной «неправильной» позе.
Сертифицированных инструкторов готовят минимум 2,5 года; в США существует приблизительно 200 высококвалифицированных инструкторов, зарегистрированных в Американском центре метода Александера. Курс лечения не ограничен по времени; он может продолжаться от нескольких недель до нескольких лет. Индивидуальные занятия варьируются по длительности от получаса до часа, гонорар составляет в среднем от 25 до 50 долларов.
Метод трейджера: раскрытие подсознательного разума
Методику Трейджера вполне уместно сравнить с взбиванием подушки. Психофизическая интеграция и ментастика Трейджера, как это официально называется, была основана Милтоном Трейджером, доктором медицины, но если послушать, как он сам это описывает, то это методика его открыла – «чистая случайность», говорит он. В конце двадцатых, будучи 18-летним профессиональным боксером, он ошеломил своего менеджера потрясающим сеансом массажа. «У тебя золотые руки, парень», – взревел тренер. Трейджер пошел дальше, излечив своего отца от ишиаса, и в течение следующих 50 лет продолжал работать с людьми, страдающими нервно-мышечными нарушениями. Попутно он получил медицинскую степень (на четвертом десятке) и основал частную практику на Вайкики.
Хотя он был посвящен в Трансцендентальную медитацию в 1958 году, в течение следующих двух десятилетий Трейджер несколько дистанцировался от того, что потом стало называться потенциалом движения человека. В конце концов слухи о его терапии дошли до Калифорнии, и его пригласили продемонстрировать свою технику в уединенной больнице для душевнобольных на побережье. Это произошло в Эсалене, где– то в 1975 году.
Участники семинара оказались чрезвычайно восприимчивы, и особенно Бетти Фуллер, которая в это время практиковала метод Фельденкрайза. С тех пор она стала первой последовательницей Трейджера, а также возглавила Институт Трейджера.
К счастью для меня, она пробыла в городе достаточно долго, чтобы преподать мне мастер-класс по технике Трейджера.
«Сначала мы подключаемся», – сказала она, становясь у моей головы, пока я лежал лицом кверху на столе. «Подключение» – это трейджеровский термин, обозначающий установление атмосферы повышенной восприимчивости и непринужденности; это дает возможность быстро подключить «универсальную жизненную силу». Как объясняет д-р Трейджер, «это чувство цельности, связности, покоя – то же самое чувство, которое я испытываю во время медитации или на берегу океана».
Переведя все системы на трансперсональный план, Фуллер приступила к работе. В следующие полтора часа она меня непрерывно вертела и крутила, растягивала и встряхивала, трясла и дергала всего с головы до ног. Иногда она «разговаривала» с моим телом, продолжая его обрабатывать; иногда она дышала вместе со мной, вздыхала вместе со мной, смеялась вместе со мной, тем временем не прекращая регулярного, ритмического, колеблющего движения. «Д-р Трейджер говорит, что у каждого физического непродуктивного состояния есть психический двойник, – пояснила она, когда мы наконец закончили. – Так что каждое мое движение, каждое прикосновение, каждая мысль направлена на разблокирование вашего бессознательного разума».
К этому времени я чувствовал себя основательно разблокированным – мое тело освободилось от зажатости и вибрировало, до отказа наполнившись энергией. Пора было попробовать ментастику, обманчиво простую пятиминутную последовательность упражнений, похожую на встряхивание, которое в ходу у танцоров и спортсменов. Идея здесь, как и в других занятиях по работе с телом, «внедрить в сознание мысль, что тело может двигаться по-другому, и дать возможность нервной системе обучиться другому, более предпочтительному поведенческому паттерну», – объяснила Фуллер. Вторя мудрости многих знающих, она сказала: «Травмы и боль в теле фиксируются не в мышцах, но в мозгу, который управляет нервной системой. Мы усваиваем защитную, ограничивающую манеру поведения, и эти компенсации становятся частью нас самих».
Трейджеровские практики, как правило, рекомендуют серию сеансов, поскольку считается, что их польза обладает кумулятивным эффектом. Теория, лежащая в основе психофизической интеграции, похожа на все другие, и все же этот подход особенно притягателен, поскольку он, видимо, более интуитивен, нежели рационален, как и сам д-р Трейджер. Я бы с удовольствием прошел еще несколько раундов в следующий раз, когда мой сознательный разум чересчур меня перегрузит. А сейчас мое тело наслаждалось некоей непрекращающейся тайной веселостью – его как будто будоражил внутренний смех.
Если вы решили записаться на прием к специалисту, прочтите это

Пользу работы с телом, особенно когда ее испытываешь на себе впервые, трудно опровергнуть. Но ее трудно и доказать, отмечает доктор философии Кеннет Пеллетье, доцент медицинского факультета Калифорнийского университета в Сан-Франциско и автор многочисленных книг по холистическому оздоровлению и самопомощи. «Клинически я вижу пользу, но меня все время беспокоит то, что, когда коллеги требуют от меня доказать эффективность разных видов телесно ориентированной терапии, очень немногие из них эмпирически оцениваются при контрольных исследованиях. Здесь бремя доказательства возлагается на практиков».
Разумеется, как отмечают исследователи Брайен Инглиз и Рут Вест в «Альтернативном руководстве здоровья», «было бы чрезвычайно трудно обеспечить полностью контролируемое испытание, в котором одна группа пациентов подвергалась бы телесно ориентированной терапии, а другая группа – терапии, «претендующей» называться телесно ориентированной». И все же доктора медицины вроде Дороти Вадделл, директора отделения альтернативной терапии больницы общего профиля в Сан-Франциско, вполне довольны тем, что такие виды телесной терапии, как шиацу, акупрессура и йога, смогли оказаться полезными в случае мигрени, повышенного кровяного давления, стресса и хронических болей. «Больше всего на меня произвели впечатление техники вроде Фельденкрайза, Александера и Астон-копирования, которые теоретически основаны на том, как устроена нервная система, – говорит она. – Они крайне эффективны – гораздо значительнее, чем традиционная физиотерапия. Вы можете почувствовать мгновенные изменения».
При таком стремительном распространении школ и ответвлений даже у бывалых знатоков возникают проблемы с оценкой эффективности новейших подходов. К примеру, Эдвард Дж. Стайлс, известнейший в Оклахоме остеопат, не сомневается, что должным образом выполненная работа с телом может дополнить квалифицированную медицинскую и хирургическую помощь. Тем не менее его волнует то, что «множество людей проделывают множество манипуляций, и некоторые даже не знают ничего про то, чем занимаются другие». Д-р Пеллетье точно так же встревожен тем, что он воспринимает как повышение «раздробленности» в этой области: «Хитроумные модификации основных систем не заслуживают нового названия, – заявляет он. – Это лишь добавляет неразберихи». Он рассматривает стремление к специализации как «вводящую в заблуждение попытку стать квазимедициной».
Доктор медицины Дэвид Тигарден, бывший клинический руководитель Центра холистического оздоровления Беркли, делает другое важное предостережение. «Люди возлагают надежды на рекламу, которая сбивает с толку, – предупреждает он. – Например, когда кто-то говорит, что учился у такого-то, это вовсе не означает, что он закончил обучение и аттестован. Это могло вовсе не иметь отношения к делу. Он мог поприсутствовать на семинаре в уик-энд. Это такое хитрое жульничество». Выбирая курс работы с телом, советует он, лучше всего «судить по специалисту, а не только по методике. Все они имеют некоторую ценность в качестве общеукрепляющей терапии, если только удовлетворяется потребность в прикосновениях и заботе».
Многие врачи – и многие практики телесной терапии на самом деле тоже с этим согласятся – считают, что большинство видов мануальной терапии предназначено не для пациентов как таковых, а для людей, которые как раз не хотят становиться пациентами и для этого излечивают соматические нарушения, являющиеся источником их проблем. Речь не идет о тех случаях, когда вы страдаете от болезни или травмы, в этом случае вы должны выявить все, как для своего блага, так и для предполагаемого врача; хороший практик в любом случае обращается к подробной истории болезни.
Что еще вам следует ожидать от работы с телом? Это банально, конечно, но чистый межличностный «резонанс» имеет большое значение, и здесь нет способа определить размерность этой величины – или научить этому. Вы можете обучиться осознаванию через движение, через медитацию, через изучение тела или разума, но вы не можете натренировать человека в искусстве «быть» с другим. Те, кто занимается работой с телом или пользуется этой услугой, и даже врачи, которые рекомендуют ее, согласны, что не важно, сколько знаете вы и ваш специалист, главный критерий – это ваше мнение о практике.
Так что ищите. Наблюдайте практиков в процессе работы; задавайте вопросы, изучайте дипломы, говорите с постоянными посетителями. Затем, если дух вас подвигнет, пройдите сеанс, или два, или три. Фактически чем больше вариантов вы испытаете, тем легче будет ощутить лежащие в основе универсалии: факт в том, что никакое тело не совершенно, но что облегчение физического напряжения может высвободить психологическое напряжение, и лучшая осанка тела может просто стимулировать оздоровление психологического состояния.

 

 

 

 

 


Глава 24
Биоритмы и вы: выберите время, в которое ваша эффективность максимальна
«Всему свое время», – изрек Екклезиаст. И никто не оценил эту истину больше, чем тот, кто пытался что– то делать не в свое время. Это вроде как высаживать морковку в январе. Или пытаться съесть большую порцию, когда вы и так не голодны. Или штопать носок, когда вы до того устали, что у вас глаза слипаются.
Правильно определять время для разных дел, можете вы сказать, одинаково важно и в науке, и в искусстве – спросите хоть фермера или комика из ночного клуба. Но вам когда-нибудь приходило в голову, что знание должного «времени всякой вещи под небом» может иметь реальное влияние на ваше здоровье? Что еде, сну, работе или физическим упражнениям может принадлежать идеальное естественное место в распорядке вашего дня?
Если приходило, вы не одиноки. Изучение связи времени с живыми системами, или хронобиология, произвело настоящий бум на переднем крае науки за последние примерно десять лет, и стало известно много информации о таинственных ритмах, управляющих нами.
Известно, что в течение суток человеческое тело проходит через целый ряд циклов, с периодом приблизительно равным 24 часам, с четко предсказуемыми минимумами и максимумами. Кровяное давление, температура тела, уровень сахара в крови, гормональные приливы, сердечный ритм, даже субъективные свойства, такие как настроение и чувствительность к боли, – все это имеет внутренний ритм, приливы и отливы, подъемы и спады.
На практике это означает вот что – в каждых сутках есть несколько драгоценных часов, когда все ваши системы работают, ваша энергия на максимуме, ваш мозг в наибольшей боевой готовности. Это также означает, что каждый день есть периоды, когда ваш организм выбивается из ритма и за некоторые дела (к примеру, принятие важных решений или тонкую ручную работу) не стоит даже браться. Знание того, как функционируют эти внутренние циклы, «личное расписание», может помочь вам подладить вашу жизнь под ритмы вашего тела и с большим толком потратить то время, которое у вас есть. Потому что «лучшее время» для выполнения чего бы то ни было на самом деле существует.
«Биоритмы» – это полная чушь?
Точка зрения, согласно которой наша личность может существенно отличаться в разное время, на самом деле не такая уж натяжка. Каждый испытывал дни подъема, когда он чувствовал, что полон сил и энергии, и другие дни, когда жизнь становится просто бесконечной полосой тусклой и нетворческой рутины. Мысль о том, что существует некий предсказуемый график этих подъемов и спадов, на который можно ориентироваться, как на график приливов и отливов, увлекала людей в течение многих веков.
Несколько лет назад очередная попытка вычислить этот график, а именно теория биоритмов, пережила большой всплеск популярности. Эта теория утверждала, что в момент рождения внутри каждого человеческого существа запускаются три глобальных внутренних цикла различной продолжительности: 23-дневный «физический» цикл; 28-дневный «эмоциональный» цикл; и 33-дневный «интеллектуальный» цикл. На протяжении всей жизни эти три цикла, как предполагалось, должны колебаться между позитивной фазой, наделяющей жизненной энергией и бодростью, и негативной фазой, когда мысли, чувства и энергия идут на спад.
День, когда какая-либо кривая пересекала нулевую точку, переходя в новую фазу, считался критическим, когда система была в переходном периоде и, следовательно, нестабильна, и риск заболеваний или несчастного случая особенно возрастал. Поскольку эти критические дни случаются через равные интервалы, отсчитываемые от дня рождения, легко предсказать, когда они наступают и, таким образом, когда человеку следует быть крайне внимательным, чтобы уберечься от оплошностей.
Было также легко проверить истинность теории. В одном исследовании, к примеру, данные о 205 тщательно расследованных дорожных авариях, в которых были явно виноваты водители, сравнивались с графиками биоритмов водителей на этот ужасный день. Согласно теории, несчастные случаи должны были чаще происходить в критические дни, или негативные фазы цикла. Но, как оказалось, аварии случались в эти дни не более часто, чем в дни положительной фазы цикла.
Исследователи пришли к заключению, что полученная информация «не свидетельствовала в поддержку какого бы то ни было аспекта теории биоритмов». И все-таки, признались двое из ученых, во всем этом есть «некая притягательность» («Архивы общей психиатрии»).
Найдите собственный энергетический пик
Значит ли это, что наука презрительно отвернулась от представления о внутренних ритмах человека в целом? Ни в коем случае. Это лишь означает, что биоритмы – слишком упрощенное понятие, чтобы объяснять ими все.
С одной стороны, есть приводящая в замешательство совокупность циклов, действующих внутри нас каждое мгновение, подобно прибытию и отправлению поездов на оживленном вокзале. А с другой – физиологический поезд каждой отдельной личности следует по своему собственному расписанию.
На самом деле есть «жаворонки» и «совы», то есть люди, которые вскакивают с постели вместе с восходом солнца, свежие и бодрые, но сникают уже ранним вечером – и те, кто еле волочит ноги по утрам, достигая своего пика лишь во второй половине дня. Есть также люди, которые ни к тем, ни к этим не относятся. Для каждого из них время наилучшей производительности может быть очень разным.
С другой стороны, у нас у всех есть общие черты, поскольку многие базовые человеческие циклы приблизительно одни и те же для всех людей. Температурный цикл тела, например. Что бы вы об этом ни думали, ваше тело не может поддерживать постоянную температуру в 98,6 градуса (по Фаренгейту) круглосуточно – она колеблется в течение 24 часов, и перепад составляет около 1,5 градуса. Она ниже всего в предрассветные часы и выше всего во второй половине дня ранним вечером.
Когда температура вашего тела достигает максимума, то же происходит и с множеством других параметров: энергия и собранность, физическая реакция, сообразительность и вообще острота ума. Это что-то вроде психического и физического Эвереста, с которого открывается наилучший обзор за день. Вы можете очень хорошо осознавать, в какое время дня вы достигаете этого пика. Но многие, «сбитые с толку убеждением, что они в любое время должны быть одинаково эффективными работниками, сияющими улыбкой», не обращают внимания на подъемы и спады собственного организма, говорит доктор философии Гей Гаэр Люс в своей книге «Время тела». Но есть один простой факт, продолжает она: «мы не одни и те же в разное время».
Легкий (хотя не слишком точный) способ определить ваш дневной пик производительности – измерять вашу температуру на протяжении суток, пока вы не засечете время, когда ваше тело находится в состоянии наибольшего нагрева. Способ получше советует д-р Люс – научиться следить за собой. «Нам нет нужды ждать, пока будет достаточно данных, чтобы составить температурную карту тела, ведь каждый человек, немного понаблюдав за собой, может начать ощущать свои собственные внутренние часы, прислушаться к собственному дневному циклу изменений, не заглядывая внутрь тела».
Небольшое самонаблюдение, а также нижеследующие советы, могут помочь вам выбрать ваше лучшее время.

Питание
По многим причинам то, когда вы едите, может быть столь же важно, как и что вы едите. В целом современные исследования поддерживают освященный веками совет: «Завтракай как король, обедай как принц, ужинай как нищий».
Почему? Потому что усвоение пищи не достигает своего максимума до того, как после десерта пройдет примерно семь часов. Если вы едите тяжелую, жирную пищу в 6 часов вечера или позже (по старой американской привычке), вы, вероятно, засыпаете в тот период, когда ваш метаболизм на его низшей, медленнейшей стадии – когда большая часть этой переваривающейся пищи нагружает ваше кровообращение.
Когда все эти насыщенные жиры неспешно прокладывают путь по вашим артериям, вы получаете ситуацию, «крайне благоприятную для артериосклеротических поражений артерий сердца и мозга», – говорит доктор медицины Пол Б. Роун, калифорнийский врач на пенсии, который более 30 лет занимался исследованием атеросклероза. Если вы едите слишком плотно и слишком поздно, вы создаете условия, «идеальные для образования тромбов, могущих вызвать удар, сердечный приступ или внезапную смерть».
Так как бы вы составили расписание своих приемов пищи? Д-р Роун рекомендует: «Питательный завтрак, хороший обед в полдень и легкий ужин вечером способствуют тому, что во время сна меньше жиров будет циркулировать с кровью по артериям» («Журнал Американского гериатрического общества»).
Еще одно преимущество уменьшения количества съедаемой вами пищи по мере того, как проходит день: это помогает не набирать вес. В одном исследовании семеро добровольцев съедали по 2000 калорий в день на завтрак, и все семеро потеряли в весе. Но когда они съедали те же самые 2000 калорий во время вечернего приема пищи, они потеряли в весе меньше – или даже набрали вес. Сидящие на диете, как предлагают исследователи, должны учитывать «важность распределения времени помимо подсчета количества поглощенных калорий» («Хронобиология»).

