Библиотека портала. Кристина Гросс-Ло. Родители без границ. Секреты воспитания со всего мира

Категория: «Внутренняя политика» семьи Опубликовано 30 Март 2016
Просмотров: 3330


Часть вторая. 

Воспитание личности. 

Глава 4. 

Чувство гордости: чем опасна высокая самооценка


Эбигейл, молодая мама из Вашингтона, наняла старшеклассницу в няни для семимесячной Саманты, очаровательной малышки с рыжими локонами и ясными голубыми глазами. Девушка должна была сидеть с ней полдня раз в неделю, пока Эбигейл будет работать (она вела блог для местного сайта).
Эбигейл – ответственная мама – прочитала немало книг о воспитании и развитии ребенка. Она подготовила для няни подробную инструкцию, в которой расписала, какие игрушки любит Саманта, как ее нужно держать и чем отвлечь, если малышка начнет капризничать. Эбигейл подчеркивала, что малышке необходимо поощрение: няня должна как можно чаще говорить девочке «Молодец!» или «Отлично!», когда Саманта схватит игрушку. Она считала, что ребенка невозможно перехвалить.
Сегодня многие мамы искренне верят: позитивное самовосприятие – ключ к воспитанию уверенной в себе и успешной личности. Поэтому мы не устаем хвалить детей за то, что им положено делать и так, а потом надеемся, что родительское восхищение сподвигнет их на хорошую учебу в школе. Опрос показал, что 85 % американцев убеждены: чтобы считать себя умным, ребенку необходима похвала. Высокая самооценка – действительно полезное качество. Считается, что она придает стойкость перед лицом жизненных неурядиц и помогает избежать депрессии; уверенный в себе ребенок может достичь большего и не так подвержен негативному влиянию сверстников. Люди с высокой самооценкой не боятся проявлять инициативу и предлагать новые проекты, заявлять о несогласии с чем-то и порицать несправедливость. Они упорно идут к цели и не опускают руки в случае неудачи. Многие десятилетия людям твердили о том, как важно верить в свои силы. В результате американские дети обладают самой высокой в мире самооценкой, а среднестатистический американец отнюдь не считает себя «среднестатистическим». Но не переходит ли порой самоуважение в чрезмерный эгоцентризм?

Считается, что вера в свои силы – основа психологической устойчивости, то есть способности подниматься после падения и не пасовать перед трудностями. Сегодня устойчивость стоит в одном ряду с силой воли, мотивированностью и уровнем интеллекта, то есть качествами, определяющими успех. Но поскольку устойчивость не принадлежит к числу врожденных черт характера, задача родителей – воспитать ее в детях. Парадокс в том, что способы, при помощи которых мы это делаем, приводят к противоположному результату.
Постоянно нахваливая ребенка, мы одновременно внушаем ему страх перед неудачами, а ведь они как раз и закаляют характер. Раздутое эго отнюдь не способствует становлению работоспособной, уверенной в себе и счастливой личности. Оно лишает детей возможности накопить запас подлинного самоуважения за счет преодоления сложностей и выполнения непростых заданий. Ребенок не просто боится провала: из-за малейшей ошибки он глубоко переживает и начинает хуже думать о себе. Когда самооценка и самовосприятие зависят от похвалы, дети быстрее сдаются, им не хватает упорства и внутреннего стимула. Джеймс, смышленый дошкольник из Нью-Йорка, расстраивается всякий раз, когда неправильно отвечает на вопрос; если при чтении вслух ему встречается сложное предложение, он начинает запинаться и замолкает. Он, как и другие дети, которых захваливали еще до того, как они начали говорить, каждую ошибку принимает близко к сердцу. Для него это не просто неправильный ответ, это болезненный удар по самолюбию.
Кэти, учительница четвертых классов, часто сталкивается с последствиями перехваленности. Как-то одна мама отчитала ее за то, что Кэти «недостаточно восхитилась работой ребенка и дала ему слишком мало звездочек». Учительница обычно писала в тетрадях конкретные поощрительные реплики («Ты научился считать в уме!» или «Твое аккуратное сочинение было легко читать»), а ошибки обводила красной ручкой. Маме Роберта хотелось, чтобы сын получал звездочку за каждое правильно выполненное задание: так он будет чувствовать, что его «усилия оценены по достоинству». «Она требовала, чтобы я всегда хвалила ее сына», – вспоминает Кэти. Сама она полагала, что мальчик в результате получит искаженное представление о своих способностях.
Джулии, преподавательнице музыки из Бостона, нравится наблюдать за тем, как маленькие ученики влюбляются в ее предмет. Но что ей категорически не нравится, так это поведение родителей, слишком расточительных на похвалу вне зависимости от успехов их детей. Они искренне верят, что таким образом повышают ребенку самооценку. Джулия не считает этот подход эффективным. «Вера в себя не должна держаться на одних комплиментах и восторгах, – говорит она. – Чувство собственного достоинства вырастает из преодоления, упорства, выполнения сложных заданий». К тому же безудержная похвала быстро обесценивается, принося в итоге парадоксальный результат. Ребенок начинает думать: «Может, я ни на что не способен, раз мама с папой отчаянно пытаются убедить меня в обратном?»


