Бусидо - душа Японии - X. Самурайское образование

Категория: Японская традиция Опубликовано 18 Март 2014
Просмотров: 5392

X. Самурайское образование
Главной целью в обучении самурая было воспитание соответствующего характера. При этом исключались такие качества как рассудительность и желание полемизировать. Тем не менее, грубое невежество тоже не позволялось. Поскольку самурай был представителем высшего сословия, этика в его образовании считалась чрезвычайно важной. Обладание развитым умом ценилось, но понятие «ти» (chi) - «рассудительность» подразумевало, прежде всего, мудрость, а не конформизм (приспособленчество, пассивное принятие существующего порядка вещей, господствующих мнений, отсутствие собственной позиции, беспринципное и некритическое следование мнению большинства и т.п.).
Краеугольным камнем, который лежал в основе Бусидо, были: «ти» (мудрость), «дзин» (сострадание) и «ю» (храбрость). Сущность самурая была в действии. Философские размышления и научные изыски ему были не к чему. Достижения науки признавались лишь в части, которая могла быть полезна в военном деле, а философия считалась уделом монахов и ценилась лишь потому, что обладала методами развития духа. Говоря словами одного английского поэта, самурай должен был знать, что «не убеждения делают из человека человека, а человек - убеждения». С помощью философии и литературы самурай приобщался к мудрости, но нельзя сказать, что он уделял им много времени. Литература не являлась частью обязательного обучения, ею занимались в свободное время для души, а к философии прибегали лишь как к дополнительному средству для воспитания характера, поскольку она не решает текущих военных или общественных проблем.
Вполне понятно, что самым важным в военном деле являлось обучение боевым искусствам: фехтованию, стрельбе из лука, дзю-дзюцу («искусство уклонения от ударов» или «искусство боя без оружия». Прим. – У.Э. Гриффис) или «явара» (yawara), верховой езде, владению копьем, тактике и т.п. Кроме того, немаловажную роль играли искусства, которые не было непосредственно связаны с военным делом, например: каллиграфия, этика, стихосложение и история. Из перечисленных мною искусств, дзю-дзюцу и каллиграфию выделю особенно. В Японии умение красиво писать возведено в ранг искусства. Наши письменные знаки – иероглифы - по сути, являются миниатюрными рисунками, поэтому обладают не только художественной ценностью, но и отражают внутренней мир человека.
Дзю-дзюцу можно кратко охарактеризовать, как искусство атаковать или обороняться без оружия и без применения грубой физической силы. То есть так захватить или ударить противника по определенной части тела, чтобы он стал обездвижен или неспособен к продолжению действий. В общем и целом, цель дзю-дзюцу гуманна - не убить, а лишь обезвредить на некоторое время противника.
Существенным недостатком в обучении самурая, по моему мнению, было отсутствие арифметики. Это объяснялось тем, что в ней не было необходимости, поскольку во времена феодальных войн сложные расчеты просто не требовались. Но не только по этой причине арифметика не изучалась. Благородный воин не нуждается в богатстве, поскольку не боится бедности. Как говорил Вентидий (86):
«…ты воин - значит, беден;
 Дарить тебе - благое дело: ты
 Живешь средь мертвецов; твои угодья -
 Поля сражений».
Дон-Кихот гордился своим ржавым копьем и старой лошадью, а не золотом и поместьями. Самураи также разделяли идею их несколько гротескного коллеги из Ла-Манчи. Они презирали деньги, а также все способы и методы их зарабатывания и тем более накопления. Они никогда не ценили золото и не украшали себя им. Существовало даже такое выражение, отражавшее крайнее нравственное падение государства: «их правители любят золото, а воины боятся смерти». Щедрость восхвалялась, жадность и скупость порицались. «Только глупый человек», - гласит одно известное японское высказывание, - «может жаловаться на бедность, поскольку богатство является препятствием на пути обретения мудрости». Поэтому самураи зачастую не умели считать, поскольку у них не было необходимости в ведении финансовых дел. Даже говорить о деньгах считалось не достойным, а неосведомленность человека в ценности различных монет была признаком благородного происхождения. Умение выполнять простые арифметические действия считалось достаточным, чтобы подсчитать количество войск или распределить феодальные владения, а дела, в которых требовались сложные расчеты поручались менее знатным людям. Во многих феодальных владениях общественные финансы управлялись самураями невысоких рангов или священнослужителями.