Занятия любовью
Вы ждете полнолуния, не так ли? Что ж, луна, как представляется, оказывает влияние на сексуальное желание, по крайней мере у женщин. В одном исследовании 30 женщин были расспрошены (тактично) о том, каково их сексуальное желание. Расспросы велись почти ежедневно на протяжении многих менструальных циклов, которые тесно связаны с лунными циклами. Реакция женщин показала, что сексуальное желание резко возрастает с наступлением менструации, остается высоким вплоть до 15-го дня (ко времени овуляции), затем спадает, достигая второго пика как раз перед началом следующей менструации.
Другое исследование показало, что у 40 замужних женщин физическая близость достигала пика непосредственно в районе 15-го дня после начала менструации.
Этот кульминационный пункт сексуальной активности, очевидно, результат месячных флуктуаций женских половых гормонов, которые также достигают максимума ко времени овуляции. Исследователи пришли к такому заключению, потому что женщины, принимавшие оральные контрацептивы, подавляющие эти гормоны, не сообщали о пике сексуальной активности в районе 15-го дня.
Связано ли с месячными гормональными изменениями также и сексуальное желание у мужчин? Похоже, здесь есть связь, говорит доктор медицины Домина Реншоу, профессор психиатрии из Университета Лойолы в Мэйвуде, штат Иллинойс. Но пока исследования в этой области слишком несовершенны, чтобы планировать идеальную ночь, когда следует преподносить партнерше шампанское и розы.

Физические упражнения
Многочисленные исследования увязывают физическое состояние с ежедневным пиком температуры тела. В одном исследовании, к примеру, температурному пику соответствовали быстрота и аккуратность, с которой субъекты могли раскладывать карты, в другом показывалось, что соревнующиеся пловцы вечером находятся в значительно лучшей форме, чем утром, когда их температура по идее должна быть ниже. Вывод? Попытки достичь новых рекордов предпочтительнее предпринимать вечером.
Но что, если вы не интересуетесь побитием рекордов? Для Бетси Бейтс, инструктора по йоге и физическим упражнениям из Братлборо, штат Вермонт, четыре часа пополудни – наилучшее время для дыхательных упражнений, стретчинга, йоги или занятий медитацией. Кстати, лучше всего делать это на пустой желудок, и к тому же, по ее словам, вы более гибки во второй половине дня.
С другой стороны, говорит доктор философии Вильям Зути, бывший национальный директор оздоровительных программ Молодежной христианской организации: «По моему личному опыту, самое лучшее – упражняться в любое время, которое, по вашим ощущениям, больше всего для вас подходит». Помните только про одно, предупреждает он: если вы занимаетесь спортом непосредственно перед тем, как отойти ко сну, вы можете так перевозбудиться, что не сможете заснуть.
К этому мы должны добавить: для тех, кого тяготит их собственный вес, есть еще одно преимущество тренировок в обеденный перерыв или перед едой – это то, что они притупляют ваш аппетит. А для тех, кто думает о работе, важно: тренировка в обеденный перерыв может помочь вам преодолеть состояние, известное как послеобеденный дискомфорт, падение эффективности, которое происходит со многими людьми и длится часа два после обеда. Как это ни странно, вы чувствуете себя вялым и сонным не потому, что вы только что поели, – «яма» случается, даже если вы пропустили обед. Это просто один из тех самых постоянных биологических поездов, и вы должны выучить его расписание.

Избежать боли
Личная переносимость боли, по крайней мере зубной и связанной с кожными покровами, также колеблется в постоянном ритме в течение дня. В одном исследовании группе отважных добровольцев воздействовали на зубы инструментом, вызывающим боль, в разное время дня и ночи. Боль, как они сообщали, заметно отличалась в зависимости от времени воздействия.
К несчастью, она меньше всего ощущается между полуночью и 2 часами ночи, и мучения неуклонно возрастают между 8 утра и 6 пополудни – в обычные рабочие часы дантистов. Один исследователь выдвинул идею для малодушных: им нужно искать студентов-стоматологов, подрабатывающих по ночам, чтобы те пломбировали им зубы ночью.

Принятие решений
Поскольку температура тела связана с эффективностью и бодрствованием, то, установив свой «температурный пик», вы сможете высчитать лучшее время, когда планировать важные решения и когда их избегать. «Многие люди обнаруживают, что собственное лучшее время относительно легко определить, если уж они узнали, что такое понятие существует», – замечает писательница и исследовательница Флора Дэвис в книге «Живи активно!».

Питье
Алкоголь производит свое хорошо известное действие на мозг лишь до тех пор, пока циркулирует в крови. Но продолжительность его циркуляции варьируется в зависимости от времени суток. Практически говоря, это означает, что стакан вина не подействует на вас так сильно между полуднем и полуночью, как подействует он между полуночью и 8 утра. Короче, замечает доктор философии Джон Палмер, сотрудник факультета зоологии Массачусетского университета, «последний глоток на вечеринке – «на посошок» – усваивается относительно медленнее, чем предыдущие, и будет поддерживать более продолжительный подъем алкоголя в крови…» (журнал «Биосайенс»).

Творчество
В течение обычного сна вы каждые 90 минут или около того проходите полный цикл сна, и так всю ночь напролет. Но что лишь недавно стало известно – это то, что эти циклы продолжаются и днем, с периодами осознанности и практического мышления, перемежающимися периодами дремоты, и длительность циклов также приблизительно по 90 минут.
В ряде исследований людей оставляли в помещении в одиночестве и просили их записывать свои мысли каждые пять минут. Выяснилось, что они проходят через эти чередующиеся состояния мышления на поразительно регулярной основе. Просто знать, что такие циклы существуют, может быть полезно: если вы чувствуете, что ваш цикл готовности к практической деятельности в самом разгаре, не следует именно сейчас прерывать работу. Но если наступает цикл грез наяву и творческая фантазия разыгралась, как раз сейчас, возможно, самая пора последовать за музой, куда бы она ни вела.

Прием медикаментов
Используемые вами лекарства действуют на ваш организм совершенно по-разному в зависимости от того, в какое время дня или ночи вы их принимаете. При лечении лейкемии у мышей, к примеру, коэффициент смертности мог варьироваться до 80 процентов в зависимости от времени применения лекарства. К сожалению, существует слишком много лекарственных средств и слишком много необходимо еще узнать про хронотерапию, как называется наука, изучающая определение времени действия лекарства, так что здесь, увы, нет простых советов. Просто знайте: то, когда вы принимаете лекарство, имеет большое значение, и лучше всего посоветоваться с вашим врачом.

Обучение или запоминание
Общеизвестно, что студенты – заведомые полуночники, однако исследования показывают, что это практически наихудшее время для попытки зафиксировать что-либо в памяти. Это было ярко продемонстрировано при исследовании двух групп медсестер. Каждой группе был показан учебный фильм, первой – в 8.30 вечера, другой – в 4.00 утра. Обе группы были немедленно опрошены по содержанию фильма.
Как это ни странно, но группа «4.00 утра» чуть лучше запомнила фильм, чем группа, смотревшая его в 8.30 вечера (хотя различия не показали статистически значимых результатов). Однако настоящую проверку устроили спустя месяц, когда обе группы были вновь опрошены, дабы выяснить, что они помнят о фильме. К этому времени «полуночники» из группы «4.00 утра» забыли вдвое больше, чем группа, смотревшая фильм в более раннее время.
Но если 4.00 утра – худшее время для того, чтобы что-то выучить, то какое же лучшее? Ставшее классическим исследование студентов калифорнийского колледжа, проведенное в 1916 году, показало, что в течение дневного времени есть два «пика учения» (рассматривались исключительно часы с 8 утра по 5 пополудни). Сто шестьдесят пять студентов, с которыми был проведен тест на запоминание в течение трехдневного периода, показали практически идентичные кривые обучения: в самой лучшей форме они находились между 9.00 и 11.00 утра (с максимумом в 10.00) и еще между 3.00 и 4.00 пополудни. Эти результаты показали, что субъективное мнение студентов о том, когда они, по их мнению, в лучшей форме, не имело оснований.
Они были правы в том, что лучшее время для перерыва – в период «послеобеденного спада», когда кривая обучения существенно падала. Их организм, казалось, знал, что в это время не стоит заучивать сонеты.

 

 

 

 

 



Часть пятая
Что бы вы ни делали, делайте это лучше
Глава 25
Суперобучение
Что было бы, если бы вы могли пользоваться только 10 процентами своих пальцев – то есть одним? Все превратилось бы в проблему – ухватить ручку, переключить канал; и вы, наверное, ощущали бы фрустрацию и собственную неполноценность. Скорее всего, вам пришлось бы отказаться от попыток сделать многое. Но ведь вы, возможно, уже используете не более 10 процентов некой части вашего организма, а именно вашего мозга.
И действительно: ученые утверждают, что обычный человек использует только небольшую часть мозга. В его распоряжении имеется и остальная часть, но ею не пользуются. И поскольку это так, большинство людей даже и не пытаются изучать, запоминать, усваивать. Но обучение не обязательно должно быть нудным занятием. Оно может быть веселым – легким, радостным процессом открытия вашей жизни навстречу новым интересам и опыту – если вы включите в него весь ваш мозг целиком.
И первый шаг – использовать оба полушария вашего мозга.
За последние 20 лет научные исследования показали, что мозг имеет две половины, или полушария, и что их функции чрезвычайно различны.
«Школьное обучение по большей части обращается только к левому полушарию», – говорит доктор педагогических наук Оуэн Каски, психолог независимого школьного округа Эль-Пасо. Левое полушарие, поясняет он, работает с фактами – это логическое, пошаговое мышление. Но правое полушарие имеет дело с чувствами – это фантазия, воображение, мысленные образы и интуиция.
«Когда в обучение вовлечены оба полушария мозга, – говорит доктор философии Дон Шустер, профессор психологии Университета штата Айова, – обучение идет легче, быстрее и гораздо веселее». И вот здесь мы хорошо поступим, если возьмем несколько уроков у нашего младшего поколения.
Истинная правда: молодой, развивающийся мозг поглощает информацию гораздо более быстрым темпом. Но теперь появились свидетельства, что легкость обучения частично связана с тем, как информация представляется и усваивается центром обучения в мозгу.
То, как дети фактически учатся языку своей матери, очень отличается от того способа, которым большинство из нас изучают иностранный язык в школе, – и замечательно, что отличается, иначе мы все и в 50 лет еще говорили бы «агу-агу». Когда маленький человечек чувствует жар, исходящий от печи, он слышит: «Осторожно, горячо!» Слово «молоко» сопровождается вкусом молока, попадающего в детский ротик. И в качестве реакции на мир слов и ощущений ребенок использует свое тело для постижения сути новых слов: сгибается и складывает свои ладошки, чтобы сказать «маленький», широко раскидывает ручки, говоря «большой», обводит руками круг, показывая «круглый». В возрасте двух-трех лет изучение слов является не только мыслительной деятельностью, но и опытом телесных переживаний.
Но что это означает для 30-летнего взрослого, начинающего учить французский или португальский, играть на флейте или тубе? Это означает: пусть ваше тело и разум сыграют вместе прекрасную музыку; сделают новый язык совместным опытом.
Приблизительно в этом и состоят рекомендации доктора философии Джеймса Дж. Ашера, психолога, занимающегося мнимой неспособностью американцев к овладению иностранными языками. Традиционные методы изучения языков, которые предполагают заучивание больших объемов словаря и грамматики и умственные манипуляции с иностранными словами без «ощущения» реального опыта для их закрепления, трудны для всех, кроме наиболее одаренных студентов.
Чтобы облегчить изучение второго языка для всех желающих, доктор Ашер предложил подход, который он называет Тотальная физическая реакция (ТФР), основанный преимущественно на слушании и опыте разговорной речи, а не на вчитывании в записанные на бумаге слова.
Тотальная физическая реакция
Идея, лежащая в основе ТФР, – задействовать важную часть вашего мозга, которой, по мнению д-ра Ашера, большинство преподавателей пренебрегает: правое полушарие. Д-р Ашер убежден, что «правополушарное обучение» настолько более эффективно, что обычные студенты способны выучить язык так же хорошо, как сейчас с помощью традиционного метода выучивают «одаренные». Но как именно можем мы включить в работу собственное правое полушарие?
«Если взрослые хотят овладеть вторым языком без напряжения, они должны создать реальность на новом языке». Только через представление нового словаря в игровой форме учащиеся действительно смогут довести до собственного сознания, что песик Фидо – это также un chien, ein Hund или un cane.
Таким образом, учитель, применяющий методику Ашера, может оживить урок японского, предложив: «Дайте мне ваши часы, обойдите вокруг стола и взвизгните». Или: «Подбегите к Марии, выхватите у нее сумочку и вышвырните ее в окно». Для некоторых легковозбудимых натур подобные распоряжения могут произвести эффект зажженного бикфордова шнура на складе боеприпасов, однако, несмотря на возможную потерю ваших часов, сумочки и комплексов, метод д-ра Ашера стоит того, чтобы его рекомендовать. Урок за уроком показывает, что материал, усвоенный таким образом, застревает в памяти как заноза.
«Долговременное сохранение в памяти – вот ярчайшее свойство правополушарной стратегии, которую мы предлагаем, – говорит д-р Ашер. – Предположим, вы в детстве научились кататься на коньках на озере Мичиган, а позднее переехали в Калифорнию. Даже если вы не вставали на коньки 25 лет, то, когда встанете, вы будете кататься приблизительно на том же уровне, как 25 лет назад. Катание на коньках – это двигательный навык, и тот факт, что он остается с вами после 25 лет, характеризует все, что выучено телом. Мы овладеваем нашим первым языком через физическое взаимодействие. Если мы пробудим этот младенческий опыт в ускоренном темпе, мы получим три прекрасных качества: ускоренное осмысление, обучение без напряжения и долговременное хранение в памяти. Не только языку, но и любому другому навыку или деятельности легче обучиться, если подход к нему включает правополушарное обучение».
И если вы не можете убедить ваше тело «создать реальность», в которой будет проходить процесс обучения, попросите ваш мозг вызвать в воображении убедительную иллюзию.
Образы вместо слов
Еще один способ расшевелить правое полушарие – мыслить картинками, говорит д-р Оуэн Каски. «Людей приучают думать только словами – слышать слова у себя в голове, но не видеть картинки, – поясняет он. – Но вы гораздо эффективнее научитесь, если будете рисовать в мозгу картинки на тему, с которой имеете дело. Считайте это конструктивным воображением».
Д-р Шустер с этим согласен. «Я говорю студентам: представьте, что вы внутри книги. Почувствуйте, что все это происходит с вами. Придумайте историю на этом материале и увидьте ее. Дайте включиться правой половине вашего мозга».
Преподаватели полагают, что мысленные образы пригодны не только для обучения по книгам. Они помогают вам в обретении любого навыка.
«Если вы хотите улучшить вашу жизнь, – говорит д-р Каски, – нарисуйте в голове картинку: как вы ладите со своим мужем или женой или как вы общаетесь со своим боссом. Если вы не будете рисовать в голове картинки, многое в вашей жизни будет для вас трудноосуществимым».
Д-р Шустер называет этот подход к обучению «образом достигнутого успеха». Он объясняет, что мысленное образотворчество – мышление правого полушария – запускает действие мощных подсознательных процессов. «Подсознательные механизмы реагируют на достигнутый в воображении успех и работают над тем, чтобы превратить воображаемую цель в реальность вашей жизни».
Д-р Шустер «тренирует» учеников, заставляя их использовать образ достигнутого успеха для преодоления главного препятствия в обучении – страха трудностей и ошибок. «Тот, кто ожидает, что обучение может быть легким, будет учиться легко и наслаждаться процессом учения, – говорит он. – Я учу людей воображать, как они овладевают материалом и получают от этого удовольствие. Например, студент будет воображать себя сидящим за письменным столом с книгой и с улыбкой на лице».
Д-р Шустер убежден, что большинство людей создали себе представление, что им трудно учиться, когда были еще маленькими.
«Большинство людей приняли оценку других об их способности обучаться, – говорит он. – Когда вы были маленькими, вероятно, кто-то назвал вас глупым или тупым или кричал на вас что-то вроде «Я же тебе говорил!..» – имея в виду, что вы совершили ошибку, учась чему-нибудь. В доме и в школе способность малыша учиться часто подвергается критике и принижается, но эта критика не имеет отношения к реальной способности обучаться».
Доктор философии Карл Шлейхер, директор программы «Исследование безграничных возможностей человека» в Силвер-Спрингс, штат Мэриленд, – организации, которая предлагает курсы занятий для «развития в полном объеме лево-правополушарного обучения», утверждает, что страхи всех видов подавляют способность учиться.
«Это страх, который идет от припоминания предыдущего болезненного и трудного учебного опыта, – говорит он. – Это страх ошибки. У людей постарше это страх того, что их мозг не может запоминать так хорошо, как раньше. Но при обучении нет необходимости в напряжении и травмировании психики. Люди подвергаются промывке мозгов, чтобы принять эти ограничения. Разум безграничен в своей способности обучаться, и единственные ограничения – это те, которые были наложены на нас или которые мы сами на себя наложили».
И чтобы освободить разум от страха и тревожности, д-р Шлейхер и многие другие специалисты в области образования придают особое значение техникам релаксации.
«Умение расслабляться – самый главный элемент в совершенствовании способности к обучению, – говорит д-р Каски. – Тревожность мешает обучению. Любой вид тревожности, не только тот, что связан собственно с процессом обучения. Если вы можете избавить человека от тревожности, учеба ему наверняка будет даваться лучше».
«Йога или ТМ (Трансцендентальная медитация) очень помогают успокоить разум и сделать человека более восприимчивым к тому, чему ему следует научиться», – говорит д-р Шустер, чье утверждение подкреплено двумя исследованиями по техникам релаксации.
В первом исследовании память людей, практиковавших ТМ в среднем на протяжении двух лет, сравнивалась с людьми, которые никогда не занимались медитацией. Обе группы заучивали список слов, и неделю спустя проверялось, сколько слов они сумели запомнить. Медитирующие вспомнили почти вдвое больше слов, чем те, кто не умел медитировать.
Во втором исследовании студентам колледжа, практикующим ТМ, и студентам, не практикующим ее, предлагалось найти путь через запутанный лабиринт. Медитирующим потребовалось в среднем всего 10 попыток, чтобы обнаружить путь, тогда как другим нужны были в среднем 22 попытки. «Превосходящая способность к обучению, продемонстрированная теми, кто занимался медитацией, может быть объяснена их сниженной тревожностью», – писал ученый, проводивший это исследование («Научные исследования по программе Трансцендентальной медитации»).
Музыка, помогающая обучению
Йогой и техниками релаксации полезно заниматься до процесса обучения, но слушание музыки во время обучения также хорошо успокаивает, утверждает д-р Шустер.
«Если вы, повторяя пройденный материал, одновременно слушаете музыку барокко – музыку, темпоритм которой один удар в секунду, а таковой является значительная часть музыки Баха, Генделя и Вивальди, – это помогает держать ваш ум в расслабленном состоянии».
Д-р Каски считает, что для этого годится любая успокаивающая музыка. «Медленная, величавая музыка создает удивительный фон для обучения, – говорит он. – Мы используем как классическую музыку, так и легкую, которую вы можете слышать на радио FM».
Однако легкая музыка – еще ее называют «музыкой супермаркетов» – подходит не для всех. Доктор философии Стивен Хэлперн, автор книг «Настройка человеческого инструмента» и «Звуки здоровья», находит, что она больше раздражает, нежели расслабляет. Но, признает он, музыкальный вкус – это дело личное, вот почему так важно подобрать музыку, которая помогает именно вам.
Д-р Хэлперн, общепризнанный новатор в музыкальной композиции, создал новый стиль релаксационной музыки, который он назвал «Альтернатива агрессивности». Тщательно аранжированная и оркестрованная, эта музыка преднамеренно лишена ведущей мелодии, гармонии и ритма западной музыки; это, говорит д-р Хэлперн, «позволяет телу найти его собственную модальность, которая активирует оба полушария головного мозга».
Очевидно, что это действительно работает. Согласно исследованиям, люди получают более благотворный отклик и достигают более глубоких степеней релаксации, слушая «антиагрессивные» записи д-ра Хэлперна, чем слушая какую-либо другую музыку, в том числе классическую или легкую.
Эта музыка также отчетливо повышает потенциал обучения. Школьники достигают в среднем более высоких показателей успеваемости, когда записи д-ра Хэлперна «Спектральная сюита» или «Зона комфорта» звучат в классе в качестве фоновой музыки.
«Музыка приводит ваш ум в уравновешенное состояние, так что вы гораздо легче способны усваивать, хранить в памяти и вспоминать информацию, – поясняет д-р Хэлперн. – Она также повышает вашу креативность. Например, когда я работал над своей книгой, то заметил, что бывали дни, когда я просто не мог приступить к работе. Я чувствовал, что не могу писать, вообще не чувствовал себя творческим человеком. Тогда я стал слушать записи вроде «Зона комфорта» и обнаружил, что могу писать гораздо лучше».
Развив этот эффект лишь на один шаг дальше, д-р Хэлперн выпустил аудиозапись, разработанную специально для того, чтобы достучаться до тех частей мозга, которые вовлечены в обучение. Озаглавленная «Радость учения», она сочетает «антиагрессивную» музыку – ту ее часть, которая написана в темпе музыки барокко, – с тем, что д-р Хэлперн называет «аудио– активными аффирмациями». Эти аффирмации, куда входят такие утверждения, как «Вы можете вспомнить все, что вы когда-либо учили», «Учеба вам дается легко, она приносит вам радость» и «Музыка помогает легче понять все, что вы читаете», вплетены в музыкальную ткань таким образом, что они почти неслышимы для осознанного слуха.
Не можете выпрямить мысли? Выпрямите спину!