Почему мы их захваливаем

Мы хвалим детей, даже если они не сделали ничего, достойного похвалы, в надежде укрепить их веру в себя и повысить самооценку. Но где же корни этого явления?
Впервые термин «самооценка» использовал в 1890 году психолог Уильям Джеймс; он писал, что она повышается, когда мы добиваемся того, что имеет для нас большое значение. Лишь десятилетия спустя это понятие стало одним из доминирующих в психологии; в 1960-е ученые уже писали о связи между самооценкой и воспитанием. На фоне набирающего популярность представления о детях как существах сверхценных, хрупких и «ранимых» понятие высокой самооценки превратилось в волшебную пилюлю, способную предотвратить любые психологические расстройства. Родителям внушали, будто чувство собственного достоинства у детей напрямую зависит от того, хвалят их или нет. Им все время напоминали, что ребенок с низкой самооценкой не будет счастлив и успешен.
Со стороны может показаться, что эта стратегия укрепления веры в себя сработала. Джин Твенг, профессор психологии Государственного университета Сан-Диего, собрала немало данных, подтверждающих серьезный рост детской самооценки в 1980-е и 1990-е. К середине 1990-х, замечает Твенг, она стала главной темой книг по воспитанию и психологии, телепередач и даже раскрасок. В телешоу ведущие не устают повторять детям, какие они умные, а популярные приложения для малышей осыпают их похвалами за каждый тык в экран смартфона.
В своей книге «Поколение Я» Твенг отмечает, что современная молодежь зациклена на самооценке. Их с детства приучили ставить себя на первое место, и теперь они «идут по жизни, преисполненные непоколебимой веры в собственную важность». Эта вера воспринимается как нечто естественное, полагающееся по праву рождения. «Мы все особенные, мы все достойны осуществления своей мечты», – пишет Твенг.
Необходимо отметить: первые сторонники постулата «высокая самооценка – залог успешного и продуктивного будущего» считали, что похвала только тогда приносит пользу, когда стиль воспитания предполагает установление четких правил и рамок. Исследования показывают: в семьях, где к детям относятся с любовью и уважением (а не смотрят на них свысока) и предоставляют им полную свободу и независимость в строго очерченных рамках, они вырастают уверенными в себе. Но всеобщая зацикленность на высокой самооценке выхолостила идею, и теперь говорят уже не о воспитании характера через преодоление трудностей и достижение цели, а о праве быть собой довольными просто так.
На деле завышенная самооценка приносит больше вреда, чем пользы. Уверенные в себе люди не всегда становятся прекрасными лидерами и достойными руководителями, ведь тут важную роль играют скорее такие качества, как сдержанность и скромность. Человек с гипертрофированным эго, несмотря на внешний апломб, на поверку нередко оказывается уязвимым, агрессивным и эмоционально нестабильным. Это тип задиры: такие люди нередко склонны к асоциальному поведению, им свойственно искаженное восприятие себя и других и склонность самоутверждаться за счет более слабых. Так что высокая самооценка – палка о двух концах. Один исследователь заметил, что люди, сомневающиеся в себе, зачастую «добиваются лучших результатов, поскольку прикладывают больше усилий».
В 2005 году психолог Рой Бомистер, к тому времени признанный авторитет в области укрепления детской самооценки, пересмотрел свои прежние взгляды. Проанализировав результаты многолетней практики, он пришел к неожиданному выводу: «Мне искренне жаль, но мои нынешние рекомендации таковы: забудьте о самооценке, сосредоточьтесь на самоконтроле и дисциплине. Недавние исследования показали, что именно эти качества помогут ребенку стать хорошим человеком и достойным членом общества – и достичь целей, на которые завышенная вера в себя может только замахнуться».


Разве не все хотят быть лучшими?