Несмотря на то, что самураи должны были понимать необходимость средств для ведения войны, они не должны были стремиться к приумножению своих личных доходов. Но в любой момент деньги могли потребоваться на военные нужды, и Бусидо требовало от самураев вести экономный и скромный образ жизни в мирное время. Мотовство считалось отсутствием выдержки и даже негодностью к службе, то есть существенным изъяном в характере, поэтому самурайские порядки предусматривали довольно спартанский образ жизни.
В Великой римской империи купцы и менасарии (87) процветали, поскольку финансовой системе придавалось важное государственное значение. Но состоятельность и любовь к роскоши привела к развитию в римских гражданах чувства алчности и продажности. Видимо исходя из этой идеи, любая предпринимательская деятельность для самураев запрещалась. Это считалось недостойным и порочащим честь самурая. Бусидо видел корень зла в накопительстве. Можно избавиться от тысячи и одной проблемы, если не впадать в зависимость от роскоши. Это же видимо и является объяснением уникального факта, что в среде самураев не было коррупции. Но увы, времена меняются и первые семена плутократии теперь дают свои первые всходы и на японской земле.
Развитие логики, которой в настоящее время обучают в основном с помощью математики, у самураев происходило посредством чтения философских трактатов и бесед. Самураев мало занимали абстрактные построения и умозаключения, поскольку главной целью обучения, как я уже упоминал, было воспитание духа. Далекие от жизни знания признавались, но предпочтение отдавалось насущным. Из того, что писал Бэкон (88): «науками занимаются ради удовольствия, ради украшения и ради умения. Удовольствие обнаруживается всего более в уединении, украшение - в беседе, а умение - в распоряжениях и руководстве делом» («Reading & writing as moral activities», Бэкон) - Бусидо отдавал предпочтение «ради умения», поскольку это было необходимо самураям «в распоряжениях и руководстве делом». Таким образом, самураи изучали только те науки и искусства, которые можно применить на практике в жизни, например, для руководства общественными делами или для самосовершенствования. «Знание без умения бесполезно», - учил Конфуций, - «а умение без знания опасно».
Если учитель руководствуется принципом, что в жизни важнее «сердце, а не ум; дух, а не выгода», то вся его деятельность приобретает сакральный характер. «Родитель – это тот, кто произвел меня на свет, учитель – это тот, кто научил меня быть человеком». Из этой сентенции можно понять насколько высоко ценился наставник. Чтобы ученики верили и уважали своего учителя, он должен обладать высокими моральными качествами и мудростью. Учитель – это второй родитель и лучший советчик. «Твои отец и мать», - гласит известная японская мудрость, - «подобны Небесам и Земле, а твои учитель и господин подобны Солнцу и Луне».
Современный принцип оценки любой услуги только в денежном выражении отрицался Бусидо. В среде самураев любая помощь или услуга ценилась больше денег, поскольку считалась бесценной. Ведь любой труд, будь то религиозного или светского наставника, невозможно оценить в деньгах, поскольку на всей земле не найдется столько серебра или золота, чтобы расплатиться за то, что не имеет цены. Эта идея Бусидо более благородна, чем современные принципы товарно-денежных отношений, по которым результат труда материален, а значит, соответственно оплачиваем. Но как оценить труд учителя, а именно - воспитание духа (или души, если речь идет о священнике), если он по сути не является материальным? К нему деньги, как мерило его ценности, не применимы. Конечно, ученики-самураи делали подношения в виде денег, продуктов или товаров своим учителям, но это имело значение благодарности, а не оплаты услуг, и еще потому, чтобы учитель не жил в нужде и не был вынужден работать на кого-то еще. Со своей стороны учитель тоже не мог требовать платы за наставничество, поскольку будучи примером для своих учеников, он был обязан стойко переносить все невзгоды жизни. Он по сути являлся примером того, к чему ученик должен был придти к концу своего обучения, то есть быть образцом дисциплинированности и Самообладания.

Авторизация

Реклама