Бывает так, что вы не можете связать ни единой мысли? Проверьте, не создает ли ваша осанка помехи для снабжения кровью вашего мозга, говорит доктор медицины Э. Фриц Шмерль, преподаватель геронтологии в колледже Шабо, Хэйуорд, Калифорния.
«Мозгу нужно в 30 раз больше крови, чем другим органам, – говорит д-р Шмерль. – Но если вы позволяете верхней части вашего тела искривиться – если у вас будут сгорбленные плечи, поникшая голова, выставленный вперед подбородок, – то можете создать перегибы в позвоночнике, которые передавят две артерии, идущие вдоль позвоночного столба к головному мозгу, а это становится причиной недостаточного кровоснабжения». Каков результат? «Потеря ясности мышления и забывчивость, особенно с возрастом», – говорит д-р Шмерль.
Сгорбленная поза способна вызвать симптомы нарушения мозгового кровообращения, похожие на кратковременные ишемические приступы, то есть мгновенное потемнение в глазах. Хуже того, нарушения кровотока в сдавленной артерии могут послужить причиной частичной их закупорки жировыми отложениями, говорит д-р Шмерль.
«Важно с самого начала научиться правильно держать голову, пока вы еще молоды, – говорит д-р Шмерль. – Неправильная осанка – это привычка, которую тяжело переломить, когда вы станете старше. Будьте настороже, чтобы предотвратить этот процесс, держитесь прямо, слегка подняв голову, и не выпячивайте подбородок».
Телевизор и чипсы
Доктор философии Джейн Банкрофт, адъюнкт– профессор французского языка в филиале Университета Торонто в Скарборо, была одной из первых, кто проводил исследования взаимосвязи музыки и обучения.
«Я впервые стала интересоваться методами улучшения памяти и концентрации, когда осознала, что год за годом способности моих студентов к французскому языку становятся все хуже. После тщательного исследования я отнесла эту тенденцию за счет двух основных факторов: влияния телевидения, которое приучает внимание к пассивности и вялости, и возрастанию в пище доли суррогатных продуктов и добавок.
Правильное питание – одна из основ хорошей памяти. Если вы не питаетесь как должно, вы не снабжаете питанием мозг. Моя коллега поехала в США и остановилась в типичной гостинице, где питалась преимущественно в тамошнем ресторане. Через несколько дней она заметила, что ее разум функционирует хуже, чем обычно. Я думаю, это потому, что пища в таких ресторанах часто неправильно обработана и перенасыщена добавками».
Но, говорит д-р Банкрофт, мозг питается не только едой. «Если человек сидит в скрюченной позе, в комнате без окон и без притока свежего воздуха, ему не удастся ни сосредоточиться, ни запомнить что-то как следует, поскольку его мозг не получает достаточно кислорода. Глубокое ритмическое дыхание во время занятий очень полезно для поддержания бодрствующего и спокойного состояния ума».
И если вы используете один или несколько из этих методов обучения – создание мысленных образов, релаксацию, успокаивающую музыку, хорошее питание и глубокое дыхание, – вы можете заметить, что не только ваша способность к обучению улучшилась, но также повысилась и жизнеспособность.
«Люди лучше умеют принимать жизненные перемены и учиться новому, когда они больше используют свой мозг», – говорит Барбара Макнейл, преподаватель веллнесс, которая практикует в районе залива Сан-Франциско.
«Жизнь – это учеба, – сказала она нам, – и вы не можете разделить их. Здоровый и счастливый человек – это тот, кто знает, как учиться у жизни».
Стратегии запоминания

Если вы с трудом вспоминаете, куда в последний раз положили свои часы, ключи или что угодно еще, попытайтесь связать это с картинками, жестами или физическим переживанием. Предположим, к примеру, что вы потеряли выигравший на скачках билет. Восстановите ощущение билета в руке: я держал его (вы делаете сжимающее движение), а ты попросила у меня ручку, чтобы подписать открытку, которую мы посылали тете Лил (вы похлопываете себя по карману и осознаете), и вот куда я его сунул.
Если вы хотите прежде всего избежать травмирующего ощущения забывания, заведите привычку увязывать мысленный образ, который хотите закрепить в памяти, с чем-то более конкретным. Скажем, если вы кладете важный документ в нижний ящик стола, осознайте ощущения в мышцах спины, когда нагибаетесь. Думая о документе, взгляните на ящик и на мгновение дотроньтесь до него, чтобы зафиксировать это в уме.
Если вы должны устроить презентацию, поступите, как обычно делали древние греки, когда произносили безупречные трехчасовые речи, и свяжите ваше выступление с вашим собственным домом. Представьте, что вступительные параграфы – это парадная дверь и вестибюль, основные темы – это кухня, столовая, спальня, ванная, в том естественном порядке, как вы через них проходите. Закончите, связав ваше заключение с задним крыльцом.
Если вы должны запомнить число, сперва внимательно на него поглядите. Может быть достаточно «увидеть» его в цвете – оранжево-розовым или зеленовато-голубым. Если нет, отчетливо представьте это число в каком-нибудь необычном месте: золотом выведено на колонне; выложено белыми камнями на склоне холма.
Если вы хотите запечатлеть в памяти важную информацию, которую только что прочитали, мысленно представьте страницу. Вспомните, как часто вы запоминали, что «это было внизу страницы, которая слева» или «это было ближе к концу книги». Ваш ум предпочитает представлять в виде картинки – так помогите ему и, вспоминая необходимые факты, думайте о том, как они расположены на странице.
Если вам нужно пробежаться по множеству поручений, но, пока вы гнали велосипед к центру города, вы сообразили, что забыли список заданий, не отчаивайтесь. Во-первых, за ними легче уследить, если вы знаете, сколько их. Допустим, их шесть: отдать ваши часы в чистку; посмотреть в почтовом отделении почтовый индекс; смотаться в библиотеку; встретиться в кафе с другом; выбрать мясо к обеду и купить цветочный горшок в восемь дюймов для папоротника на кухне. Невелики шансы, что вы запомните такую кучу разношерстной информации, поэтому постарайтесь увязать информацию, которую можно забыть, с чем-то, что уж никак не забудете: с алфавитом. Благодаря небольшой словесной подстановке вы сможете запомнить почтовый индекс как «адрес», а оттуда направиться в «библиотеку». Ваши часы смогут вклиниться в ваше сознание как «время», горшок – он и есть «горшок», встречу с другом отметьте словом «друг», а мясо будет зашифровано в слове «еда». Итак: Адрес, Библиотека, Время, Горшок, Друг, Еда.
АБВГДЕ – вот и все, а чтобы, увлекшись повторением в памяти поручений, вы не замедлили ход и действительно успели все выполнить, требуется еще запомнить букву Ж, то есть – «Жми на педали».
Думайте, что можете

Говорить себе, что вы попросту от рождения не слишком сообразительны, что вы никогда не сможете ничего запомнить или что вы слишком стары, чтобы учиться, – хороший способ минимизировать ваш истинный интеллектуальный потенциал, считают доктор философии Дэвид Льюис и Джеймс Грин, авторы книги «Думать лучше». Такие негативные мысли «заключают ваш разум в тюрьму». Они не дают вам добиваться знания и учиться лучшим способам запоминания. Они способны загнать вас с возрастом в психологический тупик.
Иметь хорошее мнение о собственной способности к обучению важно для нормального функционирования интеллекта, и это одна из первых задач, над решением которой работают в программе «Исследование безграничных возможностей человека», Силвер-Спринг, Мэриленд. Это «суперобучающий» центр, который превращает школьных неудачников в одаренных учеников, а слепых людей в программистов.
«Мы говорим людям, которые считают себя неспособными к учебе, что у них на самом деле куда больше мозгов, чем они думают, и что они могут научиться использовать свои мозги лучше, чем вообще когда-либо представляли», – говорит руководитель программы доктор философии Карл Шлейхер.
В его программу обучения включено множество разнообразных методик – слушание медлительной музыки барокко, визуализация своего личного, тихого и уединенного местечка для размышления и глубокое дыхание, чтобы создать атмосферу расслабленного восприятия. Затем учащийся получает внушение – что он будет лучше справляться, что он может учиться. Он начинает представлять себя как человека, добивающегося успеха, и в реальной жизни его успехи вызывают одобрение. Он может также использовать творческое воображение, чтобы укрепить неустойчивое представление о самом себе. Неуверенный в себе ученый может вообразить себя в роли успешного профессионала в своей области – Альберта Эйнштейна, скажем, или, если он предпочитает выглядеть более опрятно, Роберта Оппенгеймера.
«Ограничения в обучении – результат самовнушения», – говорит д-р Шлейхер. Поддерживайте свои мыслительные способности в форме, и дотянетесь до небес.

 

 

 

 



Глава 26
Упрощаем решение проблем: три новые методики для ума и тела
Попытайтесь оторвать шесть футов плинтуса от стены одними пальцами, и вы поймете, для чего изобрели лом. Попытайтесь вывести груженый фургон с заставленной машинами парковки, и вы оцените гидроусилитель рулевого управления. Попытайтесь привлечь чье-либо внимание в комнате, где полно народу, и вы узнаете по крайней мере одну причину того, зачем понадобилось придумывать улыбку. Подобные рычаги в том или ином виде используются людьми ежедневно, в почти любом представимом роде задач. Кроме одного. Мышления.
Понятное дело, мы живем в век компьютеров, но мы же не говорим о простом вычислении; мы говорим о настоящем, чистой воды 100-процентно натуральном мышлении. О той самой штуке, которой вам приходится порядочно заниматься, когда ваша работа начинает доводить вас до бешенства, когда ваши взаимоотношения превращаются во взаимонеотношения, когда вы не можете управиться с собственными детьми или улучить минутку для отдыха, когда вы в тупике и у вас нет идей. Когда то, что вам необходимо, – это мозговой штурм, а все, что у вас есть, – это каша в голове.
В этой ситуации мы все побывали прежде и будем еще не раз. Пока продолжается жизнь, всегда будут случаться такие пробуксовки. Но, применив нижеследующие методы для творческого решения проблем, вы сможете быстро разобраться с ними и вновь сдвинуть вашу жизнь с места. На самом деле все, что они делают, – это подбрасывают немного гравия под ваши крутящиеся колеса.
Творческое фантазирование
Большинство из нас выросли с верой, что мечтания – прекрасный способ впустую потратить время. «Не сиди без дела, займись чем-нибудь!» – приказывали наши родители, которые верили, что бездельничанье – это что-то вроде греха перед обществом.
«Как же мы ошибались», – говорит доктор философии Джером Л. Сингер, профессор психологии Йельского университета. И он знает, о чем говорит. Он посвятил большую часть своей карьеры исследованию фантазий и их наиболее недооцененных достоинств.
«Во всех наших исследованиях мы обнаруживали, что мечтания не только делают жизнь богаче, но могут помочь находить креативные решения, а также укрепляют физическое и эмоциональное здоровье, – рассказывает д-р Сингер. – Ваша воображаемая жизнь – ваше направленное фантазирование – может дать вам огромную власть для решения проблем, причиняющих вам наибольшее беспокойство».
Доктор философии Эрик Клингер, психолог из Миннесотского университета в Моррисе и Миннеаполисе, соглашается с этим: «Людей обременяет множество текущих забот». Возможно, они хотят попросить босса о повышении или беспокоятся насчет приезда родни со стороны мужа или жены, намеченного на следующий месяц. Как правило, они пользуются аналитическим подходом к решению проблемы, то есть систематически взвешивают все «за» и «против».

Фантазия становится реальностью
К несчастью, этот подход часто приводит к выделению двух равно спорных сторон вопроса, но не предлагает единственно верного решения. Но если вы отрепетируете в уме всевозможные наилучшие и наихудшие последствия разных решений, стараясь соблюсти как можно больше деталей реальности, тогда вы лучше будете готовы справиться с настоящей ситуацией. Ошибки минимизируются. И можно будет отделить реалистические ожидания от неоправданно оптимистических или без нужды пессимистических.
Чтобы разъяснить этот процесс, д-р Сингер предлагает следующий сценарий:
«Предположим, что перед вами стоит вопрос: менять работу или нет. Старый друг поманил вас возможностью получить увлекательную и многообещающую работу. Предложение слишком заманчиво, чтобы его отвергнуть, но вечером, когда вы как следует поразмыслили, вам стало ясно, что здесь слишком много неопределенностей. Фирма только что открылась – завтра она может закрыться. Вы не знаете тамошнего босса – он может оказаться настоящим чудовищем. Обязанности на этой должности совершенно другие, чем на вашей текущей работе – вдруг вы с ними не справитесь. То, что поначалу выглядит как жизненная удача, может превратиться в несчастье на всю жизнь. С другой стороны, ваша текущая работа больше не интересует и не удовлетворяет вас и вы втайне помышляете избавиться от нее в любом случае. Но платят здесь неплохо, и, видит небо, это надежное место.
Так-то вот. Вы выступили в суде свидетелем для обеих сторон. Но за это время ваш разум заполонили страхи и тревоги, вы напряглись, разозлились, а решения как не было, так и нет.
Теперь давайте применим силу нашего воображения. Закройте глаза и представьте худшее из возможных развитие событий. День первый: представьте, как вы появляетесь в офисе. На вашем столе уже высятся бумажные завалы. Ваш босс занят, раздражен, нетерпеливо отмахивается от ваших вопросов и не способен внятно обозначить круг ваших обязанностей. Ваша секретарша вас откровенно ненавидит. Вы возвращаетесь за свой стол, но, будучи не в состоянии хоть за что-то приняться, бесцельно перебираете листки; и вот рабочее время кончилось, а ничего так и не сделано. День второй: вы приходите в офис и обнаруживаете на своем столе уведомление об увольнении.
После того как вы мысленно отрепетировали эту тягостную сцену (и любую другую, какую только в состоянии придумать), спросите себя: действительно ли все эти ужасы вам угрожают? Насколько они реалистичны?»