В других странах особых дискуссий о самооценке практически не велось. Некоторые ученые вообще полагают, что требование воспитывать у детей высокую самооценку – это чисто американское явление.
В ходе сравнительного исследования, участие в котором приняли женщины США, Европы и Тайваня, выяснилось, что различная культурная среда предполагает разные жизненные цели. На Западе постоянно твердят о необходимости верить в свои силы, и в результате укрепление самооценки становится ключевым моментом воспитания. Матери стараются взрастить в детях стремление к самосовершенствованию и не скупятся на похвалы и поощрение; они обсуждают с ребенком его чувства и эмоции, не сдерживаются в проявлениях любви и обеспечивают ему все возможности для достижения успеха.
Тайваньские женщины не придают самоутверждению такого значения. Исследование показало, что для них куда важнее духовные ценности и мораль. Родители, бабушки и дедушки (ребенком нередко занимаются сразу оба поколения) в первую очередь заботятся о нравственном воспитании. Они позволяют детям развиваться в собственном ритме и естественной среде; осторожно направляя ребенка и указывая на ошибки, они наблюдают за тем, как «он себя осознаёт». Взрослые являются духовными наставниками и хранителями; они делятся с младшим поколением историями из жизни, благодаря которым дети понимают, как следует поступать в той или иной ситуации. Тайваньские родители считают, что ребенок – дитя природы и самобытная личность. В этом отношении они похожи на западных матерей. Но в отличие от них тайваньские женщины предпочитают в вопросах воспитания ориентироваться на индивидуальные особенности ребенка.
В современном западном обществе скромность давно перестала цениться. «Зовите родителей, пусть посмотрят!» – возбужденно закричал мальчик, который пришел в гости к нашим детям. У него не было проблем с самооценкой, он ни на миг не усомнился, что окружающим будет интересно узнать о его достижениях в компьютерной игре. Когда Мелисса, учительница рисования из Калифорнии, сказала одной маме, что ее ребенок хорошо занимается, та ответила: «Да, он молодец! Подождите, в следующем году еще мои двойняшки в садик пойдут. Они вам тоже понравятся!»
Такая непосредственность сперва может огорошить, но к ней быстро привыкаешь. В американском обществе нет места скромности.
А вот в Японии подобное поведение считается признаком невоспитанности. Как-то раз один мальчик попросил меня перевести на японский вполне американскую фразу: «Я суперский!» Но я не смогла ему помочь: по-японски так не говорят.
В Японии, где детей с ранних лет учат быть скромными и сдержанными, ребенка почти невозможно заставить похвалить самого себя. Среди наших знакомых детей были и тихони, и заводилы, но я ни разу не слышала, чтобы кто-нибудь хвастался своими успехами – разве что у них был настоящий повод для гордости. Моя подруга Рико прекрасно играет на гитаре – при том что она впервые взяла в руки инструмент лет в тридцать. Но она крайне сдержанно говорит о своем таланте, поскольку считает, что ей еще многому нужно учиться. Если бы я поняла ее слова буквально, то сочла бы ее бездарной. Но, прожив столько времени среди японцев, я привыкла читать между строк. Эти люди здраво оценивают собственные возможности и не пытаются утвердиться в глазах окружающих, выставляя свои достижения напоказ.
Япония – далеко не единственная страна, где ценятся скромность и умеренность. Ребекка выросла в Швеции и не понаслышке знакома с понятием lagom – «достаточно»; она вспоминает детское ощущение душевного покоя, оттого что никто не ждет от тебя ничего из ряда вон выходящего. «Мне кажется, шведы внушают детям, что важнее быть хорошим человеком – поступать по совести и беречь природу, – чем сделать себе имя», – считает она.
Элин, школьница из Швеции, провела год в США; пообщавшись с жителями Штатов, она поняла, что в ее стране позитивное самовосприятие основано на сознании своей обыкновенности, а не исключительности. Отец семьи, в которой жила Элин, часто цитировал собственного отца, поддерживавшего самые смелые замыслы сына: «Ты можешь стать кем пожелаешь!» Элин эти слова покоробили. «От своих родителей я ничего подобного не слышала, – говорит она. – Ты добиваешься того, что тебе необходимо. Прикладываешь усилия, но не пытаешься прыгнуть выше головы. Тебе и твоим детям нужно жить достаточно хорошо – иметь достаточно еды и игрушек, возможность путешествовать. Но зачем надрываться, чтобы быть лучше других?»
Схожей точки зрения на похвалу и поощрение придерживаются и немцы. Герхильд, мама из Германии, после нескольких лет жизни в США призналась: в первую очередь ей бросилось в глаза, «как лояльны американские родители к своим детям». Она имела в виду активное подбадривание и щедрые комплименты, на которые не скупились окружающие. Герхильд заметила, как люди изо всех сил стараются не обидеть ребенка и тщательно взвешивают каждое слово и действие. Немцам такая манера общения с детьми кажется странной. «Мы не стесняемся говорить нет», – пожимает плечами Герхильд.
В США учителям не рекомендуют использовать ручку с красными чернилами при проверке ученических работ. Можно ли критиковать детей в Германии? «Безусловно. Мы не боимся задеть их чувства», – с улыбкой признаёт Герхильд.
Но не нужно думать, что перед нами жестокий домашний тиран. Герхильд – добрая, любящая мать. «В Америке ребенка хвалят даже за плохо сделанную работу. Если у него что-то не получается, он все равно услышит в свой адрес одобрительные замечания. А это лишнее, – поясняет она. – В Германии родители считают, что детям по силам принять адекватную оценку, даже отрицательную». По мнению немцев, конструктивная критика не лишит ребенка душевного равновесия, а поможет в следующий раз добиться большего. Детей хвалят только тогда, когда похвала заслужена.
Что же нам показывает жизнь? В Америке, где матери склонны захваливать детей, 70 % первокурсников искренне верят, что опережают сверстников и принадлежат к числу самых одаренных студентов. Согласно исследованию Брукингского института, американские восьмиклассники в отличие от ровесников из других стран не сомневаются в своих математических способностях, хотя показывают более низкие результаты. 39 % восьмиклассников полагали, что выполнили задание на «отлично», однако наиболее уверенного в себе американского школьника превзошел наименее уверенный ученик из Сингапура. По итогам исследования лучшие результаты продемонстрировали представители десяти стран с невысокой самооценкой у подростков. К примеру, лишь 4 % участников из Японии предположили, что неплохо справились с работой.
Здесь стоит упомянуть о других исследованиях, посвященных отношению к учебному процессу в разных культурах. Оказывается, американские студенты получают больше удовлетворения от хороших оценок, а азиатские думают, как многого им еще предстоит добиться, чтобы достичь совершенства. В школах США делают акцент на том, чтобы ученики «верили в себя» и были счастливы. Многим родителям этот подход нравится. Но «счастье – еще не все» – заявляют исследователи. «Довольные собой ученики не обязательно показывают высокие результаты». Однако точка зрения, что уверенные в своих силах школьники добиваются большего, продолжает завоевывать новых сторонников.
Высокая самооценка и достижения, несомненно, связаны, но нет фактов, подтверждающих, что второе обязательно следует из первого. Вполне возможно, что все как раз наоборот. В исследованиях норвежских ученых приняли участие шестьсот третьеклассников и шестиклассников. Второй этап проводился через полтора года. Сначала выяснилось, что у учеников с высокими баллами и самооценка была выше. При этом уверенные в своих силах шестиклассники в седьмом классе нередко сдавали позиции. Таким образом, ученые выяснили, что высокая самооценка не ведет к высоким результатам в учебе. Другое исследование показывает, что настойчивые попытки укрепить самооценку отстающих учеников лишают их стимула работать. Если тебя и так хвалят, зачем стараться?
Никто не говорит, что, лишив детей веры в себя, мы получим резкий подъем успеваемости. Но пресловутое позитивное самовосприятие его тоже вряд ли дает. А вот успешное выполнение сложных задач и достижение поставленных целей определенно укрепляют веру ребенка в свои силы.