Преимущества трехмерности
«Часто, воображая наши наихудшие страхи, осознанно позволяя себе мысленно представить их в живых, ярких подробностях, мы можем увидеть их в соответствующем контексте. И таким образом мы можем значительно понизить нашу тревожность.
Вы можете нафантазировать и еще больше отрицательных сторон. Представьте себя на вашей сегодняшней работе по прошествии десяти лет. Если она сейчас требует напряжения и не дает удовлетворения, то как она будет ощущаться тогда? Что хуже: ваш страх незащищенности на вашей новой работе или недостаток энтузиазма на старой?
Теперь позвольте вашим мечтаниям увести вас в положительную сторону. Представьте лучшее из возможных впечатление от новой работы: сфера деятельности, которая даже более увлекательна, чем расписывал ваш друг; великолепный босс – творческий человек, который немедленно принял вас под свое крыло; коллеги, которые вас ценят и восхищаются вашим трудом.
Вы можете также попробовать применить этот подход к вашей сегодняшней работе. Представьте, что появилась некая непредвиденная возможность и немедленно вознесла вас на головокружительно высокую ступень в вашей старой фирме.
Какой из этих сценариев делает вас счастливее?
Разумеется, все эти позитивные и негативные фантазии крайне нереалистичны. Так что теперь проиграйте новый сценарий, который интегрирует наиболее реалистичные элементы из предыдущих фантазий. Скомбинируйте ваши страхи и опасения с вашими надеждами и ожиданиями. Если вы с этим справитесь, то почувствуете себя свободнее и с меньшей тревогой будете принимать окончательное решение».
«Фантазирование, – добавляет доктор педагогических наук Джеймс Морган, психолог-консультант Флоридского университета, – позволяет отрепетировать поведение, чтобы потом повторить его в реальности. Я уже много лет использую это в группах консультаций в качестве раскрывающей методики. Это позволяет людям войти в контакт с собой и заняться своими будущими планами и целями».
Предположим, к примеру, что вы пытаетсь сбросить вес. Представьте, как вы бы выглядели, если бы похудели! Мысленно нарисуйте свой новый гардероб и все восхищенные взгляды и комплименты друзей и родных. Теперь представьте, как бы комфортно вы себя чувствовали. Больше нет никаких нависающих складок, выпуклостей, нет больше поясов и корсажей, врезающихся глубоко и болезненно в ваш живот. Попробуйте составить позитивный образ, полностью разработанный и готовый к использованию, перед тем, как потянетесь за пирожком или мороженым. Это поможет вам противостоять подобным соблазнам.

Полуфабрикат действия
По мнению д-ра Джерома Сингера, витающие в нашем сознании иррациональные страхи, как правило, затрудняют путь к нашим целям, мешая предпринять необходимые действия, чтобы двигаться вперед. Чтобы устранить это препятствие, он рекомендует вариации на тему методики творческого фантазирования, описанной выше. Он называет это «замещающим моделированием».
«Предположим, вы боитесь пользоваться телефоном, – говорит д-р Сингер. – Поразительно, как много людей, в других отношениях вполне здравомыслящих, вдруг чувствуют сильное напряжение, если им нужно позвонить доктору, или поговорить по телефону с потенциальным работодателем о возможно – сти приема на работу, или даже связаться со старым другом.
Если есть кто-то, кем вы восхищаетесь, – человек, который отличается самообладанием или легко справляется с телефонными переговорами, – представьте, что этому человеку надо сделать несколько звонков… Вообразите, как он идет к телефону, поднимает трубку, набирает номер, а затем спокойно и уверенно говорит: «Алло. Это доктор Смит? Говорит мистер Симмонс. Меня беспокоит сильный кашель…»
Когда вы прокрутите эту последовательность несколько раз, – продолжает д-р Сингер, – в каждой такой ситуации начинайте представлять на его месте себя. Может быть, даже полезно проговаривать разговор вслух наедине с собой. Хорошая идея – иметь заранее подготовленную речь; некоторых ставит в тупик необходимость произнести даже такие стандартные фразы, как «Алло», «Привет», «Кто говорит?». Поначалу, сверяясь с подготовленным сценарием ваших телефонных звонков, вы можете чувствовать, что притворяетесь, но вскоре разговор станет совершенно естественным, и вы ощутите, что телефон ваш друг, а не враг».
Эрп – эффективное решение проблем
Лиз Форрест, энергичная 36-летняя владелица «Инновэйшенс Лабс Инк.» в Стэмфорде, штат Коннектикут, проводит большую часть своего времени, распространяя идеи «Лаборатории идей» по крупным компаниям, от «Фортуна 500» до филантропических организаций. Но те же методики, которые должны помогать компаниям создавать новую продукцию, разрабатывать новые маркетинговые стратегии и новые идеи для развития, могут оказаться по крайней мере столь же полезны лично вам. Форрест называет это просто: ЭРП (что означает эффективное решение проблем).

Чего вы хотите?
Бренда, 29 лет, была младшим менеджером по продажам, работала в офисе маленькой текстильной компании. Ей нравилась ее работа, но беспокоило будущее. Шансы на продвижение в должность старшего менеджера казались слабыми. Фактически, компания, на которую она работала, не преуспевала. Дело осложнялось еще тем, что Бренда очень сильно хотела участвовать в дизайнерской стороне производства, но не имела достаточной квалификации, чтобы стать дизайнером. Она подумывала о переходе в другую компанию, но это, вероятно, повлекло бы за собой переезд из штата, и она отказалась от этой мысли из-за работы мужа. Она даже думала было уволиться и самостоятельно попытать счастья, но также отвергла этот вариант, поскольку без ее постоянного заработка семья не осилила бы выплаты по ипотечному кредиту.
«Я не сомневаюсь, что это похоже на мыльную оперу», – смеялась Бренда, когда встретилась с Лиз Форрест. Что как раз является частью проблемы, объяснила Форрест. «Большинство проблем поначалу представляют собой один большой запутанный клубок. Первый шаг – это разложить происходящее по полочками и максимально просто сформулировать главную проблему. Ключ к пониманию того, в чем заключается ваша настоящая проблема, – определить, чего вы больше всего хотите в этой ситуации, и отделить все, что мешает вам достигнуть этой цели». И эта работа начинается со слов «Я ХОЧУ».
Напишите эти слова на листе бумаги и закончите предложение в точности тем, чего вы хотите. Бренде пришлось остановиться и немного подумать. Каков истинный результат, на который она надеялась? Через несколько минут она написала: «Я хочу выдвинуться, приняв участие в дизайнерской стороне производства одежды».
Затем Форрест дала Бренде указание, чтобы та написала вторую фразу с таким началом: «НО Я». Здесь вы должны отчетливо сформулировать одно главное препятствие, которое удерживает вас от достижения цели, выраженной в утверждении «Я ХОЧУ». Не перечисляйте каждый досадный камушек, попавшийся вам под ноги, укажите только один большой валун.
Бренда написала: «НО Я в настоящее время занимаюсь сбытом, что никак не приближает меня к дизайну».
Утверждение «НО Я» должно касаться именно вас (в данном конкретном случае Бренды). Не пишите: «Но Гарри не позволяет мне», поскольку вы не управляете поступками Гарри. Все, что вы можете контролировать, – это ваши действия. Отсюда начинается самое интересное в ЭРП.
Возьмите карандаш и зачеркните фразу «НО Я». Поверх надпишите «И Я».
Зачем это нужно? Потому что, поясняет Лиз, чтобы продвинуться дальше, вы должны временно отключить часть вашего мозга, отвечающую за «но». Часть, которая беспрестанно анализирует и критикует, душит новые идеи в колыбели. Таким образом, перед вами встанет не столько проблема, сколько что-то вроде парадокса, странная ситуация. В случае Бренды это выглядит так: «Я ХОЧУ выдвинуться, приняв участие в дизайнерской стороне производства одежды… и я в настоящее время занимаюсь продажами, что никак не приближает меня к дизайну».
Заметьте, как по-другому звучит утверждение, когда из него исчезло это ужасное давящее «НО» – даже несмотря на то, что во второй формулировке оно столь же истинно, как и в первой.

Попробуйте мысленно осуществить желаемое
Теперь пора потерять рассудок – практически в буквальном смысле. Следующий шаг в методике Форрест называется попросту «хотения». Еще раз взгляните на формулировку вашей проблемы. Затем начните записывать абсолютно безумные, абсурдные, невозможные решения в форме желаний. Не подвергайте себя цензуре. Что только всплывет в вашем мозгу, то и записывайте. «Играйте, – советует Форрест. – Наделите себя волшебной властью. Дайте волю фантазии и свободным ассоциациям. Пусть желания изливаются свободно».
Записывайте «хотения» столько, сколько пожелаете, но убедитесь, что их появилось не менее пяти. Если же повезет, у вас должно получиться от 10 до 15 сумасшедших желаний.
Вот то, что записала Бренда:

1. «Я хочу, чтобы я могла загипнотизировать Кэлвина Клайна, чтобы он дал мне работу».
2. «Я хочу, чтобы я могла клонировать себя, послать одну меня на мою работу, а другую в школу дизайна Парсонса в Нью-Йорке».
3. «Я хочу, чтобы мой муж получил новую работу в городе, где есть 500 текстильных фабрик».
4. «Я хочу, чтобы мой муж выиграл в лотерею и купил мне собственное предприятие».
5. «Я хочу, чтобы все, кого бы я ни встретила, думали, что я гений».
«Наделите себя волшебной силой», – подсказала ей Форрест.
6. «Я хочу, чтобы в обеденный перерыв я могла облететь весь мир, скупить все самые лучшие ткани и одежду и продавать их в моем гараже по субботним вечерам».

«Думайте в большом масштабе», – предложила Форрест. В очень большом масштабе.
7. «Я хочу, чтобы мои глаза могли видеть все в мире, а мои руки были такими длинными, чтобы я могла дотянуться до чего угодно и первой схватить восхитительные новые модели, чтобы их продать».

Превосходно! А теперь думайте в маленьком масштабе. Я имею в виду – в очень маленьком.
8. «Я хочу, чтобы у меня на чердаке работали 20 000 маленьких дизайнеров и ткачей и я могла выбрать что захочу, увеличить это и продать».
На этом месте Бренда почувствовала, что она уже вот-вот попадет в цель, но, бросив взгляд на список своих желаний, она нафантазировала еще два желания по спонтанной ассоциации с первыми восемью.
9. «Я хочу, чтобы в обеденный перерыв я смогла слетать в Нью-Йорк и получить заказы на пошив одежды, которую делают эльфы у меня на чердаке».
10. «Я хочу, чтобы моя ближайшая соседка была фантастическим дизайнером и в обеденный перерыв я могла бы получать для нее заказы в Нью-Йорке».

И что теперь делать со всеми этими безумными желаниями, спросите вы?
Для начала перечитайте их, подсказывает Форрест. Пусть каждое на мгновение прозвучит в вашем мозгу. Прислушайтесь, как откликается оно у вас внутри. Затем выберите то, которое приглянулось вам больше всего, не важно, насколько сумасбродным оно может показаться.
Бренда выбрала свое последнее желание: «Я хочу, чтобы моя ближайшая соседка была фантастическим дизайнером и я в обеденный перерыв могла бы получать для нее заказы в Нью-Йорке». Именно к нему возникло что-то вроде теплого чувства, и, хотя оно было чистой выдумкой, звучало это так, будто ей бы действительно понравилась такая работа.
«Как только вы выбрали ваше любимое желание, – говорит Форрест, – спросите себя: «Какова реальная основа этого желания и в каком виде я могу воплотить его в жизнь?»
Через одно-два мгновения Бренда решила, что суть ее желания состояла в том, что она не хочет сама быть дизайнером и разрабатывать модели одежды. Она могла бы использовать свои способности к продаже, работая в тесном контакте с дизайнером.

Сделайте так, чтобы ваши мечты сбылись
Но как? Вот она, истинная кульминация методики ЭРП, трансформирующей желания в идеи. «Идея, – поясняет Форрест, – это всего лишь более практический способ делать то, что подразумевается под желанием». И вновь нам понадобится вспомогательная фраза. В данном случае это – «КАК НАСЧЕТ?».
Вернемся к ручке и бумаге. Вот что написала Бренда:

1. «Как насчет того, чтобы объединиться с первоклассным дизайнером и представлять ее работы в производство».
2. «Как насчет того, чтобы рекламировать дизайнеров, которые хотят заявить о себе, и попросить моего босса, чтобы он разрешил мне работать допоздна четыре вечера в неделю, чтобы я могла на пятый день поехать в Нью-Йорк».
3. «Как насчет того, чтобы искать новых дизайнеров и попросить моего босса, чтобы он позволил нашим профессиональным продавцам пустить в продажу их работы».
Следующий шаг продолжает приближать нас к реальности. «На этапе оценивания идеи, – поясняет Форрест, – вы изучаете возможности действий, которые вы записали, и выбираете наиболее приемлемое. Перечислите сильные стороны или преимущества этой идеи. Любая возможность, в которой есть по крайней мере три сильных стороны, означает, что вы, вероятно, нашли новое жизнеспособное направление, что-то, чего стоит добиваться».
Бренде больше всего понравилась ее вторая идея, но она ее несколько модифицировала, то есть попросила бы своего босса позволить ей работать только четыре дня в неделю, с соответствующим сокращением зарплаты. В качестве дополнительного стимула она сказала бы ему, что будет заключать эксклюзивные контракты на производство для своей компании, какие бы заказы она ни получила.

Поиск новых направлений
Бренда быстро обнаружила четыре сильные черты своего подхода: он позволяет ей включиться в отбор моделей, не создавая их самой (для чего она чувствовала себя недостаточно квалифицированной); Нью– Йорк был всего лишь в двух часах езды от ее дома в Новой Англии; ее босс – поскольку дела компании шли не слишком хорошо – вероятно, приветствовал бы возможность слегка подсократить свою платежную ведомость, в то же время предвидя перспективу нового бизнеса; и наконец, она смогла бы заработать больше денег, не подвергая опасности свою теперешнюю работу.
А что насчет отрицательных сторон? Какая-нибудь серьезная преграда осталась на пути, который вы нанесли на карту? Бренда смогла увидеть только две: может оказаться трудно найти хороших дизайнеров (но, безусловно, не невозможно), и ее босс может заупрямиться. Ни одно из возможных препятствий не казалось непреодолимым.
Итак. Вы, подобно Бренде, уже готовы составить собственный план действий. В него входит стратегия преодоления того, что Лиз Форрест называет «проблемными сторонами идеи».
План Бренды сложился быстро. Сперва она обговорит идею со своим мужем и добьется его поддержки. Затем она прозондирует идею со своим боссом. Если он окажется сговорчивым, она попросит ввести план в действие, но только тогда, когда и если она сумеет подобрать нескольких хороших дизайнеров и впечатляющие образцы.
Что произойдет дальше, зависит исключительно от Бренды (или вас) и судьбы. ЭРП не гарантирует успешного завершения истории – только новые направления, новые возможности. И в конечном счете, новые проблемы. «Каждое действие, которое вы осуществляете, может создать новую ситуацию, которая может, в свою очередь, привести вас к тому, что вы захотите чего-нибудь нового, – говорит Форрест. – Этот процесс бесконечен».
Несмотря на всю мощь ЭРП, оно имеет скрытую силу сопротивления, которая состоит не столько в том, что оно делает, как в том, чего не делает. Оно не предлагает решение всех ваших проблем сразу. Только одну проблему за один раз.
Во-вторых, это должна быть проблема, решение которой зависит лично от вас. Вы ничего не сможете сделать, скажем, для снижения процентных ставок по закладной. Все, что вы сможете сделать, – и все, в чем ЭРП сможет вам помочь, – это найти идеи для альтернативного источника финансов, выбора жилья, способов повысить ваш доход и прочего в таком роде.
Наконец, не предполагается, что возможность действия, которое ЭРП помогает вам сформулировать, – это лучшее из возможных решений вашей проблемы. Это всего лишь способ подвигнуть вас в том направлении, куда вы хотите двигаться.
Морин, 33 года, не обращалась к Лиз Форрест как к профессионалу. Они пересеклись неофициально, и Форрест познакомила ее с ЭРП. Морин решила применить эту технику для решения личной проблемы. Этой проблемой, полагала она, был ее бойфренд. «Нет, – сказала Форрест. – Проблема – это вы сами: как именно вы собираетесь управляться с поведением вашего бойфренда». – «Ах так», – сказала Морин и написала: «Я хочу построить хорошие и прочные отношения с моим другом, и я очень беспокоюсь из-за его неуравновешенности и проблем с выпивкой, настолько беспокоюсь, что уже думаю о том, чтобы разорвать отношения».
Напридумывав множество желаний, Морин выбрала в качестве наиболее привлекательного следующее: «Я хочу, чтобы я стала великим психологом и могла консультировать моего бойфренда каждый день и убедить его справиться с его саморазрушительными привычками».
В основе этого желания, решила она, лежало то, что ее друг нуждался в психологической помощи и что она должна как-то побудить его обратиться за ней.
На этапе «Как насчет?» Морин выдвинула идею, для которой требовалась некоторая дальнейшая работа. Ей стоит, решила она, назвать своему другу имена двух хороших психотерапевтов, которых она знала, и сказать ему, что если он не встретится с одним из них, то их отношения, по ее мнению, продолжать не следует.
Морин увидела довольно пугающий «негатив» этого подхода: а что, если ее бойфренд наотрез откажется? В этом случае она бы узнала, что их отношения не важны для ее бойфренда, и тогда, разумеется, они не стоят того, чтобы за них бороться.
Чем обернулся этот план, мы не знаем… но может быть, он не осуществился? Может быть, Морин пошла на попятный?
«Ничего страшного, – заверяет Форрест. – Она может вернуться к написанному плану и дописать: «Я хочу поставить моему бойфренду ультиматум… и я боюсь последствий этого». Затем она сможет проработать новый подход, который не будет выглядеть как внушающий страх ультиматум, но больше будет похож на решительное предложение, оставляющее для нее дорогу к отступлению. И даже это может не сработать, но, вероятно, это лучше, чем просто продолжать горевать, чувствуя, что вы, возможно, без толку растрачиваете вашу жизнь и ничего не предпринимаете».
Фокусировка
А если силы разума недостаточно для того, чтобы наставить вас на путь истинный, возможно, вы захотите подключить ваше тело – нет, не для того, чтобы нагрузить его тяжелым физическим трудом, но чтобы пройти глубже, на уровень ощущений – при помощи метода, называемого «Фокусировка». Для начала давайте посмотрим, как он работает.

Ощущение проблемы
День у Фреда не задался с самого начала. Боссу не понравился его план реорганизации отдела продаж, и они поспорили. Эмоциональный осадок осел в животе Фреда, да там и остался.
Ком в желудке все еще лежал, когда он вел машину домой с работы. Он попытался сделать себе выговор. Он припомнил все аргументы спора, слово за словом, думая обо всем, что должен был сказать. Он пытался сделать вид, что проблемы нет. Он пытался анализировать ее. Ничего не помогало. Он решил остановиться у бара и пропустить пару глотков, но алкоголь лишь притупил его боль.
Позже, когда выпитое перестало действовать, он решил попробовать фокусировку, психологический метод самопомощи, которому несколько недель назад его научил психолог. Вот отчет Фреда о том, что дальше произошло:

«Я замкнулся изнутри, отключил все нотации в свой адрес, рассуждения и прочие помехи, которые заполняли мой череп. Я дал моему вниманию отойти не только от спора, но и от всех моих беспокойств касательно моей работы и будущего и что я собирался сделать со своей жизнью.
Я спросил себя: где мне сейчас хуже? Где болит больше всего? Каковы особенности этого ощущения?
Ответ пришел сразу: это было чувство, будто что– то не на месте, чувство, подобное тому, которое вы можете ощутить, видя картину, висящую косо на стене, или книгу, поставленную вверх ногами на книжную полку, – чувство, как будто что-то неправильно.
Я подождал, когда придут слова, чтобы описать это чувство, и получил «неуместно» и «не то». Это было близко, но не совсем точно. Затем я получил вот что: «не для этого». Это было именно то слово. Тугой узел в моем желудке стал расслабляться.
Я понял, почему я был так расстроен, что мой план отвергли: я надеялся, что это будет нечто вроде магического решения, которое каким-то образом приведет в порядок всю мою жизнь. Я так погрузился в это, что не мог не поступить глупо».

Как бы то ни было, Фред не решил свою проблему, но он получил некоторое реальное представление о том, что происходило внутри, и в значительной степени освободился от напряжения, которое испытывал. Понимание привело к новому уровню свободы, с которой он размышлял о своей работе.

«То, что делает клиент»
Фокусировка предоставляет возможность войти в более тесный контакт со своим внутренним состоянием, способ, чтобы освободиться от шаблонов и привычек, которые препятствуют нам в полной мере ощутить, кто мы такие и чего хотим, способ высвободить в полном объеме нашу творческую энергию. Фокусировка – это инструмент, который мы можем использовать для достижения многих целей психотерапии, не прибегая к профессиональному наблюдению.
Метод фокусировки имеет своим источником работы психолога Юджина Гендлина (доктор философии, профессор психологии Чикагского университета и автор книги «Фокусировка»). Д-р Гендлин начал с рассмотрения различий между пациентами, которые хорошо поддаются терапии, и теми, которые поддаются плохо. Он намеревался выяснить, какие терапевтические приемы действуют лучше всего; но то, что он выяснил, оказалось действительно неожиданным.
Он ожидал, что успех или провал будет зависеть от методов, применяемых психотерапевтом. Он обнаружил прямо противоположное: успех терапии зависел от действий самого клиента. Успешные клиенты проявляли особый подход к своим проблемам уже на самом первом сеансе терапии: они говорили о том, что происходило, как о физических ощущениях.
Успешные клиенты научились вникать в проблему, не спешили наклеивать ярлык или анализировать, но давали себе осознать ее как совокупность чувства– ощущения, уникальный телесный опыт. Д-р Гендлин назвал это умение фокусировкой. Он сделал вывод, что самое важное, что врач может сделать, – это поощрить клиента пройти через процесс фокусировки. Открыв и описав этот процесс, д-р Гендлин разработал метод обучения людей, как его применять.

Думать о человеке
Вот упражнение, которое позволит вам представить, на что похоже это заключенное в теле чувство– ощущение: во-первых, выберите двух людей, которые много значат в вашей жизни. Назовите себе имя первого человека, и пусть ваше тело «почувствует все» про этого человека. Закройте глаза и позвольте появиться «чувству-ощущению» этого человека. Теперь проделайте то же со вторым человеком. Если только вы не выбрали двух практически идентичных людей, вы заметите, что «ощущаемое чувство» первого совершенно отличается от второго.
Это ощущаемое чувство больше, чем просто набор информации или воспоминаний. Оно не приходит к вам в форме слов или мыслей или других разрозненных элементов, но в виде комплекса (причем иногда приводящего в замешательство) телесных ощущений, необычного, но безошибочного глубинного чувства. Вспомнив об Элис, вы не думаете: «Ну да, Элис: рост 5 футов 4 дюйма, рыжие волосы, родинка на правом предплечье, работает медсестрой в больнице, занимается домашним консервированием, ездит на «тойоте» 1979 года выпуска, любит музыку кантри, воспитывает двоих детей 8 и 11 лет и сходит с ума от Пола Ньюмана». Вместо этого ощущение «все об Элис» охватывает вас в одночасье.
Ощущаемое чувство – это не эмоция, хотя оно может иметь эмоциональный подтекст. Это больше и сложнее, чем любая эмоция – и его гораздо труднее описать. Говоря словами д-ра Гендлина: «Тело – это биологический компьютер, генерирующий гигантскую совокупность информации и выдающий ее мгновенно. Ваше мышление не способно удержать все эти обрывки сведений, которые вам известны о вашей подруге и ваших взаимоотношениях с ней… Ваше тело, однако, выдает «все про вашу подругу» в одном громадном, богатейшем, комплексном переживании узнавания, в одном ощущаемом чувстве».

Как применять фокусировку
Приготовьтесь к уроку фокусировки, устроившись поудобнее и отгородившись от всех возможных внешних вмешательств. Вам потребуется способность посвятить все ваше внимание целиком процессу фокусировки.
Для учебной цели д-р Гендлин разбил акт фокусировки на шесть частей:

1. Очистите пространство. Начните с того, что отодвиньте все ваши проблемы в сторону, создав пространство, где вы можете сидеть и чувствовать себя удобно и чтобы они вас не перегружали. Установите атмосферу дружеского слушания – вы собираетесь прислушиваться к собственному телу так, как, наверное, никогда не прислушивались раньше.
Дайте вашему сознанию устремиться к ощущениям внутри вашего тела – внутри вашей грудной клетки, живота, брюшной полости. Что вы чувствуете там, когда спрашиваете себя: «Как проходит моя жизнь? Что для меня главное именно сейчас? Что именно не дает мне чувствовать себя наилучшим образом?»
Или можно попробовать сказать себе: «Все абсолютно прекрасно. Никаких проблем нет и в помине. Что бы ни происходило, это меня ничуть не беспокоит». Затем внимательно вслушайтесь. Если что-то не в порядке, вы получите отчетливый телесный отклик.
Когда телесный отклик придет, пронаблюдайте за ним, но не дайте ему захватить вас целиком. Отстраните его и спросите себя, что еще происходит. Обычно вы осознаете несколько разных реакций.

2. Чувство-ощущение. Из этих откликов выберите проблему, которая кажется наиболее неотложной: пусть она поболит или пробьется на передний план. Опять-таки, не погружайтесь в нее, не дайте ей себя затопить, просто отстранитесь от нее и полностью осознавайте ваше ощущение этой проблемы в целом. Где в вашем теле вы ее чувствуете и как она ощущается? Сама проблема может быть еще совершенно невыясненной, но вы почувствуете отчетливое чувство-ощущение своего важнейшего беспокойства.

3. Имя для проблемы. Теперь пусть из самой проблемы вырастет слово, или образ, или фраза. Это может быть слово наподобие: «неприятно», «опасно», «тесно», «тяжело», «ужасно», «неудобно», «неловко». Это может быть фраза наподобие: «давит слишком сильно», «просто наказание», «не везет», «опять одна белиберда», «не получается выиграть». Это может быть образ, звук, напев или слова из песни. Не торопите события. Сколько понадобится, столько и ждите, чтобы всплыло именно то самое название для проблемы.

4. Резонирование. Теперь возьмите слово или образ, который к вам пришел, и проверьте на соответствие чувству-ощущению вашей актуальной ситуации. Если они подходят, вы испытаете глубокое чувство облегчения. Если это не точно, вновь подождите, пока из чувства возникнет более точное слово или образ. Когда вы найдете точное соответствие, задержитесь в этом состоянии еще на несколько мгновений, чтобы позволить вашему телу получить как можно более полную разрядку, вызванную чувством удовлетворения тем, что найдено правильное название.

5. Спрашивание. На этом этапе вы уже можете испытывать заметное чувство телесного облегчения, может быть, даже такое, что значительно изменит ваше ощущение ситуации. Если так, переходите к шестому этапу. Если нет, используйте ваше слово-символ, чтобы вернуться к ощущаемому чувству, и спросите, как получилось, что оно возникло. Если, к примеру, ваш символ – осторожный, спросите себя: «Что такое есть в этой ситуации, что делает меня таким осторожным?»
Вы можете для начала обнаружить, что в вашем уме промелькнуло множество быстрых ответов, которые не пробуждают особых телесных реакций. Дайте им пройти – это то, что д-р Гендлин называет «простые мысленные ответы», ваш разум бросается искать скорые, поверхностные реакции, которые не оставляют места для контакта напрямую с вашим чувством-ощущением.
Вновь установите внутри себя бессловесное пространство, вновь подключитесь к чувству-ощущению и спросите опять. Когда вы получите аутентичный ответ, то почувствуете вибрацию чувства-ощущения, и из этой вибрации возникнет отклик. Иногда не мешает задать на этой стадии два дополнительных вопроса – «Что в этом хуже всего?» и «Что нужно, чтобы стало хорошо?».

6. Получение. Вам нет необходимости верить, соглашаться или действовать в соответствии с тем посланием, которое вы получили. Просто посидите с этим, дайте этому прорасти. Погрузитесь в это послание, как могли бы погрузиться в ванну с горячей водой. Сопротивляйтесь искушению раскритиковать или отвергнуть ответ. Пусть вопросы подождут. Вы не связаны никакими обязательствами. Вы можете получить последующее сообщение, которое придаст вам совершенно новое направление, но на этом этапе важно противостоять колебаниям, которые исходят от возражающих голосов. Как говорит д-р Гендлин: «Они могут быть правы, но они должны ждать. Не позволяйте им вывалить самосвал цемента на этот только что проклюнувшийся зеленый росток».
Наконец, решите, хотите ли вы продолжать процесс фокусировки, возвращаясь на этапы 1 и 2, или поведете этот сеанс фокусировки к завершению…
Помните, что, хотя временами фокусировка способна породить чуть ли не фантастические результаты, она не всегда проходит гладко. Книга д-ра Гендлина, а также люди, имеющие опыт фокусировки, и преподаватели фокусировки могут подсказать, как миновать ненадежные места. (Одна из излюбленных методик – это обратить ваше внимание на такое место и спросить: «На что это похоже?»)
В нашей раздробленной цивилизации существует громадная потребность в методах, которые восстанавливают единство разума и тела и поощряют интуицию, творчество и непосредственность. Фокусировка – это холистический инструмент в лучшем смысле этого слова. Как говорит д-р Гендлин: «Чувство-ощущение – это тело и разум до того, как они разделились».

 

 

 

 

 