Почему американские дети не стали счастливее?

Несмотря на высокую самооценку и активную родительскую поддержку, дети в США далеко не так счастливы, как можно было бы ожидать. В книге «Ребенок-оптимист» психолог из университета Пенсильвании Мартин Селигман пишет: «Десятилетиями американцы сообща трудились над укреплением детской самооценки… И по итогам тридцатилетней работы получили невиданную эпидемию депрессии среди молодежи». По сравнению с предыдущими поколениями современные молодые люди гораздо чаще страдают от подавленности, испытывают трудности в колледже или на первом месте работы. Они ждут, что у них все будет получаться легко и просто, но действительность оказывается неожиданно жесткой. Помимо этого ученые отмечают значительное снижение уровня сочувствия, зато самомнение зашкаливает.
Оказывается, убеждая детей в том, что личные потребности и мечты важнее, чем сострадание, взаимопомощь и трудолюбие, мы обрекаем их на несчастье. Люди, которым советовали в первую очередь заботиться о своих нуждах и беречь свое эго, в итоге чувствуют себя одинокими, опустошенными и неудовлетворенными. Им с ранних лет твердили, какие они особенные, и теперь они не могут понять, что именно обыкновенность связывает нас с окружающими.
Грань между самомнением и высокой самооценкой, между поиском своего пути и шаганием по головам очень тонка. Немало фактов доказывают, что счастливыми нас делают предсказуемые и гармоничные отношения с другими людьми. Но если вы с детства находитесь в центре внимания и живете с мыслью, что заслуживаете большего, вам сложно взаимодействовать с окружающими.


Самооценка по-японски

Японцы редко говорят о самооценке, однако это не значит, что она их не волнует. У японских родителей иное представление о том, чем должны гордиться дети, что должно их мотивировать и укреплять веру в себя.
Сиеми, мама из Токио, поделилась со мной известной поговоркой: «Тяжелый труд в молодости обеспечивает спокойную старость». Иными словами, честный труд и преодоление испытаний в молодости не раз окупятся в течение всей жизни.
Своих детей Сиеми воспитывает в духе этой народной мудрости. Она помогает им набираться жизненного опыта: они сами носят портфели в школу, следят за своими вещами. Если нужно куда-то ехать, Сиеми не подвозит их на машине, считая, что они могут воспользоваться общественным транспортом. Она поручает детям домашние дела, и не только: например, просит раздать листовки с программой школьного мероприятия. В то время как мы с Дэвидом проявляем заботу о детях, делая что-то за них, Сиеми поступает с точностью до наоборот.
Когда семилетний Така спросил маму, почему вода в море соленая, Сиеми не стала отвечать на вопрос и даже не сказала, в какой книге можно поискать информацию. Она решила, что для сына полезнее будет выяснить это опытным путем. «Я предложила ему вскипятить морскую воду, когда мы будем гостить у моих родителей – они живут недалеко от пляжа», – рассказывает она. Така сам принес домой ведерко с водой, поставил на плиту и через некоторое время обнаружил на дне белый осадок. Попробовав его на вкус, мальчик понял, что это соль. Вода в море соленая, потому что в ней содержится соль!
«В Японии многие считают, что прилагаемые усилия важнее, чем результат, – объясняет Сиеми. – Мы верим, что усердие и преодоление трудностей помогают человеку стать лучше. Благодаря опыту с морской водой мой сын понял, что сможет многого достичь, если будет думать своей головой и не жалеть усилий».
Дети в Японии привыкли стремиться к высоким результатам, но главное тут – не победы и оценки, а сила воли и готовность идти вперед, несмотря на преграды. Развитие именно этих качеств поощряют и родители, и учителя.
Летом во всех младших классах начинаются занятия плаванием. На торжественной церемонии открытия бассейна после взрослых обязательно выступают с речью дети. Ученики из каждого класса рассказывают о том, какую цель ставят перед собой на летние месяцы. Существует тринадцать уровней сложности, на каждом – свои требования, и из года в год дети стараются улучшить свои показатели.
Ученики первых и вторых классов обычно скромничают и говорят, что «хотят научиться держаться на воде» и «проплывать один бассейн». Дети постарше обязательно упоминают о том, что им не удалось в прошлом году – и как они себя при этом чувствовали. «Я не смог перейти на следующий уровень, потому что плавал слишком медленно. Я ужасно огорчился. Поэтому в этом году я буду стараться изо всех сил!» – говорит пятиклассник. Высокий и уверенный в себе шестиклассник признаётся, что недоволен своим прошлогодним результатом: ему не удалось проплыть пятьдесят метров вольным стилем и брассом за нужное время. Всего нескольких секунд не хватило! И вот он стоит перед 150 родителями, учителями и школьниками и подробно отчитывается о собственных ошибках. А под конец обещает сделать все возможное, чтобы в этом году добиться большего. И слушатели искренне его поддерживают.
Эти дети не пытаются во что бы то ни стало сохранить лицо, они не боятся выставить себя не в лучшем свете, поделившись своими сомнениями и неудачами. Требуется немалое мужество, чтобы признать собственные недостатки. Процесс саморефлексии в Японии называют хансеи, с ним знакомы и взрослые, и дети: японцы в любом возрасте ценят стремление к совершенствованию, умение признавать ошибки и работать над собой. Это понятие отражает еще одну особенность менталитета: принятие того факта, что жизнь состоит не только из радостей. Специалисты по психологии культуры давно заметили существенную разницу между западным и восточным мышлением: в Азии люди воспринимают взлеты и падения как естественный порядок вещей, неотъемлемое свойство жизни. Эта впитанная еще в младенчестве философия помогает им спокойнее относиться и к успехам, и к неудачам.
Школьники анализируют свои достижения не только после крупных мероприятий вроде спортивного праздника, поездки с классом на природу или выступления с докладом на уроке; они склонны к рефлексии самых обыденных моментов. В школьных рабочих тетрадях всегда оставляется место, куда ребенок должен вписать, над чем ему необходимо поработать. Так детей приучают стремиться к совершенству. В Америке же школьнику обычно советуют сосредоточиться на вещах, которые получаются лучше всего.
Шие, дружелюбная студентка с Хоккайдо, самого северного острова Японии, объяснила, почему японцы не стесняются признавать свои ошибки. Ни в коем случае не стоит расценивать это как признак неуверенности в себе. Суть не в том, чтобы ребенок сосредоточился на неудачах. Дети анализируют свои действия и в конце концов понимают, как исправить ситуацию и добиться большего. Это позволяет людям оценивать себя беспристрастно – и дает им средства для достижения цели. «Во многих отношениях такой подход позволяет нам двигаться вперед», – уверена Шие. Он углубляет самосознание и позволяет лучше видеть, к чему нужно стремиться.
В Японии хорошие родители – это родители строгие. Они помогают ребенку стремиться к высоким целям и достигать их. В эпитете «строгий» для японца нет негатива. Когда в тебя верят настолько, что не боятся проявить строгость, ты и сам чувствуешь себя увереннее, считают японцы. «Если родители ничего от нас не требуют, то нам кажется, им все равно, – поясняет Шие. – А если они проявляют строгость, значит, по-настоящему беспокоятся о том, что с нами будет». Сама Шие и ее друзья воспринимают такое отношение как мотивирующее. «Когда моя цель легко достижима, мне, по сути, не к чему стремиться, – говорит она. – А трудная задача означает возможность движения вперед».
Джим Стиглер, профессор психологии Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе, в 1979 году, еще учась на последнем курсе, сравнивал методы преподавания в Японии и США. В американских школах решать задачи у доски обычно вызывали лучших учеников, тогда как в Японии чаще спрашивали отстающих. Стиплера удивил подобный подход (он ожидал, что ребенок, столкнувшись с трудностями, разрыдается перед классом), но в Японии он считается нормой: ученик должен делать усилия над собой, пусть даже совершая ошибки на глазах у товарищей. С точки зрения американца, ученик в такой ситуации рискует разувериться в своих силах, ведь более сообразительные дети уже решили задачу! Но в Японии и других азиатских странах проблема означает возможность: смысл не в том, чтобы унизить ребенка перед всем классом и ткнуть носом в недостаток способностей. Напротив, совершая ошибки – и отыскивая пути их исправления, – он помогает одноклассникам. Осознавая свой долг, ученик, за которым наблюдал Стиглер, держался спокойно и с достоинством и в конце концов смог решить задачу, пусть это далось ему нелегко.
В Америке учителя воспринимают разный уровень развития школьников как «препятствие» на пути образовательного процесса и пытаются подстроиться под каждого ученика. «В Японии преподаватели относятся к индивидуальным особенностям как к естественной характеристике группы», – пишет Стиглер со своим соавтором Джеймсом Хибертом в книге «Такие разные учителя». Они стараются использовать различия во благо: наблюдение за тем, как одноклассники совершают ошибки и ищут пути решения, позволяет остальным оценить свой уровень и вместе прийти к более глубокому пониманию задачи. Американские учителя равняются на отстающих; в Японии никому и в голову не придет подгонять школьную программу под отдельных учеников – это будет воспринято как «несправедливое ограничение и некорректная оценка их потенциала». Шанс проявить себя нужно дать каждому.
Благодаря такому подходу японские дети получают четкий посыл: они сильнее, чем мы думаем. Вместо того чтобы переживать, что ребенка недостаточно ценят, родители хвалят его за старание, воспитывают в нем стремление стать лучше: только так он сможет постепенно обрести уверенность в своих силах. Считается, что во всех детях заложен огромный потенциал, но, чтобы его раскрыть, нужно потрудиться. Зато потом учеба доставляет японским школьникам больше удовольствия, чем их сверстникам из других развитых стран, а главное – в итоге они достигают гораздо большего.