Глава 27
Как сказать то, что вы действительно имели в виду
Если вы когда-либо неуверенно отступали перед кем-то, кто плохо обращался с вами, или набрасывались, потеряв контроль, на кого-то, кто не хотел причинить вам вреда, вы знаете: слово не воробей. Цена, которую вы платите за то, что не сказали того, что хотели, или сорвалось с языка то, чего вы не имели в виду, может оказаться в самом деле велика: чувство вины, гнев, потеря самоуважения. И это не считая болезненных эмоций и прочих претензий того бедолаги, которого угораздило попасть под ваш несдержанный язык.
Линда Адамс знает об этом все. Как руководитель программы «Тренинг эффективности для женщин», входящей в программу «Тренинг эффективности» в Солано– Бич, Калифорния, она каждый день видит результаты неуместного выражения эмоций.
«Женщины записываются в нашу программу потому, что они вообще боятся заикнуться о том, что им необходимо, – говорит Адамс. – Но вы явно видите, что их что-то гложет. Они часто жалуются на головную боль или чувство депрессии, тоски или тревоги. Иногда они высмеивают других или делают язвительные замечания.
Другой тип женщин, которые приходят к нам, – это те, которые слишком агрессивны. У них противоположная проблема. Их потребности выражаются, о да, но они выражают их в обозленной, обвиняющей, осуждающей вспышке.
Их желания выражаются с чрезмерной энергией, с криком и бесцеремонностью, что отталкивает от них людей. Они перестают слушать, и коммуникация превращается в одностороннюю – а это все равно что полное ее отсутствие.
Смелость и умение выражать в речи свои чувства, мысли и потребности так, чтобы вас могли понять другие и вы могли понять сами себя, – это удивительно мощное средство общения, – продолжает Адамс. – К сожалению, откровенное и искреннее общение с другими – дело для большинства из нас необыкновенное. В особенности женщин приучают быть робкими, хитрыми и неконкретными.
Наша программа показывает женщинам, что воспринимать собственные потребности – это тоже нормально. Затем мы учим их, как предъявлять свои желания в неагрессивной форме».
Конечно, учиться говорить именно то, что вы хотите, нужно не только женщинам. Это нужно всем.
Сначала постарайтесь выслушать
К счастью, специалисты достигли практически полного единодушия в том, как приступить к улучшению ваших коммуникационных навыков. Как это ни странно, они начинаются с умения слушать.
«Наибольшая ошибка, которую вы только можете совершить, пытаясь говорить убедительно, – это поставить во главу угла изложение ваших мыслей и чувств», – утверждает доктор медицины Дэвид Д. Бернс, адъюнкт-профессор психиатрии медицинского факультета Пенсильванского университета в Филадельфии.
«Чего на самом деле хочет большинство людей – так это чтобы их слушали, относились к ним с уважением и пониманием. Как только люди видят, что к ним относятся с пониманием, повышается их мотивированность к тому, чтобы понять вашу точку зрения. И вот половина битвы уже выиграна без всяких проблем», – говорит д-р Бернс, автор книги «Хорошее самочувствие: новая терапия настроения».
«Если вы правильно оцените ход мыслей другого человека, то распознаете чувства, которые им владеют, – полагает д-р Бернс. – Задавайте вопросы, чтобы удостовериться, что вы не ошиблись в истолковании его эмоций».
Разумеется, вашим естественным побуждением все равно может быть именно стремление броситься в бой и попытаться доказать, насколько не прав ваш оппонент. «Сопротивляйтесь, – советует д-р Бернс, – изо всех ваших сил. Вместо этого отыщите крупицу истины в том, что говорит он или она, и согласитесь с ней. Да, это сделать трудно, но это стоит того, особенно если вы чувствуете, что на вас нападают. Это потому, что, когда вы соглашаетесь с тем, что другой человек говорит или чувствует, вы парадоксальным образом выбиваете у него из-под ног почву, и вот тут-то вы и победили. Он обычно тоже чувствует себя победителем и таким образом оказывается более благожелателен к вашей точке зрения».
Вот пример того, как это действует: ваш начальник говорит: «Это предложение – полная чушь. Вы что, спали с открытыми глазами, когда составляли его?» На самом деле вы потратили массу времени и сил на этот план и чувствуете, что он содержит немало дельных моментов. Вы готовы задушить шефа. Вместо этого вы можете обезоружить его, ответив: «Похоже, я действительно немного напутал с проектом. Вы не подскажете, что именно нужно поправить?» Ваша реакция успокоит его, и он начнет общаться в более мирной манере.
Но что произойдет, когда наконец настанет ваш черед говорить? Что ж, если вас будут слушать, вы окажетесь в более выгодной позиции, чтобы изложить ваше видение спорного вопроса.
Информируйте, не раня
Цель состоит в том, чтобы донести вашу точку зрения, не обвиняя, не угрожая и не осуждая – не нанося ущерба чувствам другого человека и не подавляя их.
Прежде всего не пренебрегайте хорошими качествами вашего партнера. Они есть. Никто не хочет постоянно слышать, что с ним что-то не так.
«Комплименты способны творить чудеса, особенно в пылу ссоры, – добавляет д-р Бернс. – Выражение позитивного расположения к кому-то во время конфликта намного облегчает этому человеку возможность раскрыться навстречу вашим мыслям. Он автоматически чувствует меньше угрозы и меньше защищается».
Вы можете даже еще больше смягчить удар, высказывая свои мысли в форме я-сообщений вместо ты-сообщений, говорит Линда Адамс. Естественно, что этот подход более распространен среди тех, кто мастерски владеет искусством общения. И по достаточно веской причине – это работает. Вот пример:
Вместо того чтобы сказать: «Ты никогда не приглашаешь меня на обед в годовщину нашей свадьбы», лучше сказать: «Я была бы рада отпраздновать в этом году нашу годовщину в ресторане вместо того, чтобы устраивать обед дома».
«Переключившись с обвиняющего «ты» на нейтральное «я», вы повысите шансы, что ваш партнер (или кто угодно) услышит вас, не займет оборонительную позицию и не полезет в драку», – поясняет далее д-р Бернс.
«Ты-послания (независимо от того, что в них подразумевалось) получаются агрессивными и обвиняющими, – говорит Линда Адамс, – потому что они говорят, в сущности: «Это ты виноват!» или «Как тебе не стыдно!». Они рискуют повредить отношениям, занижая самооценку другого человека и провоцируя чувство вины».
И если уж вы оттолкнули от себя другого человека, он или она не будут больше слушать, что вы говорите, – и не важно, что вы, по вашему мнению, выражаетесь очень внятно.
«Иногда помогает записать диалог, если у вас не получилось доходчиво изложить вашу точку зрения, – подсказывает д-р Бернс. – Опишите все взаимодействие на бумаге и затем покажите листок другу. Может быть, вы не видите как раз того, в чем он разбирается. Или попросите кого-то, кто умеет общаться, чтоб он посоветовал, как исправить ситуацию».
Телесные сигналы: безмолвный язык
Конечно же слова – не единственный инструмент, с помощью которого можно сообщить другим о наших потребностях. Зевать, посылать выразительные взгляды, толкаться локтями и поглядывать на часы – все эти действия являются примерами невербальной коммуникации, безмолвного языка, который часто говорит громче слов. Даже если мы не посылаем их сознательно, сообщения частенько «написаны на нашем лице». Иногда это не в нашей власти; мы суетимся, заливаемся румянцем, хихикаем или покрываемся гусиной кожей – безмолвные сигналы испускаются все время.
Очень возможно, утверждают психологи, что мы можем узнать многое о себе и о людях, нас окружающих, если станем более внимательны к таким невербальным высказываниям. Они могут раскрыть нам тайну неосознаваемых чувств, они могут помочь нам пресечь в зародыше проблемы, они могут уберечь нас от получения «неблагоприятных сигналов» от наших близких мужчин и женщин.
В книге «Безмолвный язык» антрополог Эдвард Т. Холл, доктор философии, рассказывает, как простой жест, мимика, телодвижение могут выразить энергичное невербальное утверждение: «Когда муж приходит домой из офиса, снимает шляпу, вешает пальто и говорит «привет» жене, то, как он говорит это свое «привет», подкрепленное тем, как он сбрасывает верхнюю одежду, в целом демонстрирует его чувства по поводу того, что происходило в офисе. Если его жена захочет узнать подробности, ей придется какое-то время потратить на выслушивание, но значимую для нее информацию она постигла в одно мгновение – а именно, какого рода вечер им предстоит провести и как ей с этим управиться».
Крепкие объятия, поцелуи и полное эмоций выражение лица – другие супружеские сигналы. Знание их может помочь вам предотвратить семейные ссоры. Подобным же образом осознание выражения вашего лица может предупредить вас, что у вас назревают очередные супружеские нелады.
Настройка собственного выражения лица может помочь нам лучше понять наши эмоции. Один калифорнийский психолог, доктор философии Пол Экман, специализировался на том, чтобы научиться самому и обучить других чувствовать выражение собственных лиц. Он предполагает, например, что крепко сжатые губы являются признаком гнева. «Когда я сильно сжимаю губы, – говорит он, – я немедленно осознаю, что что-то заставляет меня гневаться».
Иногда мы многое можем узнать по собственным рукам, утверждает доктор философии Рэндалл Харрисон из Калифорнийского университета в Сан-Франциско. Например, вы можете разговаривать с другом о себе, о вашем муже (жене) и ваших детях. Произнося слова, вы можете одновременно делать рукой короткое рубящее движение, которое д-р Харрисон называет «маркер». Если вы вставили маркер между словами «я» и «мой муж», говорит д-р Харрисон, вы могли разоблачить эмоциональный барьер, стоящий между вами. Точно так же вы можете обозначить барьер между вами и вашими детьми или между мужем и детьми и т. д.
Вы можете также заметить, что делаете суетливые движения. Если вы поймете, когда именно начинаете суетиться, это может показать, что именно заставляет вас бессознательно нервничать. В одном случае, по словам д-ра Харрисона, молодой муж жаловался на явно беспричинную тревогу. Он обстоятельно говорил о своей любви к жене и счастье с ней, но всякий раз при ее упоминании он нервно дергал туда-сюда обручальное кольцо. Дальнейшая беседа выявила подавленные конфликты в этом браке, который позже был расторгнут.
Выразительная поза сна
То, как вы спите, также выдает вашей половине какие-то ваши чувства. На самом деле распознавание изменений в поведении во время сна может помочь вам пресечь в корне супружеские проблемы. Доктор медицины Сэмюэл Данкелл в своей книге «Позы во время сна: ночной язык тела» говорит: «Даже во сне мы используем наши тела для общения или выражения своих чувств к своим партнерам».
Если вы спите в позах, которые д-р Данкелл называет «ложка» или «крепкие объятия», тогда вы в наивысшей степени выражаете свою любовь. В позе ложки мужчина и женщина лежат на боку, повернувшись лицом в одну и ту же сторону и «прижавшись друг к другу так, словно две ложки в ящике стола». В позе объятий спящие лежат на боку, повернувшись друг к другу лицом и обнимая друг друга.
С другой стороны, рассказывает д-р Данкелл, если вы спите, широко раскинув руки на кровати и захватив большую ее часть, вы можете этим говорить, что желаете доминировать в браке. А если вы спите на спине, вы, возможно, говорите вашему партнеру – неумышленно, – что чувствуете себя главным.
«Пары, которые прожили вместе какое-то время, могут использовать знание о позах сна, чтобы держать руку на пульсе их эмоционального союза, – пишет д-р Данкелл. – Изменения в позе сна партнера могут… показать, что в настоящий момент происходит в его жизни… Осведомленность о значении таких изменений может иногда дать возможность супругам обратить внимание на конфликт и справиться с ним, прежде чем он станет необратимо серьезным».
Ваш внешний вид и уход за собой – осознаете вы это или нет – также влияют на мнение, которое складывается о вас у некоторых людей (а их внешний вид может частично окрашивать ваше мнение о них). Согласно исследованиям, проведенным в Миннесотском университете, если вас воспринимают как физически привлекательного человека, многие люди поспешат заключить, что вы и в других отношениях выдающийся человек. В одном опросе привлекательные люди оценивались как более сердечные, уравновешенные, чуткие, добрые, искренние и с большей вероятностью имеющие успех в браке или карьере, чем остальные. Когда в другом исследовании студентов попросили предсказать личные свойства людей, изображенных на фотографиях в формате до плеч, они предположили, что привлекательные люди более интересные, сильные, скромные, дружелюбные, притягательные и отзывчивые.
О чем говорит нам одежда
Одежда, которую вы носите, безусловно, способна многое о вас рассказать. В своей книге «Язык одежды» автор Элисон Лурье пишет следующее: «Задолго до того, как я подойду достаточно близко к вам, чтобы заговорить с вами на улице, на свидании или на вечеринке, вы извещаете меня о своем поле, возрасте и социальном положении благодаря тому, что вы носите, – и, весьма возможно, даете мне важную информацию (или дезинформацию) насчет ваших занятий, происхождения, личных качеств, взглядов, вкусов, сексуальных предпочтений и настроения в данный момент… К тому времени как мы приблизимся друг к другу и начнем разговор, мы уже пообщались на более древнем и более универсальном языке».
Порой наша одежда выдает больше, чем мы подозреваем. Лурье, профессор Корнеллского университета, утверждает, что, когда мы облекаемся в популярный «слоеный» стиль одежды, цвет и фасон нижнего слоя может поведать окружающим о том, что в действительности творится внутри нас. Например, женщина, которая надевает розовенькую блузку в оборках под практичный серый костюм, заявляет, что под ее внешностью бизнес-леди живет кокетливая женственная натура. И напротив, женщина, надевающая соблазнительный шелковый костюмчик поверх свитерка мышиного цвета, возможно, говорит нам, что сегодня она может выглядеть очаровательно, но под этой маской она чем-то обеспокоена или подавлена. Что касается мужчин, то архитектор, носящий рыжий вельветовый костюм, под которым надета деловая рубашка и галстук, своим видом убеждает клиентов, что «их дома не превысят предварительную оценку затрат и при этом не рухнут».
Одежда, говорит д-р Рэндалл Харрисон, поначалу отвечала только функциональной потребности, но позднее мы стали использовать ее, чтобы делать заявления о самих себе. Иногда одежда становится тем, что мы называем «языком галстука», или знаками лояльности и преданности.
Учащиеся средних школ склонны носить школьные цвета после того, как их команда выиграет в серьезном турнире, а влюбленные пары часто надевают похожие куртки, или свитера, или кольца, используя их в качестве «языка галстука».
Одно предостережение насчет использования невербального языка: он может допускать двоякое толкование. Даже если вы выражаетесь очень точно, воспринимающий человек может неправильно вас понять. Исследования показывают, что настроение и предубеждение другого человека могут исказить сигналы, которые вы посылаете. В одном исследовании людей просили послушать, как человек произносит вслух буквы алфавита, и определить эмоцию, выраженную в его голосе. Один слушатель почувствовал, что это печаль, другой подумал, что голос звучит испуганно, а третий назвал это нежностью.
В конечном счете, научившись бегло говорить на невербальном языке и чаще им пользоваться, вы можете помочь себе как физически, так и в социальном смысле.
Один психолог из Коннектикутского университета обнаружил, что люди, которые последовательно выражают себя визуально, живо и непосредственно реагируя на горестные и радостные события соответствующим выражением лица, по-видимому, менее подвержены физиологическому напряжению, чем прочие, и на протяжении всей их жизни их организм испытывает меньше стрессов.

 

 

 

 

 



Глава 28
Психология успешного снижения веса
Если у вас есть подруги, которые постоянно сидят на диете, но так и не худеют, спросите их, как они представляют свою жизнь после того, как годы поедания салатов, постоянного голода и отмеренных порций наконец закончатся и они обретут стабильный, комфортный, близкий к идеальному вес.
Вероятно, они ответят вам, что в этот момент их жизнь станет одним сплошным удовольствием. Они смогут носить дизайнерские купальники и облегающие блузки. Они себе наконец понравятся. Короче говоря, жизнь превратится в сказку.
Но те, кто склонен переедать, должны знать известную мудрость насчет снижения веса: люди более успешно сбрасывают вес и сохраняют его сниженным, когда начинают думать позитивно про себя прямо сейчас, когда лишние фунты еще при них.
Разумеется, легче сказать, чем сделать. Но многие психологи говорят (а психология в мире, помешавшемся на снижении веса, нынче играет главную роль), что эффективное снижение веса происходит легче, когда человек прогоняет от себя негативные шаблоны мышления и замещает их позитивными. Доктор философии Келли Браунелл, сотрудник исследовательской клиники ожирения Пенсильванского университета, занимался изучением подобных негативных мыслей. Он разделил их на четыре категории.
Первую категорию он назвал «Дихотомическое мышление». «Люди с избыточным весом, – говорит д-р Браунелл, – склонны расщеплять свою жизнь на две обособленные части. Они либо «соблюдают диету», либо «не соблюдают диету» и никогда не бывают посередине. Мы также называем это «мышлением электрической лампочки», поскольку она либо включена, либо выключена.
К примеру, я спросил одну из женщин в клинике, как проходил ее курс диеты. Она ответила, что было ужасно. Всю прошедшую неделю женщина сидела на 1200 калориях в день на протяжении шести дней из семи. Но единственное, про что она была способна думать, это что однажды она «не удержалась» на диете. Она не могла думать позитивно про шесть дней, когда она соблюдала диету».
Доктор Браунелл назвал вторую категорию негативного мышления «Неосуществимая мечта». Сидящие на диете ставят себе нереальные цели и затем чувствуют вину за то, что не достигли их. «Одна женщина сказала мне, что она намеревалась сбросить сразу 50 фунтов к свадьбе дочери, – говорит д-р Браунелл. – До свадьбы оставался всего месяц, и она явно не могла этого сделать. В действительности она потеряла примерно 20 фунтов, но до сих пор чувствует себя так, будто потерпела неудачу».
«Жесткий императив» – это третья категория. Соблюдающие диету как будто устанавливают для самих себя строжайшие правила, которые, повинуясь обыкновенной человеческой природе, они неизбежно нарушают. «Они говорят себе: «Я никогда больше не буду есть шоколадных пирожных», или «Я никогда не остановлюсь по дороге домой, чтобы купить пирожки или молочный коктейль», или «Я никогда не буду покупать пончики, когда к офису подвезут тележку», – говорит д-р Браунелл. – И когда они нарушают эти свои правила, они не могут себя простить».
И затем идет номер четыре: «Тупиковое мышление». Оно основано на зависти. Люди с избыточным весом впадают в него, когда они концентрируются на том неоспоримом факте, что некоторые люди как будто «жрут как свиньи, а все равно выглядят как модели». Этот образ мышления ведет в никуда.
Зачем сформулированы эти четыре категории? Чтобы обеспечить сидящих на диете психологической первой помощью, говорит д-р Браунелл. И если эти люди почувствуют тревогу или вину, они могут остановиться и спросить себя, принадлежат ли их мысли к одной из вышеперечисленных категорий. Мысли, которые соответствуют одному из четырех описаний, могут быть отброшены как неразумные.
Мышление стройности
Иногда, однако, позитивных мыслительных паттернов недостаточно – требуются позитивные образы, чтобы усилить их и сделать более эффективными. Гипертоники понижают свое кровяное давление, думая о Гавайских островах, а онкологические больные воображают, как их лейкоциты разрушают клетки опухоли. Подобным же образом люди, страдающие избыточным весом, могут до некоторой степени стать стройнее, представляя себя стройнее.
«Мы просим их вообразить себя более легкими», – говорит психолог Петер Миллер, доктор философии, учредитель бихевиористского института Си-Пайнз (спа-курорт на о. Хилтон-Хэд, штат Южная Каролина). Он считает, что укреплять веру в себя и самоуважение более важно, чем терять фунты.
«Вместо того чтобы предлагать им притвориться, что они уже имеют идеальный вес – это может лишить их уверенности в себе, – мы просим их вообразить, что они фунтов на 20 легче. Затем мы говорим, чтобы они закрыли глаза и увидели себя стоящими перед зеркалом в купальном костюме и присмотрелись, как они выглядят, – говорит д-р Миллер. – Затем мы просим их вообразить, как это ощущается – покупать одежду, которая выставляет вас в выгодном свете, или находиться на работе в офисе, или побывать в определенных семейных ситуациях. Важно, чтобы они визуализировали другое свое поведение, а не только отличающийся внешний вид».
Образы как психологический инструмент также важны для доктора философии Сьюки Раппапорт, директора Института трансформации в Мил-Валли, Калифорния. Она считает, что люди с позитивной установкой получают огромные преимущества для изменения своей жизни. Чтобы помочь своим грузным клиентам, она создала два образа. За отсутствием формальных наименований назовем один «сытный пирог», а второй «человекомагнитофон».
Если вы серьезно вознамерились контролировать свой вес, говорит она, нарисуйте круг и приготовьтесь поделить его, как будто это пирог. Вообразите, что он представляет собой все разнообразные способы, которыми вы можете получать свою телесную и эмоциональную пищу. Если вы из тех, кому трудно сбросить вес, такой пирог может в данный момент представлять собой только еду, и ничего больше.
Д-р Раппапорт просит своих клиентов установить каждый потенциальный источник питания и предлагает им отмерить на каждый источник пропорциональный кусок пирога. Если они любят плавать, они могут отвести на плавание кусок, который отражает его важность для них. Если они любят смотреть фильмы, походы в кинотеатр должны получить кусочек. Используя этот образ, д-р Раппапорт показывает людям, причем очень позитивным способом, что пища – не единственный источник удовольствия.
Она также просит клиентов вообразить, что их тела – это кассетные записывающие устройства и что каждый из их привычных способов откликаться миру представлен на отдельной записи. Она говорит, что полные люди слишком часто хватаются за кассету с записью «пожевать», когда их охватывает тревога. В идеале, по ее мнению, полным людям следовало бы избавиться от записи с едой и обзавестись более конструктивной записью.
«Мы стараемся говорить «да» позитивным, жизнеутверждающим стремлениям, вместо того чтобы говорить «нет, нет, нет» негативным, – говорит д-р Раппапорт. – Тогда люди осознают: «Я мог бы получить великолепный массаж за те деньги и время, что я потратил на еду». Такой подход дает людям новые альтернативы».
Одежда делает человека
Любопытно, что одежда, оказывается, может иметь символическое значение для того, кто хотел бы сбросить вес. Доктор философии Макс Розенбаум, психолог из Нью-Йорка, обнаружил, что у мужчин и женщин, которые в течение многих лет регулярно теряют и набирают вес, часто скапливаются полные шкафы одежды разнообразных размеров. У мужчины могут храниться рубашки с размером воротника 15, 16 и 17 дюймов, а у женщины – платья с 7 по 13-й размер, от «молодежных» до «взрослых» моделей.
«Одна женщина, с которой мы познакомились, в течение всей своей юности то толстела, то худела, то набирала вес, то сбрасывала, – говорит д-р Розенбаум, ведущий программы лечения ожирения в американском центре краткосрочной терапии в Нью-Йорке, который основал он и его коллеги. – В результате у нее так и не появился отчетливый образ себя. Ее шкаф полон одежды всевозможных размеров, в зависимости от ее габаритов в тот или иной период, и эта одежда мешает ей обрести стабильное представление о себе. «Если я сегодня толстая, а завтра тощая, – думает она, наверное, – то какая я на самом деле? Где настоящая я?»
Пациенты д-ра Петера Миллера сталкиваются с проблемой того же рода. И вот как он с этим справляется. «Мы просим людей выбросить одежду самых больших размеров, – говорит он. – Они должны оставить у себя одежду одного размера. Мы говорим: если вы собрались поддерживать свой вес постоянным, то зачем же храните эту одежду? Мы знаем, что до тех пор, пока одежда лежит в шкафу, они будут сомневаться в том, что способны измениться, и больше шансов, что они сорвутся». Таким образом, одежда из негативного стимула превращается в позитивный стимул.
Еще один способ развить положительное представление о себе – это просто установить связь с другими людьми. «Я прошу моих полных пациенток отныне говорить своим мужьям и детям хорошие слова и хорошо думать о своих друзьях, – говорит доктор медицины Эйлин Б. Лудингтон из Лос-Анджелеса, которая когда-то сама выиграла сражение с проблемой лишнего веса. – Люди обнаруживают, что если они способны сделать других счастливее, то их самооценка улучшается. Я прошу их составить список того, что им нравится в их супругах и детях. Если вы что-то записываете, становится легче это представить. И срабатывает! Они возвращаются с рассказами о том, насколько улучшилось взаимопонимание в их семье».
Жир изолирует психику
В сфере психотерапии есть подход к решению проблемы веса, значительно отличающийся от всех упоминавшихся до сих пор. Многие психиатры, к примеру, уверены, что переедание – это самодеструктивное поведение, и они трактуют его как симптом ненависти к себе. Переедающие используют пищу, чтобы успокоить себя, когда они чувствуют себя несчастными, гласит теория. Они поступают так, потому что совершить налет на холодильник менее болезненно, чем раскапывать эмоциональные корни их несчастий.
«Пища – основная форма орального удовлетворения, поиск безопасности, свойственный незрелому человеку. И когда люди возбуждены, еда помогает им чувствовать себя лучше, – говорит д-р Розенбаум. – Люди используют свой вес как защиту против расстраивающих их проблем. Их жир служит изоляцией от страданий».
«Оставаться толстым может быть очень удобно. Мысль о том, чтобы сбросить вес и действительно стать стройным человеком, влечет за собой новые проблемы», – говорит Милдред Клингман, нью-йоркский психотерапевт и автор книги «Тайная жизнь толстяков».
«Люди, имеющие избыточный вес, очень чувствительны, – добавляет д-р Раппапорт. – Они могут чувствовать несправедливость, и в этом случае они прячутся в ту область, где им что-то подвластно. Они могут контролировать размеры своего тела. А их жир становится для них буферной зоной».
Часто бывает так, что матери полных молодых девушек привычно критикуют их внешний вид, говорят психиатры. Во многих случаях та же самая мать когда– то заставляла дочку «побольше кушать» ради хорошего здоровья. Эта ситуация заставляет девушку злиться на себя и свою мать. Переедание замещает вспышку злости.
«Одна молодая женщина мстила матери тем, что переедала, – говорит доктор медицины Милтон Бергер, коллега д-ра Розенбаума, соучредитель Американского центра краткосрочной терапии. – Она знала, как огорчится ее мать. Это определенный вид сатисфакции, мстительное удовлетворение от торжества над другими. В действительности она лишь вредила себе».
Д-р Келли Браунелл возражает против того, чтобы придавать этому подходу чрезмерное значение. Он считает, что некоторые профессионалы заблуждаются, предполагая, что большинство излишне полных людей страдают эмоциональными расстройствами и нуждаются в разрешении своих подавленных конфликтов, прежде чем смогут решить свои проблемы с едой.
«Некоторые специалисты убеждают людей, что те не умеют приспосабливаться к окружающей обстановке, – говорит он. – Слишком много полных людей становятся жертвой представления, что они ненавидят самих себя и что они застряли на незрелой стадии развития. Это приводит к обратным результатам».
Так какая же методика работает лучше: научиться не попадать в один из четырех описанных д-ром Браунеллом негативных мыслительных паттернов, или не включать запись «пожевать» в вашем метафорическом магнитофоне, или копаться в собственном детстве, ища источник проблем? Ответ может быть только один: разным людям подходят различные виды лечения. Но очевидно, что изменения не произойдут, пока полный человек не улучшит представление о самом себе.
В самом деле, любовь к себе – это, безусловно, единственный выход из положения. «Полным людям следует научиться любить свое тело, – говорит д-р Макс Розенбаум. – Это главное условие успешного снижения веса. Переедание тесно связано с заниженной самооценкой. И когда начнется период прохождения через отказ от излишней еды – а это приходится делать всем полным людям, – они должны говорить себе: «Я уважаю мое тело. Я люблю мое тело. Я хочу жить».

 

 

 

 

 



Глава 29
Как стать классным спортсменом, тренируя собственный мозг
Опыт наблюдения за аутсайдерами, внезапно вырывающимися вперед при невозможных шансах на выигрыш, или за плохой командой, которая вдруг воодушевляется и разбивает гораздо более сильную команду, показывает, что спортивные успехи зависят далеко не только от физического мастерства и силы. Что же еще в этом участвует?
Жители Восточной Европы задали себе тот же вопрос почти 20 лет назад и получили достаточно удивительные ответы. Они решили, что высокий, воспроизводимый, устойчивый результат складывается из двух компонентов: один из них, безусловно, физический, но настолько же важен психологический. Они начали серьезно заниматься психологической подготовкой и с этого времени в плановом порядке применяли множество техник к своим спортсменам. Для восточных европейцев психологический тренинг – не диковинка; он считается особенно важным в индивидуальных видах спорта, которые требуют высочайшего уровня концентрации, внимания, мотивации и общей психологической подготовки. Эти виды спорта неопровержимо подтверждают, что психологический тренинг действует: восточные немцы и русские показывают хорошие результаты, к примеру, в велосипедном спорте, фехтовании, поднятии тяжестей, гимнастике и стрельбе из пистолета.
Олимпийские команды Соединенных Штатов только недавно начали применять психологические принципы. Вы тоже можете извлечь пользу из этих техник независимо от того, хотите ли вы выиграть ближайший марафонский забег или просто усовершенствовать свою игру в теннис по выходным. Все это займет несколько минут в день, и все, что от вас потребуется, – поверить в то, что психологический тренинг может помочь вам подняться на более высокую ступень. Прочитайте; вот несколько приемов, которые вы можете начать применять прямо сегодня.
Тренировка альтернативного сознания
Все мы часть нашего дня проводим в состоянии гиперсознания – главным образом описываемом как логический, ориентированный на принятие решений, рациональный, вербальный режим, – состоянии, в котором мы заставляем свой мозг быть внимательным. Примеры такого режима – это учеба, детализированная логическая мыслительная деятельность, которой нам приходится заниматься во время деловых встреч, написание отчетов. Однако в остальное время мы слегка расслабляемся, меняем режимы и действуем в измененном состоянии сознания. Это происходит, когда мы фантазируем, или когда мы полностью погружены в какую-либо приятную деятельность, или когда мы долго куда-нибудь едем и внезапно осознаем, что миновало много миль, а сознание наше при этом не присутствовало. Другими словами, мы живем «на автопилоте».
Различие между режимами внимания определяется интуитивным ощущением, поскольку, сколько бы ни было написано про разницу между лево– и право– полушарной мозговой активностью, нам нет нужды быть учеными, чтобы знать, что наше сознание действует очень по-разному в различных ситуациях.
Разумеется, спортсмены высокого класса знают, как чувствует себя человек в измененном состоянии сознания.
Когда велосипедист Тед Уотербери выиграл национальный чемпионат среди юношей, он вспоминал: «Мы все были на пределе. Это мог быть кто угодно. Но я знал, что это буду я… когда начался последний рывок, я вошел как будто в иное пространство и внезапно взлетел». Будь то чувство, что вы парите в воздухе в десяти футах над вашим велосипедом, глядя на себя, несущегося вперед по дороге, или чувство, что ваше тело и велосипед слились в одну единую машину, – все это польза, которую мы все можем извлечь из способности нашей психики менять состояния сознания.
Все это уходит корнями в давно известную теорию о том, что наши возможности в большой мере определяются той частью нашей психики, которую мы не можем осознать, – подсознанием. В. Тимоти Галлвей, широко известный автор книг «Внутренняя игра в теннис», «Внутренняя игра в гольф», «Внутренняя игра в бег», дал имена этим частям нашей психики. Он называет их «Личность 1» и «Личность 2».
Личность 1 – это личность сознательная, требовательная, конкурентная, систематизирующая, составляющая списки. Личность 2 здравомыслящая, она не соперничает и не требует. Личность 1 настаивает, чтобы мы всякий раз финишировали первыми, чтобы мы выжимали из себя все соки, и поднимает страшную тревогу, если мы этого не делаем. Личность 2 только переживает все, что мы делаем, точно так же, как мы переживали разные способы бега или езды на велосипеде; мы ведь делали это без усилий, когда были детьми.
Галлвей убедительно показывает, что для достижения превосходства вам нужно наладить контакт с обеими частями. Он говорит: «Пусть происходит само». Он имеет в виду то же самое, о чем мы говорим, но мы считаем, что мало просто захотеть использовать обе части, надо еще уметь это делать. Так считают восточные европейцы; так считает Олимпийский комитет США.
Итак, мы рассмотрим некоторые виды психологической подготовки, которые оказались успешными при работе со спортсменами. Это техники релаксации и психологическая репетиция. Вот краткие практические рекомендации для каждой из них.
Техники релаксации
Выражение Галлвея «Пусть происходит само» – это другой способ сказать: «Во время выполнения физического действия не создавайте себе трудности, постоянно держа мышцы в напряжении». Напряжение в мышцах препятствует максимальной эффективности. Напряжение отбирает энергию; напряжение вызывает беспокойство. Наилучшая эффективность приходит тогда, когда душа и тело свободно парят, наслаждаясь действием, в точности так же, как мы наслаждались, когда были маленькими детьми, полностью поглощаясь переживанием и не задумываясь ни о каких последствиях своих действий. Это и есть истинная релаксация. Каждый из нас способен на нее, поскольку каждый из нас в течение 24-часового периода испытывает полную релаксацию, погружаясь в сон. Но релаксация во время физических упражнений не делает человека сонным: наоборот, она вызывает возбуждение, которое почти не поддается описанию.

Первый шаг: Тренировка измененного состояния
К этому времени, как мы надеемся, вы убедились, что измененное состояние ничего сверхъестественного из себя не представляет, но оно необходимо, когда вы хотите достичь особого психологического «тренировочного» состояния; повысить осознание внутренних процессов; приостановить интерес к внешним событиям; усилить концентрацию; усилить любое внушение, которое вам может понадобиться во время психологической подготовки.
Вот несложный способ добиться этого, разработанный для подготовки спортсменов; он занимает всего несколько минут. (Трансцендентальная медитация (ТМ), самовнушение и прогрессивная релаксация – это другие способы.) Найдите уединенное место, где либо примите лежачее положение, либо сядьте в удобное кресло, и выберите любой объект, на котором можете зафиксировать внимание. Затем, дыша в обычном ритме, на каждый вдох отсчитывайте в обратном порядке, громко, начав с 900. Пока вы делаете это, обратите внимание на ваши веки, которые будут тяжелеть. Сопротивляйтесь, чтоб они не закрывались, пока не досчитаете до 840. В течение этого счета позвольте себе наслаждаться расслабленным приятным чувством, которое вызывается ритмическим дыханием.
На счет 840 (или когда веки станут чересчур тяжелыми, чтобы их удерживать открытыми) пусть веки закроются и перестаньте считать. Помните, это не работа – не принуждайте себя. Точно так же помните, что вы полностью управляете собой – если вам нужно досчитать до 800, пусть так и будет, или, если вам нужно прервать процедуру, вы легко можете это сделать и вернуться к ней позже.
Самое главное – наслаждаться приятным ощущением расслабленности, которое сопутствует этому упражнению. Когда это упражнение делают спортсмены, они часто говорят: «Когда пора открыть глаза, я прошу: нет, еще рано, можно я останусь так хоть немного подольше?» Тогда ясно, что упражнение возымело максимальный эффект.
Когда ваши веки закрыты, у вас заблокировано около 95 процентов внешних раздражителей и вы находитесь в состоянии повышенного осознания и концентрации, во многом уподобляясь спортсменам высокого класса в период их максимальной эффективности. Теперь, держа веки закрытыми, попрактикуйтесь вызывать в памяти какой-нибудь знакомый объект, к примеру ваш велосипед, кроссовки для бега или теннисную ракетку. Используйте все ваши чувства, чтобы воссоздать в своем воображении, как ощущается этот объект (как ехать на нем, носить его, держать его в руке).
Когда напрактикуетесь в этом, переместитесь в воображаемое место, которое является для вас уединенным, расслабляющим и безопасным. Это может быть ваша комната или горы; это не имеет значения, если вы можете представить его достаточно ярко, подключив столько чувств, сколько возможно. Еще несколько минут расслабляйтесь, затем откройте глаза. Это базовое упражнение на релаксацию можно использовать в любое время, когда вы чувствуете напряжение или тревогу.

Еще три упражнения
Теперь вы готовы использовать некоторые упражнения, закрепляющие навыки. Вот три из них; вы можете попробовать их, а затем придумать ваши собственные варианты. Лишь бы в голове у вас появилась цель, а возможности безграничны. Давайте сейчас попробуем в качестве образца задачу: проехать на велосипеде 25 миль за 60 минут.
Идентификация. Находясь в измененном состоянии, создайте, а затем мысленно посмотрите фильм в красочном цвете и с высококачественным звуком, в котором кто-то легко и красиво едет на велосипеде. Может быть, это определенный человек, которого вы хорошо знаете; может быть, вы смотрели гонки или испытательный пробег и помните, какое впечатление вы оттуда вынесли. Может быть, у вас в распоряжении только картинки из журнала. На самом деле это не важно. Вы делаете что-то, чем занимались много раз, как в детстве, сознательно, так и будучи взрослым, когда вас уносило в мечты. Вы вызываете в памяти образы – картинки, звуки, краски, запахи, чувства – того, как выглядит действие, когда оно выполняется безукоризненно, а затем подставляете себя на место воображаемого действующего лица.
В любом случае мы моделируем действие, основываясь на воображаемом идеале, так пусть уж эта техника поработает на вас.
Мысленная репетиция. В том виде спорта, которым вы занимаетесь, у вас есть определенные слабые места, требующие проработки? У велосипедиста, к примеру, может плохо получаться въезд на холм, езда против ветра, лавирование в транспортном потоке, движение в большой группе, рывки, удержание постоянного темпа, повороты за угол или резкий разгон. Когда вы расслабитесь, чтобы войти в измененное состояние, попробуйте вот какое упражнение. Запустите опять кино, на этот раз про вас, выполняющего действие настолько идеально, как только возможно. Прокрутите это множество раз, скажем 10 или 15, пока по-настоящему не «увидите» или «почувствуете» себя, выполняющего этот навык. Секрет здесь в том, что, если вы не можете представить это, вы не сможете хорошо это сделать. Так что практикуйтесь мысленно, пока ваш собственный кинообраз не станет кристально ясным. Вы можете переключить ваш мысленный кинопроектор на «замедленное воспроизведение», чтобы выделить конкретную часть действия, или даже пустить его в обратную сторону, если в вашем фильме вы делаете ошибки. Помните, исследования показывают, что сосредоточенное мысленное повторение так же важно, как и реальная практика, так что практикуйтесь мысленно и наблюдайте за тем, как вы совершенствуетесь.
Техника будущего времени. Вы уже начинаете чувствовать силу этих простых упражнений? Вот очень эффективная техника, применявшаяся в футбольной команде государственного Университета Сан-Диего. В ее основе лежит идея: чтобы быть успешным, надо чувствовать себя успешным.
Вот как она работает: войдя в измененное состояние сознания с помощью обратного отсчета, создайте в своем воображении яркую картину некоего времени в будущем, когда вы уже достигли цели, которую наметили.
И вновь вообразите цветное кино, расписав место действия, диалоги, движения и т. д., которые могут действительно произойти после того, как вы овладеете этим навыком. В качестве пробного примера попробуйте «снять» ваше кино о том, как приблизительно через час после поездки вы обсуждаете ее с другом или с мужем/женой. Как вы себя чувствуете? Что вы говорите? Как выглядит разговор?
Как усовершенствовать свою игру в теннис, даже не пытаясь: внутренняя тренировка по теннису с Тимом Галлвеем согласно Эмрике Падус