Талант и мастерство

«У моего сына потрясающие математические способности! – с восторгом рассказывает мне Элли, мама двух сыновей. – Не понимаю, почему учителя не дают ему задания посложнее?» В то время как Элли досадует на нерадивых преподавателей, японская мама посчитала бы, что сыну нужно усерднее работать.
И это неудивительно. Восприятие человеческого потенциала во многом зависит от того, что больше ценится в контексте данной культуры: талант или усердие. В некоторых странах во главу угла ставятся врожденные способности. В других распространено убеждение, что талант не имеет особого значения и только упорный труд поможет чего-либо достичь.
Интересно, что подобное отношение начинает формироваться уже в первые годы жизни. Ученые из Йельского университета решили сравнить, как японские и американские дети воспринимают человеческие способности. В Японии испытуемые считали, что многие качества можно развить, если приложить достаточно усилий. Американские дети изначально придерживались той же точки зрения, но с возрастом, усвоив общепринятое мнение, стали думать, что всё дается нам при рождении и, как бы мы ни старались, наши усилия приведут лишь к незначительным изменениям.
Американское общество высоко ценит одаренность и ту легкость, с какой талантливый человек достигает цели. Гений-одиночка для нас куда привлекательнее упорного трудяги. Родители в США постоянно говорят, что у их ребенка есть либо отсутствуют способности к тем или иным предметам; и положительные, и отрицательные черты воспринимаются как данность, с которой и нужно работать. Неудивительно, что американские психологи и педагоги так носятся с IQ-тестом, хотя коллеги из других стран относятся к нему скептически. Журналистка А. Тагенд объясняет это склонностью американцев воспринимать интеллект как постоянную и измеримую величину.
Но исследования показывают, что именно упорство является одним из ключей к успеху. Анджела Л. Дакворд из Университета Пенсильвании задалась вопросом, почему при равных умственных способностях одни добиваются в жизни большего, чем другие? Понятно, что одной гениальности недостаточно. Совместно с коллегами Дакворд разработала тест, оценивающий «твердость характера». В исследовании приняли участие студенты Университета Пенсильвании и кадеты-новобранцы из Вест-Пойнта. В ходе теста они оценивали такие качества в себе, как упорство в достижении цели и завершении начатого, способность преодолеть неудачу и готовность трудиться. Полученный высокий балл совпал с отличными результатами в средней школе; разработанный А. Дакворд тест позволил предсказать, кто из кадетов пройдет непростой летний курс. В ходе исследования выяснилось, что твердость характера и усердие важны не меньше таланта.
Японцы не любят вешать на людей ярлыки; учеников в школе не делят по способностям. Здесь нет классов для одаренных и отстающих; «проблемные» дети учатся наравне со всеми. В Японии люди верят: не важно, каким ты родился, важно, что ты умеешь. И в школе этому уделяют самое пристальное внимание. Считается, что каждый может развить свои способности до определенного уровня, даже в живописи и музыке. В США многие увлекаются живописью или музыкой, но серьезные занятия с сильными преподавателями остаются уделом тех, у кого обнаружился талант. В азиатских странах считается, что каждый может достичь мастерства – в математике и живописи, музыке и спорте, – нужно только постараться.
Ради этого японским детям предоставляют достаточное количество свободного времени. Стереотипный образ строгой азиатской школы далек от действительности; начальные классы – весьма шумное место: криков и смеха тут куда больше, чем в «либеральных» западных школах. Группы учеников увлечены разнообразными занятиями и в результате приобретают всевозможные навыки и умения: они учатся рисовать, прыгать через скакалку, петь, работать в саду, играть на пианино и флейте, вырезать фигурки из бумаги и т. п.
В ходе исследования, участниками которого стали музыканты, спортсмены, математики, врачи, шахматисты и художники мирового уровня, выяснилось, что в детстве мало кого из них считали подающим надежды. Все достижения стали результатом упорной работы на протяжении десяти-пятнадцати лет. Результаты подтверждают, что, только целиком сосредоточившись на деле и отдавая ему максимум времени и сил, мы можем отточить мастерство до уровня гениальности. Потому что именно так укрепляются нейронные связи в мозгу. И нет никакой чудесной возможности «срезать путь».
В Японии нас всегда поражали выступления детей на школьных концертах. Трехлетние малыши стояли на сцене впереди всех, читали наизусть длинные стихи, участвовали в постановках и пели, не сбиваясь с мелодии. Учителя не сомневались, что они справятся с задачей, – и они справлялись, что, признаюсь, порядком удивляло и немного тревожило меня и других западных родителей. Мы считали, что детям нужно больше свободы самовыражения.
Но постепенно мы осознали, почему родители не боятся устанавливать высокую планку. Японцы убеждены: мастерство доступно каждому, поскольку является результатом прилежных тренировок и упражнений. Самовыражение – это хорошо, но неплохо бы дать ребенку шанс узнать, чего он может добиться при должном усердии. Дети справлялись с поставленными задачами в первую очередь потому, что целиком посвящали себя достижению цели: школьники репетировали несколько раз в неделю, порой даже до уроков. Учителя и родители не сомневались, что только практика поможет освоить новые умения; они заражали детей уверенностью, что те обязательно добьются результата, если будут относиться к делу серьезно.
Высокая самооценка должна основываться на результатах долгого и упорного труда, – именно такого мнения придерживаются в азиатских странах. Опрос, проведенный среди японцев, показал, что их любимое слово – «усилия», а вслед за ним идет «упорство». Если ты хорошо работаешь, преодолеваешь трудности и достигаешь чего-либо, то убеждаешься: твое будущее – в твоих руках. Только такой опыт способствует укреплению характера.
Елена, учительница математики в средней школе Вашингтона, разделяет точку зрения японцев. Она родилась в Латвии, выросла и получила образование в Литве; в тридцать лет они с мужем и двумя дочерьми перебрались в США, получив политическое убежище. Елена выросла в стране, где люди искренне верили: потенциал человека ограничен лишь его желанием трудиться. Работа и только работа укрепляет веру в себя. Она испытала настоящий шок, когда увидела, что американские родители целиком сосредоточены на повышении самооценки.
Елена неоднократно убеждалась, что дети отнюдь не такие «хрупкие», как мы думаем. Они учатся гораздо быстрее и приспосабливаются к новым ситуациям лучше, чем взрослые. Но, по ее выражению, «мы, родители, можем сделать их слабыми, если не научим справляться с трудностями и бороться. Все зависит от нас».
Елена никогда не дает своим ученикам основания думать, что у них нет способностей к математике. «Все получится, нужно только постараться», – внушает она детям. Елена учит их не бояться совершать ошибки, поскольку ее предмет – непростая наука, в которой еще очень много неизведанного. И даже если ты не родился великим математиком, при должном усердии ты можешь достичь определенного уровня. Главное – не отступать перед трудными задачами и быть готовым к новым испытаниям.
Как-то раз на уроке геометрии Елена предложила решить сложную задачу за дополнительные баллы. Один ученик остался после звонка и уже через десять минут прибежал к учительнице с криком: «У меня получилось!» Елена до сих пор с улыбкой вспоминает, как он заикался от волнения. Она дала ученику возможность приобрести опыт преодоления и почувствовать законную гордость и уверенность в себе, а ведь именно этого желает для своего ребенка каждый родитель.