Когда профессионал тенниса и автор «Внутренней игры в теннис» Тим Галлвей ступил на теннисные корты Принстонского университета, чтобы преподать свои идеи насчет «йоги тенниса», «Личности 1 против Личности 2», «усилия без усилий», я тоже сделала шаг – только назад. Занимаясь игрой в теннис много лет и беря уроки у тех, кого я считала весьма компетентными инструкторами, я думала, что знаю досконально, что такое «настоящий» теннис. Правда, моя спортивная форма и соотношение выигрышей и проигрышей этого особенно не отражают. Тем не менее мне было известно, как правильно держать ракетку при разных ударах. Я знала, как выбирать правильное положение тела. Я разбиралась в стратегии игры. И я играла, чтобы победить. Чего же больше?
В отличие от новичка в теннисе, который сидел рядом со мной, чьи усердные кивки и широко раскрытые глаза отражали слепую веру и безоговорочное принятие, я не так чувствительно отнеслась к начальным высказываниям Галлвея: «Не волнуйтесь насчет формы. Не концентрируйтесь на том, чтобы попасть по мячу. Откажитесь от мыслей о соревновании». Что это он нам говорит?
Если мы будем меньше стараться, мы можем большего добиться?
…Вот именно!
Объясняя эти вводные положения, Галлвей время от времени кидал теннисные мячики в нашу группу. «Я не могу его даже поймать!» – истерически взвизгнула одна молодая особа, пытаясь схватить мячик. Галлвей пригласил ее на корт, чтобы немного поучиться ловить. Получив указание сосредоточиться на ловле теннисного мячика, она отдалась всем телом этой задаче. С распростертыми руками, с открытым ртом, она бросалась на каждый мяч, как будто это был падающий предмет из тончайшего фарфора. Она носилась по всему корту, даже когда мячи летели прямо в нее.
Затем Галлвей ввел другой момент концентрации. «Считайте, сколько раз полоска на теннисном мяче обернется вокруг оси, пока он летит к вам», – скомандовал он. Явно почувствовав облегчение, что издевательство с ловлей мяча закончено, она спокойно, но внимательно следила за полоской на мяче. Удивительно, но во время этой тренировки с подсчетом оборотов мяча она без малейшего затруднения всякий раз ловила мяч. Она усовершенствовала свою способность ловить мяч, даже не пытаясь это сделать. Даже для скептика такая демонстрация была убедительна.
«Убеждение «Я не могу поймать мяч» ведет к тому, что вы очень стараетесь его поймать, – пояснил Галлвей. – Но никто не «старается» сидеть, как никто не «старается» пускать в ход легкие для дыхания». Мы выполняем эти действия почти бессознательно, полагаясь на наше кинетическое чутье. Галлвей предлагает подходить к теннису с этих же позиций. Ведь только когда мы убеждены в трудности определенных действий, мы так озабочены ими. Действие становится угрозой. Мы предчувствуем худший из возможных результат и предвосхищаем его, напрягая наши мышцы.
Предположим, вы убеждены, что у вас слабый удар слева, а ваш противник подает вам сильный удар в этом направлении. Галлвей называет это «ой-ой-ой-переживани– ем», потому что вы немедленно воспринимаете эту подачу как потерянное очко. Ваши мышцы напрягаются все сильнее, когда мяч пролетает над сеткой. Ваша рука отводит ракетку назад резким рывком, а не плавным непрерывным движением. В результате вы, вероятнее всего, ударите мяч не по центру и промахнетесь, какую бы цель вы ни наметили.
Итак, ваши худшие опасения подтвердились, и ваше недовольство своим ударом слева окрепло. Так что в следующий раз, когда мяч будет лететь вам прямо под левую руку, предыдущий опыт вновь подскажет вам, что это угроза. Это превратится в цикл искаженных образов. Вновь ваши мышцы скует напряжение. И вновь вы промахнетесь.
И не только напряжение может помешать вашей точности, но и ваша собственная сила. В качестве доказательства Галлвей озадачил нас следующей демонстрацией. На этот раз он выбрал джентльмена средних лет, который с виду мог одолеть Галлвея без особого труда. Галлвей вытянул правую руку, стиснул кулак и сквозь сжатые зубы предложил джентльмену попытаться согнуть его напряженный локоть. На это хватило нескольких секунд.
Затем Галлвей вновь вытянул руку и, держа ее в этом положении почти без усилий, спокойно попросил джентльмена еще раз испытать свою силу. Судя по первой попытке, это вряд ли был такой уж великий подвиг! Но джентльмен все пыхтел и сопел и скрипел зубами, и очевидное становилось все менее очевидным. В конце концов он согнул руку Галлвея, но это потребовало гораздо больше времени и сил. Чтобы убедить нас в том, что это не трюк теннисиста, Галлвей пригласил всех нас на корт и предложил каждому выбрать партнера и попробовать эксперимент самим. Должна признаться, это сработало.
Объяснение тоже имело смысл. «Когда мы «пытаемся» удержать руку силой, мы напрягаем каждый мускул – наши кисти, наши предплечья и плечи, даже щеки и прочие округлости. Это зря потраченные усилия», – говорит Галлвей. Вдобавок, напрягая бицепсы, вы сами помогаете поднять предплечье и совершаете «вредительство», заявил он. В теннисе, если вы будете упорно «стараться», вы не только зря потратите силу, вы ее потеряете.
Как натренироваться играть с «усилием без усилия»? Согласно Галлвею, нужно просто отстраниться от того голоска, который постоянно твердит нам, что время уходит, что вы недостаточно быстро отводите назад ракетку, что, ударив, вы промахнулись на милю. Отключая внимание от этих внешних факторов, вы можете расслабиться и дать врожденному чувству движения вашего тела взять верх и играть для вас.
Начните с упражнения «удар-есть». Каждый раз, когда мяч касается корта (с любой стороны сетки), громко говорите «удар». Когда мяч ударяется о ракетку (не важно, вашу или вашего противника), говорите «есть». Ваше вербальное описание должно попадать точно в тот самый момент, когда происходит контакт. И не жульничайте, растягивая слова на манер «е-е-есть». Тогда вы наверняка не сможете промахнуться. «Это должно быть стаккато, – говорит Галлвей. – Это должно быть точно». Такое упражнение требует концентрации, в чем, безусловно, и заключается его суть. Концентрация на «удар-есть» будет отвлекать ваше внимание от самой игры. Это даст вашему внутреннему голоску другую тему для обсуждения, отвлечет его от качества ваших ударов. Если вы сможете достаточно долго сохранять это состояние концентрации, то, выйдя из него, вы немедленно осознаете, какими отточенными и плавными стали ваши удары.
Еще один способ расслабиться на корте – сосредоточиться на перемещениях мяча в пространстве. Если вы любитель современного искусства, вообразите траекторию мяча как кисть художника, выписывающую волнообразные линии на воздушном холсте. Если ваш конек геометрия, обращайте внимание на пересекающиеся прямые и плоскости, создаваемые полетом мяча и верхушкой сетки. Отнеситесь к этому творчески.
Вторая часть подхода Галлвея включает телесное осознание. «Поднимите руку, – командует он. – Теперь почувствуйте, как ваша рука поднимается, – есть разница, правда ведь?» В теннисе осознавание обычно бессознательных движений тела может отвлечь ваше внимание от проблем непосредственно игры, которые вы так стараетесь исправить. Это даст возможность вашему телу исправить их самостоятельно. Бьете по мячу слишком близко от себя? Осознайте, как ваша рука сжимает ракетку. Как далеко отводится она, когда ваш замах меняет направление? Где она, когда мяч пролетает над сеткой?
Чувствуете боль в плече или в локте, когда подаете мяч? Сосредоточьтесь на ней. Именно так, сфокусируйте ваше внимание на месте дискомфорта и оцените степень боли (по шкале от 1 до 10) каждый раз, когда подаете. В конце концов ваше тело само себя подкорректирует. Оно изменит вашу позу, или хватку, или что там еще, чтобы смягчить дискомфорт без вмешательства вашего сознания.
Пусть вас не пугают потенциальные возможности вашего тела. Вы можете пожертвовать осведомленностью и сознательным контролем, но ваша чистая ценность возрастет!
Для многих людей «внутренняя игра в теннис» является эффективным методом для улучшения их силы, точности и слаженности движений на корте. Для других это мешает их соревновательным стремлениям и вторгается в их критический здравый смысл. Как заявил Галлвею один юрист после того, как отверг внутренний теннис – даже несмотря на то, что тот трехкратно усовершенствовал его собственную подачу: «Моя подача может не быть мощной. Она может быть неточной. Но по крайней мере я знаю, что делаю!»
К несчастью для его игры, это была чистая правда.

Это ваше личное кино, так что сделайте его настолько лестным для себя, как только сможете придумать. Вообразите клубный бюллетень, извещающий о вашем результате; вообразите друга, который звонит вам по телефону, чтобы поздравить с рекордом. Ни в чем себе не отказывайте: представьте, что почта доставила конверт с печатью президента на нем. Вы открываете его. Письмо гласит: «Президент Соединенных Штатов сочтет за честь пригласить вас на обед, дабы отпраздновать ваши выдающиеся достижения в велосипедном спорте…» Ваш босс узнает, что вы собираетесь навестить президента, и предлагает вам серьезное продвижение по службе. Некая особа, у которой никогда не находилось для вас свободной минутки, вдруг желает видеть вас каждый день…
Любые мысли вполне правомочны, так что не бойтесь выйти за границы реальности, если вам того хочется, – это останется между вами и вашим воображением.
Выполняя эти упражнения, придерживайтесь нескольких простых рекомендаций: не трудитесь в поте лица; не относитесь к этому как к некой обязанности; не пытайтесь запугать ваш сознательный разум тем, что слишком легко манипулируете целями, которые имеют тысячи логических резонов быть недостижимыми.
Используйте понятие измененного состояния, чтобы помочь информации пройти мимо вашего сознания, в ту часть вашей психики, где границ не существует. Каждый день по нескольку минут делайте эти упражнения или придумайте собственное, и наблюдайте, как ваши действия совершенствуются. Помимо того что повысится ваша производительность, вы также научите свое тело с большей готовностью распознавать релаксационный отклик; по мере того как вы научитесь чувствовать во всем своем теле ощущение расслабленности и свободного парения, вы сможете применять этот тренинг и в других стрессовых ситуациях.

 

 

 

 

 



Глава 30
Рассчитанный риск: ключ к радостному возбуждению
Дюжина быстро вянущих желтых роз, дорогущий тесный галстук и наполовину опустошенная бутылка шампанского на столе в гостиной. Снаружи на веранде Эрл решительно откашливается.
– Сюзи?.. – начинает он.
– Да, Эрл? – говорит Сюзи, поднимая на него взгляд.
И тут же страх сковывает голосовые связки Эрла. Она вежливо его выслушает, но наотрез ему откажет. Или она попросит разрешения подумать и потом уже наотрез ему откажет. Тем временем новость распространится: Эрл сделал предложение Сюзи, и она ему отказала! Он чувствует, что его ботинки прилипли к полу. Какой смысл? Она никогда не скажет «да»! Кроме того, холостяцкая жизнь имеет свои преимущества. Он умеет делать запеканку из тунца так, как ей в жизни не научиться…
Позже этим же вечером по дороге домой Эрл объясняется в любви соседнему клену.
Нам с вами страстное стремление Эрла сделать свою жизнь лучше, его страх отказа, его желание быть любимым и его унизительное бегство в безопасную и привычную обстановку кажутся несколько смешными. Но сколькие из нас, повинуясь простому опасению, точно так же бесславно потерпели крах на пути к тому, к чему стремились? Осторожничанье имеет свои преимущества. Но страх принять риск, когда рисковать требуется, может попросту помешать нам жить полной жизнью.
«Не рисковать – вернейший способ проиграть, – говорит психиатр из Калифорнии доктор медицины Дэвид Вискотт, автор книги «Навстречу риску». – Это в конечном счете разрушает вашу жизнь. Вы никогда не узнаете, чего стоите, никогда не испытаете ваш потенциал, никогда не расширите свои пределы и не прыгнете выше головы. Вам будет удобнее, а переживаний будет все меньше и меньше. Ваш мир съежится, и вы застынете неподвижно. Вы станете жертвой».
Эрл испугался отказа и поэтому отступил; другие могут бояться разочарований или конфуза, бояться лишиться денег или любви, потерять контроль, испытать боль. Есть даже такие, кто выдумывает себе страхи, только бы держаться подальше от риска.
Этот робкий, нерешительный образ жизни по иронии судьбы не лишен собственных рисков. Величайший риск – это то, что вы вообще не повзрослеете. «Если вы собираетесь хоть когда-нибудь сделать вашу жизнь лучше, вы должны идти на риск, – говорит д-р Вискотт. – Попросту невозможно вырасти, не испытывая судьбу». Жутко? Опасно? Никаких гарантий? Разумеется. Но чтобы сделать шаг вперед, вы должны оставить известное и безопасное укрытие позади. В каждом риске присутствует некая неизбежная потеря. Если это вас нисколько не пугает, говорит д-р Вискотт, «этот риск, вероятно, ничего для вас не стоит… Если цель имеет ценность, путь к ней не может быть совершенно безопасным».
Не становитесь «рискоманом»
Генерал Джордж С. Паттон, бесстрашный командир танковых войск и военный стратег Второй мировой, однажды посоветовал родственнику в письме: «Рискуйте расчетливо. Рисковать – это вовсе не значит быть безрассудным».
Разница здесь ключевая. При «рассчитанном риске» ваш потенциальный выигрыш больше, чем потенциальная потеря, и вы сохраняете неплохие шансы остаться с прибылью. Это стоит того, чтобы попытаться. «Безрассудный» риск – не стоит. Но те, кто не в состоянии увидеть между ними разницу, или те, кто пристрастился к смертельно опасному риску, к глупой и бессмысленной игре, так же несчастны, как и те, кого страх парализует совершенно.
Кто они такие, эти «рискоманы»?
Исследование над «невезучими» пилотами, проведенное ВМС США, выявило некоторые интригующие особенности. Пытаясь идентифицировать личные качества, общие для двенадцати пилотов, погибших в авиакатастрофах, вызванных их же собственными ошибками, морское ведомство провело опрос родственников, друзей и товарищей погибших.
Получившийся комбинированный портрет, основанный на опросах, охарактеризован в статье доктора философии Роберта Алкова. В ней описан человек агрессивный, импульсивный и незрелый, «эгоцентрический перфекционист, обладает завышенной самооценкой… обижен на руководство… бабник… много пьет… чувствует себя выше обыкновенных смертных, поэтому живет (и умирает) по своим правилам». Ирония заключается в том, отмечает д-р Алков, что это вполне удовлетворительное описание лучших пилотов ВМС.
Но разница между теми, кто живет, и теми, кто умирает, оказалась решающей. «Хороший авиатор знает свои способности и свои пределы. Он знает возможности своего самолета и выжимает из него все до предела – но не дальше». Подстегнутый неудачами в личной жизни, «невезучий» пилот зарывается, превосходя свои возможности; исполненный ложной самонадеянности, он не просчитывает риск. И теряет все.
Обогащать, но не ставить в опасность
Вы, возможно, никогда не сядете в кабину реактивного истребителя, так что о риске этого рода беспокоиться нечего. Но знать собственные пределы и обладать храбростью и здравым смыслом, чтобы рисковать, не переходя их, – это может обогатить вашу жизнь, не ставя ее под угрозу. Фактически, разумная и мужественная позиция по отношению к риску может быть даже полезна для вашего здоровья.
К этому выводу с несомненностью пришли часто цитируемые психологи-исследователи доктор философии Сюзан Уелетте Кобаса и доктор философии Сальваторе Р. Мадди.
Изучив взаимосвязь жизненных стрессов и физического здоровья у сотен деловых людей, юристов и армейских офицеров, д-ра Кобаса и Мадди заключили, что причина, по которой некоторые люди успешнее сопротивляются стрессам, состоит в том, что они открыты изменениям. Другими словами, при всех бесчисленных рисках они сохраняют позитивный взгляд на жизнь.
«Идея в том, что, переживая различные события в вашей жизни, вы преобразуете их в нечто более значимое и результативное, – говорит д-р Мадди. – Это конструктивный риск, можно так выразиться. Чрезмерный риск – это нечто абсолютно противоположное: это уклонение от решения каких-то жизненных проблем. К примеру, можно увлекаться затяжными прыжками с парашютом, пытаясь отвлечься от проблем на работе».
В одном исследовании д-ра Кобаса и Мадди собирали информацию о 259 бизнесменах в три этапа за двухлетний период. Ученые начали с анализа личных характеристик этих людей, чтобы определить их установки. Чтобы оценить, к примеру, их отношение к изменениям, им задавали вопрос: до какой степени они согласны с утверждениями наподобие «Скука губительна» или «Я бы частично пожертвовал финансовой стабильностью, чтобы иметь возможность менять одну работу на другую, если попадется что-нибудь интересное». Люди, которые решительно соглашались с этими утверждениями, получали высокие баллы по шкале выносливости; они осознавали опасность стагнации и не боялись воспользоваться шансом, который предоставляют изменения.
Затем в течение двухлетнего периода среди бизнесменов проводили опрос о состоянии их физического здоровья, причем каждому заболеванию, которое они упоминали, присваивалось числовое значение. К примеру, простуда оценивалась в 20 баллов; язва в 500; сердечный приступ в 855 баллов.
К концу периода наблюдения результаты были налицо: здоровье тех, чьи установки были высоко оценены по шкале выносливости, оставалось намного крепче. Фактически, несмотря на высокий уровень стресса, который обеспечивала их личная жизнь и профессиональная деятельность, «стойкая» группа в среднем набирала по заболеваниям не более 510 баллов за два года, тогда как их более малодушные собратья за тот же период набирали в среднем до 1080 баллов.
Сам по себе стресс здесь особой роли не играет, утверждает д-р Мадди. Ваше отношение к нему – вот от чего зависит конечный итог. Фактически, продолжает он, «стрессовые события могут оказаться для некоторых людей полезными, поскольку являются стимулом к развитию». И естественно, всякий, кому привычен риск со всеми его опасностями и вознаграждениями, скажет вам то же самое.
Если устремляться навстречу жизненным перипетиям, исполнясь отваги и вдохновения, означает приносить своему здоровью пользу, тогда само собой разумеется, что привычная рутина без всяких неожиданностей, когда ничего не ставится на карту, но и выигрыша никакого, может быть вредна для здоровья. И похоже, именно так и обстоит дело, судя по ряду исследовательских работ, проведенных Институтом социальных исследований Мичиганского университета.
«Скука губительна»
В одном из этих исследований были опрошены 2010 человек 23 различных профессий, дабы установить основные источники профессионального стресса. Самые энергичные работники, трудившиеся без сна и отдыха и выполнявшие самые тяжелые обязанности, испытывали наибольший производственный стресс… верно? Неверно. Работники, занятые тупым, несложным, однообразным трудом, – вот кто испытывал наибольший стресс. И вдобавок – скуку, неудовлетворенность своей деятельностью, физические и эмоциональные расстройства. Семейные врачи, работающие в среднем по 55 часов в неделю, и те меньше жаловались на физические недомогания и эмоциональные нагрузки.
«Один из ключевых факторов, влияющих на удовлетворение от своего труда, – это востребованность, возможность полностью реализовать на работе свои способности, развиваться, испытывать себя на сложных задачах, – так объяснял в разговоре доктор философии Джон Р.П. Френч-младший, руководитель исследования. – Фрустрация и тревожность по поводу невостребованности могут серьезно подорвать здоровье». Ну что, все это, похоже, вам не так уж незнакомо?
Как рисковать
Итак, вы решили принять эти научные сведения близко к сердцу. Вы решили, что рутина более опасна, нежели риск, и вы хотите перемен. Но с чего начать? Зажмуриться, прыгнуть вперед и надеяться на лучшее?
На самом деле, поясняет д-р Дэвид Вискотт, любой рассчитанный риск можно сравнить с обгоном – наверное, самым опасным маневром при вождении. Какое бы препятствие вы ни пытались обойти – автомобиль, человека, социальные условности или собственный страх, «обгон символизирует момент истины, когда вы покидаете то положение, к которому привыкли, бросаетесь вперед и встречаетесь с неизвестностью». Любой риск, говорит он, можно разбить на три составные части: подготовку, решительное действие и завершение.
Вначале вы должны осознать необходимость риска, и это уже угроза, поскольку вы вынуждены признать, что ваша теперешняя ситуация нуждается в изменении. Если впереди вас едет пьяный или непредсказуемый водитель, вы можете решиться на обгон, поскольку оставаться там, где вы есть, может быть более опасно, чем рискнуть. И поскольку решение принять риск означает решение чем-то поступиться, «вам придется высчитать, что именно вы готовы потерять, и примириться с этим, чтобы впоследствии это не оказывало на вас негативного влияния».
Затем вы должны продумать ход действий, подождать нужного момента, а еще, если хватит сообразительности, запастись резервным планом, на тот случай, если План Номер Один не сработает. Что, если этот тип нажмет на газ? Мне тормозить или добавить оборотов?
Шаг номер два – воплотить ваш план в действие, идя на риск. «Будьте все время наготове, но, если уже начали действовать, не останавливайтесь, пока не убедитесь, что все сделано как надо», – советует д-р Вискотт. Момент выбран. Дорога пуста. Вы жмете на газ, выходите из ряда – и вперед. Если вы уже в пути, колебания могут быть губительны.
И наконец, шаг третий, завершение. Вы возвращаетесь в свой ряд, воодушевленный и слегка взвинченный; миссия закончена. Стоило оно того? Иногда вы понимаете это сразу, иногда так и не узнаете многие годы спустя. Но одно несомненно: ни один рискованный поступок не решит всех ваших проблем одним махом, и не рассчитывайте на это. Впереди другие проблемы, другие риски, другие награды.
Чтобы жить победителем, говорит д-р Вискотт, «требуется свято верить в лучшую жизнь – лучшую жизнь прямо здесь, в этом мире, где вы одерживаете победу над самим собой».


1
Компульсии – неконтролируемые повторяющиеся действия. (Примеч. ред.)