Многие мамы и папы не понимают, чем грозит захваливание. Ставя заботу о детской самооценке во главу угла, мы фактически продаем будущую силу воли нашего ребенка за его хорошее настроение в данный момент.
«Некоторые люди панически боятся, что их дети потерпят неудачу, поранятся или попадут в неприятную ситуацию, – говорит Келли Вебстер, сооснователь школы Айленд, частного учебного заведения на острове Бейнбридж в Вашингтоне. – Но как иначе они научатся исправлять свои ошибки?» Стараясь приободрить родителей, которые опасаются, что их дети не смогут существовать в обществе или получат травму (физическую или психологическую), она напоминает им, что жизнь – не прогулка по цветущему лугу. Вы можете идти впереди ребенка, убирая с его дороги камни и упавшие ветки и отгоняя пчел, но это путь в никуда. «В нашей школе мы учим детей двигать камни, обходить ветки и убегать от пчел самостоятельно. Работать и не сдаваться – вот к чему мы их призываем».
Вебстер рассказывала, как весь класс наблюдал за превращением куколки в бабочку. Дети смотрели, как насекомое выбирается из кокона, и видели, что это трудный и болезненный процесс. Тогда один из учеников разрезал оболочку, чтобы бабочка смогла поскорее выбраться. Но та погибла. Учитель объяснил расстроенному мальчику, что борьба – необходимая часть жизни: без нее крылья бабочки не окрепнут настолько, чтобы она смогла летать.
Окружая детей чрезмерной заботой, мы воспитываем поколение, которое не верит в себя. «Вместо того чтобы внушить ребенку: “Ты сможешь! “ – мы своими действиями внушаем ему: “Мы не думаем, что у тебя получится, поэтому сделаем все сами”», – заключает Вебстер.


Способности как результат установки

Кэрол Дуэк, профессор психологии Стэнфордского университета и автор книги «Мировоззрение: новая психология успеха», на протяжении многих лет изучала особенности мировоззрения японцев и представителей других наций, ориентированных на усердие и прилежание, а также провела масштабное исследование пагубного влияния захваливания на детский характер. Она убедительно доказала, что благие намерения американских родителей снижают способность детей добиваться цели.
В своей работе Дуэк выделяет две установки в этом отношении: статическую и динамическую. Люди со статической установкой воспринимают присущие им качества – скажем, интеллект или обаяние – как нечто врожденное и неизменное. Если такому ребенку сказать, что он очень умен, он охотно поверит и в дальнейшем будет вести себя исходя из этого определения. Но при всем своем позитиве подобные ярлыки чаще приносят вред, чем пользу: они искажают самовосприятие, а дети изо всех сил пытаются им соответствовать. Ребенок начинает избегать трудностей: зачем рисковать, если это может навредить твоему образу?
Как следствие – страх «разоблачения» заставляет человека кривить душой и избегать чрезмерных усилий в трудной ситуации. Поскольку американская культура преуменьшает значение усилий для обретения мастерства, то упорный труд воспринимается скорее как признак недостаточного таланта. В результате и дети и взрослые испытывают чувство тревоги и быстро сдаются, если у них что-то не получается с первого раза. Сама возможность неудачи слишком сильно ударяет по их хрупкой самооценке.
Дуэк уверена, что динамическая установка, ориентированная на применение усилия, мотивирует человека на преодоление трудностей. В такой системе ребенка тоже хвалят, но за качества, которые он сам в себе развил: старание, прилежание и стойкость. Динамическая установка свойственна японским детям, благодаря чему на церемонии открытия бассейна они не боятся отчитываться в своих неудачах и признавать ошибки. Они воспринимают трудности как возможность узнать что-то новое, поработать над собой, а не как угрозу собственному имиджу и самооценке. Дети с динамической установкой не ставят во главу угла качества характера, присущие им от рождения. Поэтому даже к неудаче они относятся как к ступеньке на пути к успеху, ведь успех для них – результат усердной работы, а не удача, упавшая с неба.
В ходе одного из наиболее резонансных исследований Дуэк решила выяснить, каким образом разные виды похвалы влияют на мотивацию детей. В эксперименте приняли участие четыреста пятиклассников; им раздали довольно простые задачи на сообразительность, и они без труда с ними справились. Потом часть школьников похвалили: «Ты показал великолепный результат! Наверное, у тебя талант». Других хвалили за усердие: «Ты отлично справился. Видно, как ты старался».
После этого всем участникам эксперимента предложили новые задания, уже посложнее. Большинство школьников из первой группы не стали даже пытаться. Заручившись уверениями в своем таланте, они не хотели ставить свой статус под вопрос. При этом 90 % школьников из второй группы с готовностью принялись за сложные задачи! Похвала стимулировала динамическую установку, и они восприняли предложенное испытание совершенно иначе.
Похвала повлияла и на то, какие чувства дети испытывали при выполнении трудных заданий. Школьники из первой группы отнеслись к делу без энтузиазма; когда у них не получалось что-то решить, они сразу начинали сомневаться в своих умственных способностях; трудности обескураживали их. Во второй группе наблюдалась совсем иная картина. Если школьники сталкивались с проблемами, они просто прикладывали больше усилий. Выложившись на сто процентов, они не расстраивались даже в случае неудачи и ценили приобретенный опыт. Дети обретали внутреннюю мотивацию, которая не зависела от мнения окружающих.
В телефонном разговоре Дуэк поделилась со мной воспоминаниями о том, как воспитывали ее поколение: «От нас ждали, что мы будем самодостаточными. Домашние задания были нашей работой. Мы сами распределяли свое время, чтобы успевать и поиграть, и выучить уроки; если мы занимались музыкой или спортом, то не ленились. Родители обеспечивали нас всем необходимым и в нужный момент помогали советом, но помимо этого они жили своей жизнью, а мы своей. Да, наши пути пересекались, но не совпадали».
Исследование Дуэк показывает, что пустыми комплиментами и навязчивой поддержкой родители рискуют подорвать внутреннюю мотивацию ребенка. Куда полезнее создавать условия, в которых он сможет на собственном опыте убедиться, что способен преодолевать испытания, и научится воспринимать неудачи как повод для работы над собой.
Изменить себя непросто, но возможно. «Не обязательно становиться домашним тираном, но не стоит быть и тюфяком, – прокомментировала Дуэк мои слова о том, как сложно бывает найти золотую середину. – Устанавливайте для ребенка высокую планку, честно обсуждайте с ним промахи и достижения, только не забывайте, что это должно происходить в контексте любви и понимания. Если он испытывает чувство тревоги или беспокойства, значит, что-то не так. Быть может, вы слишком резко сменили манеру поведения. Нельзя сразу задавать высокие стандарты, если буквально вчера вы хвалили ребенка по поводу и без. Сначала расскажите ему, что решение сложных задач способствует развитию, позвольте ему почувствовать радость преодоления, гордость за приложенные усилия. И только когда ребенок поймет и примет необходимость испытаний, можно будет применить вышеописанную тактику».
Дуэк не призывает забыть о похвале. Просто родители должны расходовать ее экономнее, выбрав грамотный подход, который будет мотивировать детей на дальнейшие действия. Для этого следует понимать, какие качества и какое поведение мы хвалим, и тщательно подбирать слова для объяснений. Простой фразы «ты можешь стать умнее» достаточно, чтобы ребенок поверил в свои возможности. Если у тебя что-то не получается, не думай, что никогда не получится. Это значит, что не получается пока.


Нет предела совершенству

Нам предстоит еще многому научиться у культур, ориентированных на динамическое мышление. Мы считаем высокую самооценку залогом отличных результатов; родители в других странах полагают, что все как раз наоборот. Поэтому они поощряют старание и трудолюбие и одобряют попытки детей справиться с непростыми задачами. Такой подход способствует развитию стойкости, твердости и упорства – качеств, необходимых для достижения успеха в будущем.
В то же время я своими глазами наблюдала недостатки установки на нескончаемые усилия. Доведенная до крайности, она превращается в бессмысленную жестокость. Без сомнения, большинство старательных детей рано или поздно справятся со всеми поставленными задачами; но что ждет тех, кто все-таки потерпит неудачу? Любой талант имеет предел, в то время как усилия можно прикладывать снова и снова. Человек, которому внушили, что всегда можно сделать что-то лучше, если немного постараться, будет стараться вечно. Но если ко всем предъявлять одинаково высокие требования, не беря во внимание индивидуальные особенности и ситуации, кто-то неизбежно окажется в аутсайдерах.
В таких странах, как Япония, ни личные качества, ни исключительные обстоятельства, ни временные затруднения не могут оправдать недостаток ваших стараний по сравнению с соседями, одноклассниками или коллегами: идеал зачастую оказывается недостижимым. В Америке, наоборот, если ребенок терпит неудачу, мы начинаем подчеркивать его сильные стороны и стараемся, чтобы именно они составили фундамент его самовосприятия. В первый момент может возникнуть искушение идеализировать японский подход и подвергнуть порицанию американский, однако мой опыт доказывает, что обе традиции имеют свои достоинства и недостатки, и задача родителей – найти уникальное сочетание, подходящее именно им.

Авторизация

Реклама